Уильям Блэтти – Изгоняющий дьявола. Знамение. Дэмьен (страница 37)

«... или проявление парапсихологических способностей, например, телекинеза: перемещение предметов без исполь­зования материальной силы...»

Стук? Подпрыгивание кровати?

«В случаях вселения духа умершего происходят и такие явления, как описанный Ойстрахом эпизод с монахом, стано­вившимся во время приступов одержимости способным и одаренным танцором, хотя до заболевания никогда и нигде не танцевал. Такие явления могут быть весьма впечатляющи­ми. Психиатр Юнг после изучения сеансов одержимости мог дать лишь частичное объяснение тем явлениям, которые бес­спорно нельзя симулировать...»

Это уже звучало тревожно.

«... И Уильям Джеймс, величайший психолог Америки, указывал на «правдоподобность» духовного объяснения этого явления, после того как тщательно изучил так называемое «Чудо Вацека», девочку-подростка из Вацека в штате Илли­нойс, которую нельзя было отличить от девочки по имени Мэри Рофф, умершей в сумасшедшем доме двенадцать лет назад...»

Крис, нахмурившись, читала и не слышала, как в прихо­жей раздался звонок. Она не слышала, как Шарон перестала печатать и пошла открывать.

«Обычно считают, что демоническая форма одержимости восходит к истокам Христианства... На самом деле и одержи­мость, и изгнание бесов появились задолго до времени Хри­ста. Древние египтяне, а также жители древнейших цивили­заций Тигра и Евфрата считали, что физические и духовные расстройства вызываются вторжением в организм бесов. При­водим в качестве примера заклинание против детских болез­ней в Древнем Египте: «Уйди прочь, исчадье тьмы, нос твой как крючок, а лицо наизнанку... Ты пришел лобзать мое ди­тя... Ты не смеешь...»

— Крис?

Увлекшись она продолжала читать дальше:

— Шар, я занята.

—• К тебе явился детектив по делу об убийстве.

— О Боже, Шар, скажи ему...—Крис задумалась.—Хотя не надо.—Она нахмурилась, все еще глядя в книгу.—Не надо. Пусть войдет. Пригласи его.

Послышались шаги.

Крис замерла в ожидании.

Чего я жду?

Детектив вошел вместе с Шарон. Комкая в руках шляпу, он сопел, почтительно склонившись немного вперед.

— Мне так неловко. Вы заняты, я вижу, вы заняты. Я вас побеспокоил.

— Ну, как ваши дела с миром?

— Очень плохо, очень плохо. А как ваша дочь?

— Никаких перемен.

— О, извините, мне ужасно неловко. —Детектив неуклю­же топтался у стола. В глазах его проскальзывало уча­стие.—Вы знаете, я бы вас никогда не стал беспокоить, у вас больна дочь, это так неприятно. Боже мой, когда моя Руфь болела, или нет, нет, это была Шейла, моя младшая...

— Пожалуйста, присаживайтесь,—перебила Крис.

— Да-да, спасибо.—Киндерман шумно выдохнул и с бла­годарностью уселся на стул напротив Шарон. Та опять приня­лась печатать письма.

— Извините, так на чем вы остановились? — возобновила разговор Крис.

— Ах, да, моя дочь, у нее... ах, ну, это не важно.—Детек­тив сменил тему. — Вы ведь заняты. А я тут лезу со своей жи­знью, хотя о ней можно было снять целый фильм. В самом деле! Это просто невероятно! Если бы вы знали хоть полови­ну из того, что происходило в моей сумасшедшей семье! Я расскажу вам всего один случай. Моя мама каждую пятни­цу готовила нам рыбный фарш. Так всю неделю, понимаете, всю неделю никто не мог помыться, потому что моя мамуля запускала в ванну карпа, вот он там и плавал себе целую не­делю, потому что моя мама, видите ли, считала, что это очи­щает его организм от ядов! Вы приготовились? Потому что... Ах, ну ладно... Этого достаточно.—Киндерман вздохнул и махнул рукой.—Иногда полезно посмеяться хотя бы для того, чтобы не расплакаться.

Крис безразлично смотрела на детектива и ждала...

— Вы читаете? — Киндерман взглянул на книгу о кол­довстве.—Это нужно вам для фильма? — поинтересовался он.

— Просто читаю.

— Нравится?

— Я только начала.

— Колдовство,—пробормотал детектив. Вытянув голову, он попытался прочитать название книги.

— В чем дело? — рассердилась Крис.

— Да-да, извините. Вы заняты, я сейчас уйду. Как я уже говорил, я бы никогда не стал вас беспокоить, но тут...

- Что?

Детектив стал серьезным и положил руки на стол.

— Понимаете, миссис Макнейл, мистер Дэннингс...

- Ну?

— Черт побери!— яростно воскликнула Шарон и вынула испорченное письмо из машинки. Она скомкала его и швыр­нула в корзину для бумаг, стоящую около Киндермана.

— О, извините,—осеклась Шарон, заметив, что ее вне­запная вспышка гнева перебила их разговор.

Крис и Киндерман смотрели на нее.

— Вы —мисс Фенстер? — обратился к Шарон Киндер­ман.

— Спенсер,—поправила Шарон и отодвинула стул, соби­раясь встать и поднять листок.

— Не беспокойтесь, не беспокойтесь,—затараторил Кин­дерман, нагибаясь и поднимая скомканный листок.

— Спасибо,—поблагодарила Шарон.

— Ничего. Извините, вы — секретарь?

— Шарон, это...

— Киндерман,—напомнил детектив.—Уильям Киндер­ман.

— Ну да. А это Шарон Спенсер.

— Рад познакомиться,—кивнул Киндерман блондинке. Она положила руки на машинку и с любопытством рассма­тривала его.—Возможно, вы нам поможете,—добавил детек­тив.—В ночь гибели мистера Дэннингса вы ушли в аптеку и оставили его одного в доме, верно?

— Не совсем. Оставалась еще Регана.

— Это моя дочь,—пояснила Крис.

Киндерман продолжал задавать вопросы Шарон.

— Он пришел повидать миссис Макнейл?

- Да.

— Он считал, что она скоро придет?

— Я ему сказала, что она должна вернуться очень скоро.

— Очень хорошо. А когда вы ушли? Вы этого не пом­ните?

— Надо подумать. Я смотрела новости, поэтому. Ну да, верно. Я помню, еще разозлилась, когда аптекарь заявил, что рассыльный мальчик уже ушел домой. Я тогда еще сказала: «Ну-ну, а всего-то шесть тридцать». Значит, Бэрк пришел че­рез десять или двадцать минут после моего разговора.

— Значит,—подытожил детектив,—он пришел сюда где-то в 6.45?

— А что все это значит? — заволновалась Крис, чувствуя в душе растущее напряжение.

— Понимаете, тут возникает вопрос, миссис Макнейл,— с хрипотцой в голосе произнес Киндерман, поворачиваясь к ней.—Приехать в дом, скажем, без четверти семь и уйти всего через двадцать минут...

— Ну и что? Это же Бэрк,—возразила Крис.—На него похоже.

— А похоже ли на мистера Дэннингса,—поинтересовал­ся Киндерман,—посещать бары на М-стрит?

- Нет.

— Я так и думал. Я просто проверил. А имел ли он при­вычку ездить в такси? Обычно он вызывал машину из дома, когда собирался уходить?