Уильям Кук – Путешествие в 2000 год туда и обратно; или Полет во времени (страница 8)
- Муглюг с "Морской чайки" сегодня днем будет управлять "Метеором", - продолжал Мортимер.
При этих словах муглюг с "Метеора" издал злобное рычание и отступил к своей машине.
Когда оператор "Морской чайки" попытался пройти на борт "Метеора", оператор "Метеора" преградил ему путь.
Муглюг с "Морской чайки" остановился в нерешительности и посмотрел на Мортимера.
- Мятеж, да? - крикнул Мортимер, бросаясь к упрямому муглюгу. - Назад в свой контейнер, Сто шестой! Назад, я тебе говорю!
Но Сто шестой не стал отступать. Вместо этого он издал еще один яростный вопль, подхватил Мортимера на свои металлические руки и устремился к краю крыши.
Ламли был поражен. Это был его второй опыт столкновения со злобностью муглюга, и поведение Мортимера поразило его даже больше, чем его собственное.
Газетчик боролся и бился, но его держали в тисках, из которых он не мог вырваться.
- Помогите! - крикнул он.
Другой муглюг не обращал внимания на Сто шестого, а спокойно прислонился к "Метеору". Если для спасения Мортимера нужно было что-то предпринять, по мнению Ламли, это должен был сделать именно он.
На крыше лежал железный прут. Ламли подхватил его, помчался за взбунтовавшимся муглюгом и со всей силы ударил его по голове.
Автомат с жужжанием, напоминающим звук лопнувшей пружины, упал на крышу и остался лежать там неподвижно и беззвучно, семь футов искореженной стали.
Мортимер был опущен в футе от края крыши. Поднявшись на ноги, он мрачно уставился на обезображенное чудовище.
- Главному центру придется хорошенько потрудиться, и не жалко, - сказал он. - Уже дважды за день эти закованные в броню марионетки путаются в мыслеволнах. Люди этого времени, Ламли, взрастили огромную силу, которую они держат в подчинении одним лишь разумом. Если бы не тот человек занял пост главы Центра, и муглы ополчились бы на своих хозяев, началась бы резня мирных людей, которая потрясла бы все человечество.
- Хотел бы я знать побольше о работе Главного центра, - пробормотал Ламли.
- Старина Тиб расскажет тебе обо всем этом. Я сам не знаю всех тонкостей этой игры, но, насколько я понимаю, вся система основана на том или ином соображении, содержащемся в книге, которая передается из поколения в поколение. Но мы постараемся забыть об этой маленькой неприятности. Я очень благодарен вам за то, что вы протянули муглюгу по башке как раз в тот момент, когда это было нужно мне больше всего. Полагаю, трест Муглюг поднимет небольшой шум, но если они будут слишком упрямиться, мы подадим жалобу на Главный центр.
Мортимер опустился на землю, набил трубку и внимательно осмотрел ее.
- Я бы не хотел, чтобы с этим бриаром что-нибудь случилось на этой ферме, - сказал он, - То, как люди этого времени курят - да и едят тоже, если уж на то пошло, - одна из самых больших насмешек века.
Мортимер хихикнул.
- Но ты узнаешь об этом, когда Тиб доберется до тебя.
Шум, вызванный неприятностями на крыше, привел к тому, что остальная часть колонии высунулась из люка.
- Как можно ожидать, что человек будет писать, - ворчал Линдли, - когда вы шумите, как котельная прямо у него над головой?
- Да кого вообще волнует твой старый роман? - фыркнул Мортимер. - Если бы Ламли не проломил голову Номеру сто шесть и не свалил его на крышу, я бы сейчас лежал на дороге со сломанной шеей.
Он принялся объяснять, что произошло.
- Громила!» - нахмурился Рипли. - Эта адская штуковина не работает уже неделю. На днях она ударила меня, когда мы отправились полетать, и я едва не выкинул ее за борт. Мы купили сто шестого подержанным, если мне не изменяет память.
- Мне вообще не очень нравятся эти муглюги, ни старые, ни новые, - сказал Линдли. Если с ними спорить, они всегда начинают драться. Который сейчас час?
Он посмотрел на часы.
- Три часа, - добавил он, - и воздух полон машин, направляющихся в Перистилум. Если мы хотим занять место в первых рядах, нам лучше стартовать прямо сейчас.
- Вы все готовы? - спросил Мортимер.
В ответ раздался хор утвердительных голосов.
- Тогда поднимайтесь на борт.
Один за другим они поднялись по движущимся ступенькам на "Метеор"; затем муглюг дернул за рукоятку, и они поднялись и умчались прочь.
Глава 5. Последний иммигрант
Полет в Перистилум стал для Ламли самым ярким событием. Огромные крылья Метеора рассекали воздух так же бесшумно, как птичьи, и несли их вперед с огромной скоростью.
