Уильям Керрингтон – Рейс в вечность. Катастрофа над Раунд-Хилл (страница 2)
В салоне раздавался гул голосов – всё больше пассажиров занимали свои места, укладывая ручную кладь на багажные полки, а стюардессы внимательно следили за порядком. Последние опоздавшие спешно пробирались к своим креслам, вызывая лёгкое раздражение у тех, кто уже устроился.
– Уважаемые пассажиры, добро пожаловать на борт рейса 516 авиакомпании TAW, – объявила Карен по громкой связи, улыбаясь. – Наш пункт назначения – Национальный аэропорт Вашингтона. Пожалуйста, убедитесь, что все вещи размещены на багажных полках или под сиденьями кресла перед вами, а ремни безопасности застёгнуты.
Завершив приветствие, Карен мельком окинула взглядом салон. Пассажиры закончили рассаживаться по своим местам, некоторые уже листали журналы, другие поправляли ремни безопасности. Убедившись, что всё идёт по плану, она шагнула к телефонной панели у передней перегородки, сняла трубку и нажала кнопку внутренней связи с кабиной.
– Капитан, это старшая бортпроводница. Посадка завершена, двери закрыты, экипаж готов к выполнению инструкций.
В ответ в динамике раздался голос капитана:
– Спасибо, Карен. Готовьтесь к брифингу по безопасности.
В это же время, в кабине пилотов начались финальные проверки. Майкл сверял данные с приборов, добавляя:
– Принял информацию по АТИС3: нижняя граница облаков – 4000 футов4, давление 29,925. Полоса 28 правая. Трафик плотный, но диспетчер дал нам приоритет. Температура в зоне вылета минус два градуса, возможны лёгкие осадки.
– Отлично. Давайте пройдём финальный лист проверок, – ответил Джеймс, вчитываясь в документы. – Майкл, зачитай контрольный лист набора высоты и проверь начальные точки маршрута, – добавил Джеймс, переключая внимание на панель связи. – Напомни указания диспетчера по набору и доложи о нашей готовности.
Майкл начал быстро зачитывать пункты контрольного листа, сверяясь с маршрутными данными.
– Скорость набора 180 узлов, первая точка – Лима Дельта, высота перехода 10 тысяч футов. Диспетчер рекомендует держаться курса 230 до выхода из зоны аэропорта.
– Понял. Продолжай. Доложи, как закончишь, – сказал Джеймс, переключаясь на внутреннюю связь. Затем он снова обратился к бортинженеру:
– Пол, проверь ещё раз состояние двигателей и давление в гидросистемах. Нам нужно быть уверенными в каждом элементе перед взлётом.
Пол быстро сверился с приборами и подтвердил:
– Всё в норме, капитан. Давление стабильно, отклонений нет.
– Хорошо, – сказал Джеймс, переведя взгляд на Майкла. – Майкл, проверь конфигурацию закрылков и стабилизаторов, а также расчётную скорость V16. Убедись, что всё готово к запуску двигателей.
После подтверждения от второго пилота, Джеймс глубоко вдохнул, убеждаясь, что всё идёт по плану. Затем, слегка повернув голову в сторону Майкла, он спокойно произнёс:
– Пожалуйста, свяжись с вышкой. Доложи завершение посадки и запроси разрешение на запуск.
Второй пилот кивнул, потянулся к блоку управления радиосвязью и нажал на кнопку передачи.
– Колумбус-Вышка, TAW 516, посадка завершена, запрашиваем разрешение на запуск.
Спустя несколько секунд в наушниках раздался ответ диспетчера:
– TAW 516, Колумбус-Вышка. Принято. Разрешаю запуск. Сообщите, когда будете готовы к рулению.
– Принято, спасибо. Готовность доложим, – поблагодарил диспетчера второй пилот.
– Отлично. Пол, начинаем запуск двигателей, – скомандовал Джеймс. – Стартуем с третьего.
Пол кивнул, переключая внимание на приборную панель.
– Запуск третьего двигателя, подтверждаю. Открываю топливный клапан, подаю напряжение, запуск.
Тихий гул сменился раскатом, когда третий двигатель начал набирать обороты. Пол наблюдал за стрелками, фиксируя стабильность показаний.
– О'кей, третий работает стабильно, параметры в норме. Переходим ко второму.
– Запуск второго, – продолжил Пол. – Открываю клапан, запуск.
Гул стал громче, смешиваясь с вибрацией, пробегающей по корпусу самолёта. Несколько секунд напряжённого ожидания – и второй двигатель заработал в штатном режиме.
– Второй работает стабильно, – доложил Пол. – Переходим к первому.
Джеймс быстро сверился с Майклом.
– Майкл, подтвердите параметры закрылков и начальную скорость V1.
– Закрылки установлены на в положении 5, V1 – 130 узлов. Параметры соответствуют расчётам, – ответил Майкл.
– Отлично. Пол, запускаем первый.
Процедура повторилась. Каждый запуск сопровождался чёткими комментариями и подтверждениями. Когда все три двигателя были запущены и работали в стабильном режиме, Пол доложил:
– Все двигатели работают, системы стабильны. Мы готовы к рулению.
