Уиллоу Роуз – Вспомни, что ты сделала (страница 8)

Глава 14

Мы сказали детям и маме, что Мэтт зашел за мной, чтобы забрать на пробежку. Именно поэтому он оказался у нас ранним утром в воскресенье. Мэтт частенько после работы ходил в спортзал, и на заднем сиденье машины у него всегда была сумка с одеждой для тренировок. Я велела ему принести сумку в дом и переодеться. Сама тоже оделась в спортивное. Ложь должна выглядеть правдоподобно. Мама, конечно, не поверила, но ей хватило деликатности промолчать. При этом она одарила меня таким взглядом, что мне стало стыдно. Оливия, скорее всего, тоже догадалась, а вот Кристина и Алекс приняли все за чистую монету.

Ладно, неважно, подумала я, собираясь на пробежку. Мне нужна была эта маленькая ложь. Я не готова официально объявлять о серьезных отношениях – во всяком случае, так я себя убеждала. Причины мне самой были непонятны. Вон Чад, например, целый год занимался сексом с Кимми, пока мы были в браке, и ничего его не смущало. Я пыталась разобраться в себе, и на данном этапе мне было проще скрывать отношения с Мэттом. Так у меня оставался шанс на отступление.

– Готова? – Мэтт в кроссовках прыгал по кухне, разводя руки в стороны.

Да, в такой физической форме он и марафонскую дистанцию преодолеет, даже не запыхавшись. С чувством неловкости я вспомнила свою последнюю пробежку. Мы с детьми тогда только переехали в Коко-Бич. Неделю после той «прогулки» у меня болело все тело и не гнулись колени. Раньше я любила бегать, но потом набрала лишний вес, и стало сложнее. Когда я пришла в ФБР, то в нашем отделе поведенческого анализа бегала быстрее всех. У меня был всего один ребенок, и времени на занятия спортом хватало. Я и подумать не могла, что когда-нибудь мне будет трудно вернуться в форму.

– Вроде бы, – ответила я, пожимая плечами.

Я посмотрела на маму. Она пекла для Алекса безглютеновые блинчики. Она почти не разговаривала со мной с тех пор, как мы вернулись от Сидни – или Келли, – и избегала моего взгляда. Интересно, о чем она думает.

А впрочем, я всю жизнь задавалась этим вопросом.

Мы с Мэттом вышли из дома и побежали. Миновав всего лишь четыре дома, я начала задыхаться. Воздух был плотным и влажным. Я и забыла, что во Флориде так тяжело бегать, особенно с непривычки.

Волей-неволей мне пришлось отстать, и Мэтт притормозил, чтобы я его догнала. Мы свернули на Минитмен-Козуэй. Я еле за ним успевала.

– Давай-давай! Ты же хотела, чтобы все выглядело правдоподобно? – ухмыльнулся он.

Мэтт теперь бежал спиной вперед, чтобы меня видеть. Выражение его лица напомнило мне о тех временах, когда мы устраивали забеги на школьном стадионе – тогда я его побеждала. Ну, по крайней мере, пока мы не перешли в старшие классы. К тому времени он набрал форму и стал обгонять меня – на чуть-чуть.

– Тебе бы вспотеть хоть немного, будто ты и вправду бегала.

Я показала ему язык, собрала волю в кулак и рванула вперед. Пробегая мимо Мэтта, я услышала, как он в изумлении присвистнул:

– Ого! Есть еще порох в пороховницах.

– Догоняй! – крикнула я, ускоряясь, но это вызвало боль в коленях.

Мэтт рассмеялся у меня за спиной, затем побежал быстрее, и вскоре мы уже мчались по тротуару мимо школы, а впереди, в конце улицы, маячило поле для гольфа. Почти на всем пути я опережала Мэтта, и лишь у кромки поля он меня перегнал. Я остановилась и, тяжело дыша, бросилась на траву. Из груди вырывались хрипы, голова кружилась, сердце бешено стучало.

Подошел Мэтт и сел рядом. Он тоже запыхался.

– Неплохо, Ева. Ну, для девушки, я имею в виду.

Я усмехнулась. Мэтт знал, что эти слова меня бесят, еще со школьных лет и говорил так всегда, если хотел подколоть.

– Роди трех детей, тогда поговорим, ладно?

Он расхохотался:

– Серьезный довод.