Муглюг занимался всем, что было связано с управлением кораблем, так что у пассажиров было достаточно свободного времени, чтобы посплетничать и поглазеть по сторонам.
День выдался прекрасный. Солнечные лучи смягчались легким бризом, и природа демонстрировала свои лучшие качества.
Путешествие по воздуху, по мнению Ламли, казалось самой поэзией движения. Он удобно устроился в своем кресле по правому борту «Метеора» и наблюдал за кораблями, проплывающими внизу, вверху и по обе стороны.
- А вот и великий Тибиус Най Два, - сказал Гиг Линдли.
- Идет под парусами, как обычно, задрав нос, - ворчал Рипли.
- Смотри, Ламли, - сказал Мортимер, указывая пальцем, - там летит человек, чей доход составляет миллион в день.
Ламли проследил за пальцем друга и увидел позолоченную машину, бороздившую воздух благодаря безупречным парусам из белого шелка. У муглюга, стоявшего за рулем, были бриллиантовые глаза и серебряная филигранная отделка.
Повелитель судна сидел посредине корабля, откинувшись в мягком кресле, укрытый от солнца балдахином из голубого шелка, скрестив руки на внушительном животе. На корме было выведено название машины: Плутократ.
- Кто он? - поинтересовался Ламли.
- Он главный босс Воздушного треста, - ответил Мортимер. - Некоторое время назад он дал пять миллионов на основание приюта для престарелых.
- А потом, - вставил Рипли, - поднял цену на воздух на пятьдесят центов за тысячу, чтобы те, у кого хорошие легкие, могли оплачивать дом для тех, у кого их нет. Человек с большим сердцем.
- Ни один воздушный корабль не может быть запущен, не заплатив этому старому чудаку сто долларов за пользование эмпиреей, - заметил Линдли.
- Он - главный акционер "Юниверсал Тьюб Компани", - заметил Джод Мак-Вильямс, который писал роман на сто двадцать тысяч слов об идее единого налога.
- Что такое "Юниверсал Тьюб Компани"? - спросил Ламли.
- Об этом ты узнаешь у старины Тиба, мой мальчик, - ответил Мортимер.
- Не надо беспокоить старого Тиба! - воскликнул Рипли. - Стыдно заставлять такого парня, как Ламли, гадать целый день и ночь. Всемирное метро, Ламли, пронзает землю от поверхности до поверхности, по всему ее диаметру.
- Милосердные силы! - разразился восклицанием Ламли. - Неужели современные инженеры действительно выполнили такую непосильную работу?
- Да, это так, - ответил Мортимер. - Работу выполнили муглюги, а друг Тибиус владеет большей частью акций муглюгов.
- Он также владеет компанией развлечений "Век Транса", - пояснил Мак-Вильямс.
- Что это такое? - совершенно искренне спросил Ламли.
- Это компания, контролирующая Перистилум и всех тех недовольных тысяча девятисотым годом, которые перешли в этот век. Каждый из нас очнулся под опекой Компании развлечений.
- Под взглядами тысячи и более людей, - сказал Линдли.
- Которые платили по пять монет за привилегию стать свидетелями представления, - вставил Мортимер. - Однако мое появление собрало не так уж много народу, потому что я не явился в Перистилуме, как все вы, парни.
- И я тоже, - заметил Ламли. - Почему меня туда не отвели?
- Благослови тебя Бог, старина, компания развлечений побоялась возиться с твоим аппаратом. Они не привыкли, чтобы иммигранты прибывали таким образом.
- Ну вот мы и на месте, друзья, - сказал Мак-Вильямс, перегнувшись через борт Метеора и глядя вниз.
Ламли тоже взглянул вниз, как раз когда воздушный корабль начал кружить в поисках посадочной площадки.
Прямо под ними возвышалась круглая крыша огромного здания. Центр крыши пронизывало большое отверстие, а между ним и краем крыши располагалось огромное количество эстакад, похожих на те, что были на доме колонии.
Многие эстакады были заняты, и прошло несколько минут, прежде чем муглюг смог сманеврировать так, чтобы приземлиться на свободное место. Наконец это удалось, и Мортимер, Ламли и остальные присоединились к толпе, стекавшей по широкой лестнице в Перистилум.
Спустившись на сотню ступенек, Мортимер подошел к муглюгу, который принимал билеты. Рипли отсчитал девятнадцать в стальную ладонь стоявшего в ожидании муглюга, и они продефилировали в огромный круглый зал.
В центре пола находился круглый помост высотой с обычную театральную сцену. На платформе лежала каменная плита, верхняя поверхность которой была покрыта тканью, под которой виднелись контуры некой округлой формы.