Уильям Харт – Исповедь анархиста: взгляд изнутри (страница 4)

Во Франции шпионаж ведётся в грандиозных масштабах. Господин Андриё8 в своих «Мемуарах префекта полиции» приводит следующий пример:

«Товарищи искали кого-нибудь, кто бы предоставил средства, но «презренный капитал», казалось, не спешил откликнуться на их призыв. Я подтолкнул «презренный капитал» и сумел убедить его, что в его собственных интересах – облегчить издание анархистской газеты… Но не воображайте, что я с откровенной грубостью предложил анархистам поддержку префекта полиции. Я послал хорошо одетого буржуа к одному из самых активных и умных среди них. Тот объяснил, что, разбогатев на аптекарском деле, он хочет посвятить часть своего дохода продвижению анархистской пропаганды. Этот буржуа, жаждущий быть обманутым, не вызвал у товарищей ни малейших подозрений. Через его руки я поместил залоговую сумму (в Франции перед началом издания газеты необходимо внести денежный залог) в государственную казну, и газета «Социальная революция» увидела свет. Это была еженедельная газета, поскольку щедрость моего аптекаря не распространялась на расходы ежедневного издания»

IV. Анархистская «литература»

Литература анархизма интересна лишь в той мере, в какой она отражает своеобразные умственные особенности её адептов. Изложенная возвышенным слогом, её тошнотворная грубость и сентиментальность оставляют мало или совсем не оставляют впечатления в уме думающего исследователя общества (разве что отвращение). Строго говоря, существует два класса анархистской литературы. Первый – идеалистический – выражает чувства «совершенных существ», которых я ранее перечислил, но которые на самом деле вовсе не анархисты; второй является апологетом того пессимистического и преступного анархизма, который не видит добра ни в одном из существующих институтов, ни надежды на будущее и, следовательно, стремится к разрушению. Моя цель, однако, не столько в том, чтобы критиковать литературу анархизма, сколько в том, чтобы разоблачить лицемерные заявления этих обманщиков, которые изображают себя «истинными и единственными друзьями труда». Ибо, хотя никто не кричит так громко, как анархисты, осуждая потогонную систему и восхваляя тред-юнионизм,9 тем не менее, как ни странно (или, может, это не странно?), разница между предписанием и практикой тревожно очевидна. Анархисты довели потогонную систему до степени изящного искусства!

«Общественная» ставка для работы наборщиков составляет 38 шиллингов в неделю. Но “освобождающий труд” «The Commonweal» платил своему наборщику баснословное вознаграждение в 10 шиллингов в неделю! Газета «Liberty» в начале своего существования производилась с помощью детского труда, но позже выпускалась полностью на добровольных началах. Газета «Alarm» платила за набор 15 шиллингов в неделю – иногда; в другое время газета выходила за счёт эксплуатации труда бедняков, оставшихся без работы, которые по сей день так и не получили оплаты. Эти газеты сейчас перестали выходить. «Freedom», единственная оставшаяся, долгие годы была продуктом тред-юниона, но в 1897 году она платила королевское жалованье в 10 шиллингов в неделю за «набор» и «печаталась» с помощью детского и несоюзного труда по ценам, от которых даже потогонная зарплата меркнет.

Интересно отметить имена видных анархистов, связанных с этими предприятиями. Князь Кропоткин является членом «группы», издающей «Freedom». Но, отвечая на моё письмо, князь заверил меня, что он совершенно не знал о потогонных условиях, в которых она производилась. (Это объясняется тем, что князь живёт в Бромли, в Кенте, а «группа» проводит свои собрания в Кэмден-Тауне.) Другими членами «группы» являются князь Черкезов, Эррико Малатеста, А. Марш, миссис К. М. Уилсон и другие представители среднего класса.

История анархистского движения в Англии усеяна трупами умерших журналов; среди них можно упомянуть следующие: «The Commonweal», который называл себя «революционным журналом анархо-коммунизма», был впервые приостановлен в то время, когда его редактор был арестован и приговорён к восемнадцати месяцам тюрьмы за статью, подстрекавшую к убийству судьи Хокинса и министра внутренних дел Мэтьюза в 1892 году. Два года спустя наборщик, который набирал газету, был арестован за речь, произнесённую им на Тауэр-Хилл, и приговорён к небольшому сроку (из-за его недостаточного влияния в деле подстрекательства) в шесть месяцев каторжных работ за призыв к убийству членов королевской семьи по случаю открытия Тауэрского моста. Это, казалось, стало смертельным ударом для «The Commonweal», ибо после этого оказалось невозможным продолжать его публикацию.

Обратите внимание на орфографию и знаки препинания. Перевод страницы:

Открытое письмо Генри Кэри Шаттлуорту.

Ректору церкви Святого Николая Коул Эбби.

От ЧАТА.

Генри. Кэри. Шаттлуорт.

