Уильям Блэтти – Изгоняющий дьявола. Знамение. Дэмьен (страница 43)

— Конечно, конечно,—прошептал Каррас, похлопывая Крис по плечу. Он пытался успокоить и взбодрить ее, пре­рвать женскую истерику.

Дочь? Да ей самой нужна помощь психи­атра.

— Хорошо, я осмотрю ее,—сказал священник.—Осмо­трю.

Они молча подошли к дому. Карраса угнетало ощущение нереальности происходящего, к тому же в голове вертелись мысли о завтрашней лекции в университете. Надо было под­готовить кое-какие заметки. Каррас понял, что не успеет к обеду. Было без десяти шесть. Крис открыла дверь и повер­нулась к нему.

— Святой отец... может быть, вам лучше надеть сутану?

— Слишком опасно,—ответил он и почувствовал ка­кую-то леденящую, гнетущую тревогу. Острыми осколками льда она вошла в его тело, сконцентрировалась и поползла вверх, замерев в горле.

— Отец Каррас?

Он поднял глаза. Крис вошла в дом и придерживала дверь.

Какую-то долю секунды священник стоял не шевелясь, а потом решительно вошел в прихожую, испытывая при этом странное чувство обреченности.

Он услышал звуки возни, доносившиеся сверху. Хриплый бас кому-то угрожал, посылая всевозможные проклятья с яростной ненавистью.

Крис стала подниматься на верхний этаж. Священник по­следовал за ней в спальню Реганы. Карл стоял напротив две­ри, прислонившись к стене. Руки его были сложены, голова опущена. Он медленно поднял голову и посмотрел на Крис. Каррас уловил в его взгляде страх и смятение. Бас громыхал где-то совсем рядом. Он был таким громким, что казалось, в комнате установлен электронный усилитель.

— Оно пытается вырваться из смирительных ремней,— вымолвил Карл слабеющим от ужаса голосом.

— Я сейчас вернусь, святой отец,—пробормотала Крис.

Каррас наблюдал, как она шла через зал к своей спальне. Потом взглянул на Карла.

— Вы священник? — спросил Карл.

Каррас кивнул. В этот момент из комнаты послышался рев какого-то животного, похожий на мычание вола.

Кто-то тронул его за руку.

— Это она,—выдохнула Крис.—Регана.—И дала ему фо­тографию.—Эта фотография была сделана четыре месяца назад.—Она взяла карточку и кивнула в сторону спальни.—А теперь идите и посмотрите, что с ней стало. А я подожду здесь.

— Кто с ней? —спросил Каррас.

— Никого.

Он выдержал ее пристальный взгляд и, нахмурившись, повернулся к спальне. Как только он взялся за ручку двери, звуки, доносившиеся оттуда, резко оборвались. В напряжен­ной тишине Каррас медленно вошел в комнату и чуть не вы­летел обратно, ощутив резкое зловоние.

Быстро придя в себя, он закрыл за собой дверь. И тут взгляд священника упал на существо, которое прежде было Реганой. Оно полулежало на кровати, подпертое подушкой. Широко открытые проницательные глаза сверкали безумным лукавством. С интересом и злобой они уставились на Карра- са. Лицо напоминало страшную маску. Каррас перевел взгляд на спутанные, свалявшиеся волосы, на исхудалые руки и но­ги, на раздутый живот и потом снова на глаза: они наблюда­ли за ним, буравили его насквозь.

— Привет, Регана,—как ни в чем не бывало поздоровал­ся священник.—Я друг твоей матери. Она мне сказала, что ты неважно себя чувствуешь. Сможешь рассказать, что про­изошло? Я хочу помочь тебе.

Немигающие глаза яростно блеснули, и на подбородок из уголков рта поползла желтоватая слюна. Потом губы напряг­лись и вытянулись в злобную насмешливую улыбку.

— Ну-ну,—злорадно прохрипела Регана, и у Карраса по­бежали мурашки по всему телу от этого невероятно низкого баса, полного угрозы и силы.—Итак, это ты... они прислали тебя! Ну тебя-то нам нечего бояться.