– Благодарю, – сказал Джеймс и переключил связь. – Порт-Колумбус Контроль, TAW 516, двигатели запущены, готовы к рулению.
– TAW 516, руление разрешено к полосе 28 правая, следуйте по маршруту Альфа-Чарли-Дельта. Ветер 230 градусов, 18 узлов.
– Понял, Альфа-Чарли-Дельта, 516, – подтвердил Джеймс. – Майкл, начинаем движение.
В 10 часов 15 минут местного времени самолёт откатился от гейта и начал руление на полосу 28 правая.
Как только от самолёта отошёл пассажирский рукав, старшая бортпроводница Карен Уэст убедилась, что все двери герметично закрыты и системы безопасности в норме. Командир воздушного судна Джеймс Хардинг активировал внутреннюю связь и поприветствовал пассажиров:
– Доброе утро, дамы и господа. Говорит ваш капитан Джеймс Хардинг. Добро пожаловать на рейс 516 авиакомпании Trans-American Wings. Мы вылетим по расписанию, время в пути составит один час пятнадцать минут. Желаем вам спокойного и комфортного полёта. Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию.
После приветствия Карен дала сигнал другим бортпроводникам начать стандартный брифинг по безопасности. В салоне зазвучал голос одной из стюардесс, сопровождаемый чёткими движениями, демонстрирующими спасательные жилеты и действия в случае экстренной посадки.
Самолёт медленно покатился по рулёжной дорожке, обгоняя наземные транспортные средства. Снаружи проносился холодный ветер, трепля ярко-жёлтые жилеты сотрудников аэропорта. Вид из окна кабины напоминал Джеймсу о его первых годах работы: те же звуки двигателей, оживление на перроне, запах авиационного топлива.
– Ветер усиливается, – заметил Майкл, глядя на флаг у башни диспетчера.
– Не волнуйся, Майкл, – сказал Джеймс, слегка усмехнувшись. – Этот самолёт многое переживал, переживём и это.
После брифинга Карен вернулась в служебный блок, отделяющий пассажирский салон и кабину пилотов, где находились кухни и места для бортпроводников. Подойдя к внутреннему телефону, она снова набрала номер связи с КВС.
– Все готовы, – сказала она через внутреннюю связь. – Удачного полёта, капитан.
– Спасибо, Карен, – отозвался командир.
Карен вернулась к своему месту рядом с коллегой, бортпроводницей Сьюзан. Обе заняли свои места и начали готовиться к вылету, следуя стандартным процедурам.
На борту царила привычная атмосфера перед взлётом. Адвокат Эмилия Картер отложила свою папку с документами и мельком посмотрела на пассажиров напротив. Недалеко от неё Сэмюэль Фрейзер сидел у иллюминатора, задумчиво наблюдая за облаками. Его мысли постоянно возвращались к предстоящей встрече, и он словно искал ответы в размытой линии горизонта.
Кевин Роджерс, сидевший у прохода, тихо разговаривал с соседкой, которой оказалась медсестра Линда Уайт, 41-летняя женщина с мягкой улыбкой и уверенным взглядом. Возвращаясь с курсов повышения квалификации, она размышляла о своих пациентах и будущем. Её интуиция, как всегда, помогала понять настроение окружающих, и она инстинктивно чувствовала, когда кому-то требовалась поддержка или помощь.
– Так вы едете на соревнования? – спросила Линда, улыбаясь.
– Да, мэм. Финал школьной лиги. Надеюсь, что смогу себя показать, – ответил Кевин с искренним энтузиазмом. Линда заметила блеск в его глазах и вспомнила, как поддерживала племянника на подобных турнирах.
В это же время 34-летний Томас Хейл, курьер дипломатической службы, работающий на правительство, расположился в хвосте самолёта. Его спокойный, но настороженный взгляд блуждал по салону, словно он пытался оценить каждого пассажира. Изредка он смотрел в иллюминатор, погружённый в мысли о своём поручении, который ему предстояло выполнить. Напротив него пожилая пара негромко обсуждала свои планы на поездку в Вашингтон.
Спустя пять минут руления самолёт остановился у начала взлётной полосы. Двигатели работали в холостом режиме и экипаж ожидал разрешения диспетчера на взлёт. В кабине повисло напряжённое молчание, ощущение важности момента охватило каждого из членов экипажа. Это был ответственный этап, требующий полной сосредоточенности. Всё выглядело привычно и рутинно: спокойные лица пассажиров, отлаженные действия экипажа, шум работающих двигателей. Никто на борту не мог представить, что вскоре этот обычный рейс станет испытанием на грани человеческих возможностей, проверяя каждого на прочность и силу духа.
Глава 2. Решение в небе
На полосе 28 правая застыл Boeing 727 рейса TAW 516, его двигатели гудели ровно, готовясь вывести лайнер в небо. Небо было затянуто плотными облаками, серые тени которых ложились на взлётно-посадочную полосу.
– Все системы работают в штатном режиме, давление в гидросистеме стабильно, двигатели на холостом ходу, – произнёс бортинженер Пол Хендерсон, выпрямляясь в кресле и мельком глянув на капитана.