Одиннадцать лет назад, я. вызвал вас на дебаты. со мной. о Существовании Бога. Вы заявили тема не в вашей компетенции. но вы подумаете об этом. Почему же, Сэр. 'Истинно или Ложно. реальность этого (так называемого-Бога.) является краеугольным камнем вашей Церкви, Единственной причиной для ленивого бесполезного Священства. Позже, Вы – не уверены что публичные дебаты – по такой теме. Это хорошая идея. 'Ах Пастор, Вам вполне можно сомневаться в своей способности изменить мои взгляды или в том, что я. изменю ваши, Правда, вы можете задавать мне все виды вопросов, которые не допускают удовлетворительного ответа, 'Какое жалкое признание, 'Что, Нет удовлетворительных Доказательств для Бога.? Бескостная бесхребетная вещь, Неспособная даже с помощью Пастора.

«The New Order» был органом «христианских анархистов» и противостоял насилию любого рода – доходя даже до одобрения теорий непротивления10 графа Толстого.11

«Anarchist» издавался в 1886 году и был первой анархистской газетой, когда-либо издававшейся в Англии. «L’Internationale» была известна яростностью языка и открытой пропагандой кинжала и бомбы. «Anarchist Labour Leaf»12 представлял собой восьмистраничную брошюру, ежемесячно издававшуюся анархистами Ист-Энда и распространявшуюся им по воскресеньям на различных митингах в Виктория-парке. «Liberty» редактировалась Джеймсом Токатти, портным из Хаммерсмита, и выступала против политики безразборного насилия. По этой причине она мало поддерживалась анархистами и вскоре испустила дух. Это была лучшая среди множества анархистских газет. Среди многих других были «Alarm», которая, несмотря на своё будоражащее название, била редко; «Herald of Anarchy», «journal of consistent individualism»;13 «Worker’s Friend», издание на идише; «Уолсолл Анархист»; «Sheffield Anarchist », на котором было написано «Платите, сколько хотите»; «Der Lumpen proletarier», немецкое издание, автор которого до сих пор «разыскивается» полицией по подозрению в убийстве женщины на Шафтсбери-авеню несколько лет назад; «Torch of Anarchy »; «Die Autonomie», которая во время действия немецких антисоциалистических законов тайно провозилась в Германию самыми причудливыми способами; и «Die Freiheit», редактор которой, печально известный Иоганн Мост, отсидел шестнадцать месяцев тюрьмы за статью, одобрявшую убийство царя в 1881 году.

В качестве образца беспринципности, до которой дойдут некоторые анархисты, могу упомянуть, что в 1889 году в защиту анархизма появился трактат Бернарда Шоу под названием «Анархизм против государственного социализма». Вскоре после этого мистер Шоу счёл нужным отречься от анархизма как от неразумного учения и написал блестящую брошюру о его «Невозможности» (Фабианское общество).14 Тем не менее в 1896 году «Ассоциированные анархисты» фактически перепечатали упомянутый первый трактат и распространили его повсеместно, как будто это было мнение мистера Шоу на тот момент. Подобное бесчестие анархисты продемонстрировали фактически у открытой могилы Уильяма Морриса, воскресив мнения, от которых он давно отказался. Такое бесчестие, кажется, доставляет анархистам удовольствие.

V. Группы

Анархисты объединяются в «группы». По очевидным причинам в каждой из них редко собирается более дюжины членов. Хотя анархистское кредо – устранение власти во всех её формах – не допускает какой-либо организации вообще, всё же следует признать, отдавая должное одной части партии, что некоторые из них заявляют о вере в форму «добровольного сотрудничества», в отличие от «принудительных» институтов правительства. Я говорю «заявляют о вере» умышленно, ибо я ещё ни разу не видел, чтобы практика анархистов соответствовала их заявлениям. Напрасно мы ищем в анархистской партии пример организации. Её нет. Попытки организации среди них были частыми, но все заканчивались позорной неудачей. Дело в том, что анархисты не способны к организации и, будучи далёкими от готовности к «обществу без правительства» (если бы такая аномалия смогла продержаться хоть день), они показали себя неспособными управлять даже приличным по размеру прилавком с яблоками. Манифест «Ассоциации анархистов» подтверждает мои слова. «Мы присутствовали, – говорят издатели этого манифеста, – на многих собраниях наших анархистских товарищей, где должны были вестись обсуждения важных вопросов и где надеялись достичь какого-то взаимного и коллективного согласия относительно выражения мнения и действий. Однако в каждом случае, когда полное единодушие не было достигнуто, так сказать, случайно, оказывалось невозможным принять какое-либо решение в виде общего мнения собрания или относительно того, какие действия следует им предпринять по всем этим конкретным и важным делам. Вместо этого возникали яростные перепалки; царил величайший беспорядок, и все собрания, с точки зрения организации, были абсурдными фарсами и смехотворным обманом».