— Да, это верно. Я твой друг. Я бы хотел помочь тебе.

— Тогда ослабь ремни,—загремел голос Реганы. Она по­пыталась поднять руки, и только теперь Каррас заметил, что они были стянуты двойными смирительными ремнями.

— Они тебе мешают?

— Чрезвычайно. Они создают крайнее неудобство. Ад - с к о е неудобство. — В ее глазах блеснул тайный азарт.

Каррас заметил следы царапин на лице и раны на губах девочки. Наверное, она кусала их.

— Боюсь, что ты можешь сделать себе больно, Регана.

— Я не Регана,—басом откликнулся голос. На лице оста­валась все та же злобная усмешка, и Каррасу вдруг показа­лось, что таким оно было всегда. Как нелепо это вы­глядит со стороны.

— Да, я понимаю. Тогда, наверное, нам надо познако­миться. Я —Дэмьен Каррас. А ты кто?

— А я —дьявол.

— Ага, хорошо, очень хорошо,—одобрительно кивнул Каррас.—Теперь мы можем поговорить.

— Поболтаем немного?

— Если хочешь.

— Это так приятно для души. Однако ты скоро пой­мешь, что я не могу свободно разговаривать, пока на мне эти ремни. Я привык жестикулировать. Как тебе известно, я про­вел много времени в Риме, дорогой Каррас. Будь так добр, развяжи ремни!

Какая точность мыслей и выражений!

— Так ты говоришь, что ты дьявол? — спросил Каррас.

— Уверяю тебя.

— Тогда почему ты не можешь сделать так, чтобы ремни исчезли?

— Это слишком примитивное проявление моей силы, Каррас. Слишком грубое. В конце концов, я же ко­роль!—Смех.—Для меня предпочтительней убеждение. Я люблю, чтобы в мои дела кто-нибудь вмешивался и помо­гал мне. Если я сам расслаблю ремни, мой друг, я лишу тебя возможности совершить благодеяние.

— Но ведь благодеяние,—возразил Каррас,—это добро­детель, и именно то, что дьявол должен предотвращать, так что я помогу тебе, если не буду снимать ремни. При условии, конечно,—он пожал плечами,—что ты на самом деле дья­вол. Если же нет, то я, пожалуй, сниму их.

— Ну ты лиса, Каррас. Если бы любезный Ирод был с нами, он гордился бы тобой.

— Какой Ирод? — прищурившись, спросил Каррас.—Их было двое. Ты говоришь о короле Иудеи?

— Об Ироде из Галилеи!—-с ненавистью и презрением выкрикнула она и улыбнулась, продолжая тем же зловещим голосом: — Ну вот, видишь, как меня расстроили эти прокля­тые ремни. Развяжи их. Развяжи, и я сообщу тебе твое будущее.

— Очень соблазнительно.

— Это я умею.

— А как я узнаю, что ты действительно видишь будущее?

— Я же дьявол.

— Да, ты так говоришь, а вот доказательств не даешь.

— В тебе нет веры.

Каррас застыл:

— Веры в кого?

— В м е н я, дорогой Каррас, в меня!- Маленькое пла­мя заплясало в злобных и насмешливых глазах.—Доказатель­ства—это так расплывчато!

— Мне подошло бы что-нибудь очень простое,—продол­жал Каррас.—Ну, например... дьявол ведь знает все, верно?

— Не совсем: почти все, Каррас, почти. Ты меня пони­маешь? Люди говорят, что я зазнаюсь. Это не так. К чему же ты клонишь, лиса?

— Я думаю, что мы сможем проверить твои знания.

— Ах, да, конечно! Самое большое южноамериканское озеро,—насмешливо произнесла Регана,—озеро Титикака в Перу! Это подойдет?

— Нет, мне нужно от тебя только то, что известно одно­му дьяволу. Например, где Регана? Ты знаешь это?

— Она здесь.

— Где «здесь»?

— В свинье.

— Дай мне взглянуть на нее.