Уильям Блэтти – Изгоняющий дьявола. Знамение. Дэмьен (страница 51)
— Карл, я не шучу! — не оборачиваясь, нервно вскрикнула Крис.—Убирайся! Уйди из дома, ну хоть ненадолго! Нам всем надо выходить отсюда. Иди!
— Да-да, иди! — поддержала вошедшая на кухню Уилли и отобрала у Карла сковородку.
Карл взглянул на Крис и Карраса и вышел.
— Извините, святой отец,—смущенно пробормотала Крис.—Ему так много пришлось пережить в последнее время.
— Вы правы,—мягко начал Каррас.—Все должны стараться понемногу выходить из дома. И вы в том числе.
— Так что говорит Бэрк? — поинтересовалась Крис.
— Он ругался,—пожал плечами Каррас.
— И это все?
Священник заметил, как голос ее дрогнул.
— Разве этого недостаточно? — Он заговорил тише.—Кстати, у Карла есть дочь?
— Дочь? Нет, я ничего не знаю. Если и есть, то он о ней никогда не говорил.
Уилли чистила кастрюли у раковины, и Крис обернулась к ней.
— Разве у вас есть дочь, Уилли?
— Она умерла, мадам. Очень давно.
— Извини меня.
Крис повернулась к Каррасу.
— Я сама об этом первый раз слышу,—прошептала она.—А почему вы спросили? Откуда вы узнали?
— Регана говорила о ней,—ответил Каррас.
Крис молча уставилась на него.
— А вы никогда не замечали у нее сверхчувствительного восприятия? — спросил священник.—Я имею в виду, до болезни.
— Ну...—Крис запнулась.—Даже не знаю. Я не уверена. То есть, бывало, что наши мысли совпадали, но мне кажется, это часто происходит с близкими людьми.
Каррас кивнул и задумался.
— А вторая личность, о которой я говорил,—начал он,— это она появлялась во время гипнотического сеанса?
— Та, которая бредит?
— Да. Кто это?
— Я не знаю.
— Она вам совсем незнакома?
- Нет.
— А вы посылали за медицинскими отчетами?
— Да, их привезут сегодня и сразу же передадут вам.—Крис отпила глоток кофе.—Мне это стоило большого труда.
— Я знал, что вы столкнетесь с трудностями.
— Трудности были, но тем не менее документы вам принесут. Так как же насчет изгнания беса, святой отец?
Каррас опустил глаза и вздохнул:
— Я не совсем уверен, что епископ одобрит это изгнание.
— Что значит «не совсем уверен»? —- Крис поставила чашку на стол и нетерпеливо взглянула на священника.
Иезуит сунул руку в карман и вынул оттуда пузырек.
— Вы видите это?
Крис кивнула.
— Я сказал девочке, что это святая вода,—объяснил Кар- рас.—И когда начал разбрызгивать ее, Регана реагировала очень бурно.
— Ну и что?
— Это не святая вода. Это обыкновенная водопроводная вода.
— Может быть, некоторые бесы просто не знают разницы?
— Вы действительно верите, что в ней сидит бес?
— Я верю, что Реганой завладел тот, кто хочет ее убить, отец Каррас. А может ли он отличить мочу от воды, по-моему, не так уж и важно. Разве я не права? Извините, конечно, но вы хотели знать мое мнение! Какая разница между святой водой и водопроводной?
— Святую воду освящают.
— Великолепно, отец Каррас, я так счастлива, что узнала об этом! Значит, вы говорите, об изгнании не может быть и речи?
— Нет, я только начал разбираться в этом деле,—горячо возразил Каррас.—Но у церкви свои критерии, и с ними надо считаться. Нельзя без разбора верить во все предрассудки и рассказы о левитирующих священниках или плачущих статуях святой девы Марии. Я не хочу стоять в одном ряду с такими рассказчиками.
— Вы не хотите принять либриум, святой отец?
— Извините, но вы хотели знать мое мнение.
— И я узнала его.
Каррас полез за сигаретами.
— Дайте и мне тоже,—попросила Крис.
Иезуит протянул ей пачку, поднес спичку и прикурил сам. Они шумно выдохнули дым и тяжело откинулись на спинки стульев.
— Извините,—мягко проговорил священник.
— Такие крепкие сигареты вас погубят.
Он повертел в руках пачку, шелестя целлофаном.
— У нас есть все необходимые церкви признаки. Ваша дочь говорит на языке, который никогда прежде не знала и не изучала. Я все записал на пленку. Потом ее ясновидение. Правда, современные взгляды на телепатию и сверхчувствительное восприятие несколько иные, чем в средние века, и церковь может не принять их как доказательство одержимости.
— А вы сами-то верите в эту чепуху? —Крис нахмурилась.
Каррас посмотрел на нее и продолжил:
— И последнее —ее сила. Она не соответствует ни ее возрасту, ни ее состоянию. Это уже ближе к мистике.
— А стук в стенах?
— Сам по себе он ничего не значит.
— А то, как она подпрыгивала на кровати?
— А чертовщина на коже?