Он лег рядом со мной, и мы несколько минут смотрели на чистое голубое небо, восстанавливая дыхание. Ну, то есть я восстанавливала, а Мэтт был готов продолжить пробежку. С меня же было предостаточно. Тело разболелось, а щеки пылали так, что, казалось, вот-вот лопнут.

– Хочешь взять реванш? – спросил он спустя несколько минут.

– Может, и захочу. Лет этак через миллион, – ответила я. – А сейчас я хочу воды. Потом кофе и поесть.

Мэтт снова засмеялся, встал и протянул мне руку, но в этот момент я заметила четырех детей ненамного старше Алекса, сидевших под кустами недалеко от нас. Они играли с предметом, при виде которого я замерла.

– О боже!..

Мэтт удивленно вскинул брови:

– Что такое?

Не теряя времени на объяснения, я рванула к детям. Мальчишка, у которого в руках был предмет, увидел меня и спрятал его за спину. Его губы испуганно задрожали, когда я к нему обратилась:

– Эй, мальчик! Да, ты. Что там у тебя в руках? Что ты прячешь за спиной? Покажи мне, пожалуйста.

Мальчик вытаращил на меня большие карие глаза. Трое других ребят смотрели то на него, то на меня. Я протянула руку:

– Отдай мне, пожалуйста. Это не игрушка. Это опасный предмет.

Мальчишка медленно вынул руку из-за спины и отдал мне шприц. К нам подошел Мэтт.

– Что здесь происходит?

– Мы играли в больницу, – сказала девочка.

– Тоже мне игрушка… С такими вещами не шутят. Где вы его нашли? – спросила я.

Мальчик, немного подумав, указал на поле для гольфа.

– Мы туда ходим искать мячи. Вон туда, в рощу в конце поля.

– Наверное, его оставил какой-нибудь наркоман, – предположил Мэтт.

Я разглядывала шприц: почти пустой, на кончике засохшая кровь.

– Когда вы его нашли?

– Недели две назад, – мальчик протянул мне деревянную коробочку. – Я его хранил вот здесь, вместе с другими сокровищами.

– А еще он телефон нашел, – сообщила девочка.

Мальчик сердито глянул на нее.

– Покажи, Эван. Он из полиции, – девочка кивнула в сторону Мэтта.

Эван сквозь зубы втянул воздух, открыл шкатулку с сокровищами и трясущимися руками передал телефон Мэтту. Тот принялся рассматривать его на свету. Когда он повернул его тыльной стороной, то изменился в лице. Наклонившись ко мне, Мэтт прошептал:

– Полагаю, это телефон Карины Мартин. Ее мать говорила, что он с цветочным узором на корпусе.

Я переводила взгляд с телефона на шприц и обратно.

– Оба предмета необходимо доставить в участок и затем отправить в лабораторию. Вам нужно будет прочесать те кусты, где мальчик их нашел. Попросите его указать точное место. Это очередные хлебные крошки Гензеля и Гретель, которые помогут вам в этом деле.

Глава 15

Мэтт остался делать свою работу, а я, передав шприц прибывшим на место экспертам-криминалистам, поспешила домой.

Дети уже позавтракали; девочки поднялись к себе в комнаты, а Алекс играл с пожарной машинкой в гостиной. Он настолько погрузился в игру, что не заметил, как я вошла.

– Куда ты пропала? – поинтересовалась мама. – Только не говори, что ты все эти полтора часа бегала.

Я посмотрела на Алекса и тихо, чтобы он не слышал, сказала:

– Мы с Мэттом нашли кое-какие улики по делу, которое он сейчас расследует.

Мама округлила глаза:

– Ты о тех девочках, которые исчезли после школьного бала?

Я кивнула и схватила со стола безглютеновый блин. Вкус у него был, конечно, так себе, но с сиропом пойдет.

– Ужасная история. Бедные родители… – сочувственно произнесла мама.

– Мы пока не знаем, похитили их или они сами сбежали, – начала я объяснять, поливая сиропом блин. – У Авы в соцсетях нашли сообщение двухмесячной давности – от фотографа, который звал ее поработать моделью. Родители запретили ей с ним встречаться, но это вполне себе причина, по которой девчонки втроем могли куда-то отправиться. Полиция сейчас прорабатывает эту версию, но ты никому пока не говори, ладно? Доказательств-то нет, версия сырая.

– Ева Рэй, – вдруг строго сказала мама.

– Что? – испуганно откликнулась я.

Она кивнула на мою тарелку. Ну да, я немножко переборщила с сиропом.