Уилл Сторр – Селфи. Почему мы зациклены на себе и как это на нас влияет (страница 67)

Это не должно прозвучать безнадежно. Напротив, эти утверждения должны помочь нам найти путь к счастью. Первый шаг на этом пути – перестать верить родоплеменной пропаганде. Осознав, что она просто акт принуждения, что это ваша культура пытается превратить вас в кого-то, кем вы не способны стать, вы сможете начать освобождаться от оков ее диктатуры. Узнав, что низкая доброжелательность и высокий невротизм – относительно устойчивые свойства моей личности, а не признаки некой постыдной психологической ущербности, я перестал так часто себя корить. Моя голова теперь намного более спокойное место. Я даже стал счастливее, что, пожалуй, иронично.

Я не продвигаю здесь популярную позицию полного принятия себя в духе Фредерика Перлза («я – это я, настоящий, смирись с этим» [112]). Скорее я призываю к спокойному пониманию, осознанию того, что наши особенности иногда задевают других и это нужно сглаживать, порой с извинениями, но равно как и нужно прекратить нападать на себя за то, какой ты есть. Разумеется, культура, в которой мы выросли, не может не проникнуть в нас в той или иной мере. Мы никогда не сможем полностью игнорировать ее требования. Какая-то часть меня всегда будет желать стать общительнее, богаче, стройнее и очаровательнее. Однако знать, что «совершенство» – иллюзия и продукт племенной пропаганды, уже очень отрадно.

Остановить гонку совершенства в своей голове – лишь первый шаг. Перестав пытаться стать другим человеком, вы сможете трезво оценить, что вы делаете со своей жизнью. Профессор Литтл в своем исследовании «личностных проектов» утверждает, что крайне важно осознать пределы своих способностей, чтобы ставить перед собой реалистичные цели. «Нам следует вкладываться в такие проекты, которые значимы для нас, но при этом достижимы, – объясняет он. – А если они недостижимы, то правильным будет не сдаться и сказать себе, что „судьба – злодейка“, а найти иные пути к полноценной жизни. Меняйте свои цели».

Литтл описывает подход к изменению своего восприятия жизни, не требующий изменения своей сущности. Вот как я это себе представил: поместите ящерицу на льдину, и она будет несчастна. А теперь выпустите ее в пустыне. Суть ящерицы не изменится ни на йоту, однако же она станет счастлива. Трансформировалось ее ощущение жизни, но не она сама. Если мы хотим подобраться чуть ближе к счастью, то мы должны перестать пытаться изменить себя и начать менять свое окружение – как мы живем, с кем общаемся, какие цели перед собой ставим. Мы должны найти для себя такие проекты, которые не только значимы для нас, но и которые мы способны реализовать. Они не обязательно должны касаться работы или быть грандиозно-альтруистичными, но они должны быть именно нашими.

Если «я» – это рассказ, то западное «я» рассказывает о прогрессе. Реальность же – это царство хаоса, случая и несправедливости; наше будущее неизбежно принесет болезни, утраты и смерть. Нас ждут только пугающие перемены, и мы почти ничего не можем с этим поделать. Однако наше «я» скрывает от нас этот тревожный факт. Оно заставляет нас поверить, что мы герои, управляющие сюжетом своей жизни. Мы – Джон Придмор, борющийся с Сатаной, мы – Фредерик Перлз, борющийся с Фрейдом, мы – Айн Рэнд, борющаяся с альтруистами, мы – Джон Васконселлос, борющийся с циничными журналистами, мы – Дэниел Фабер, борющийся за то, чтобы однажды добыть полезные ископаемые с астероидов. Но когда мы проигрываем борьбу всей своей жизни и скатываемся в серию проигрышей во всем остальном – мы в тупике и в позоре; мы – сломанные герои, неприятели культуры, которая требует от нас еще и еще. И тогда наша история, которая и есть «я», начинает разваливаться. Она трещит по швам под напором правды о том, что значит быть живым человеком.

Все, чего мы хотели, это иллюзия контроля. Однако на самом деле мы ничего не контролируем. И точно так же ничего не контролируют люди вокруг нас, кажущиеся такими впечатляющими в своем лучезарном совершенстве. В конечном итоге все мы можем утешиться осознанием, что они в действительности несовершенны и останутся таковыми, как и все остальные. Вопреки тому что нам обещали, мы не «подобны богам». Напротив, мы – животные, но думаем, что это не так. Мы вышли из грязи.

Прежде чем покинуть Кремниевую долину, я съездил с несколькими жителями общины из особняка «Радуга» посмотреть на запуск ракеты. Компания Илона Маска SpaceX получила контракт на доставку на орбиту спутника NASA. Пока мы ехали на юг от города Купертино, я наблюдал, как синяя точка на экране моего смартфона миновала Биг-Сур и Эсален, расположенные чуть западнее. Шоссе устремлялось вверх к роскошному калифорнийскому небу, а я тем временем размышлял о другом своем путешествии, которое теперь подходило к концу.

В этом путешествии я проследил за эволюцией одной идеи (идеи о том, что средоточием власти над своей жизнью, несмотря на все другие силы, является индивид), околдовавшей целый народ и его далеких потомков на 2500 лет. Я увидел, как эта идея меняла форму, подстраиваясь под грандиозные процессы в экономике, и как эти изменения кодифицировались, корректировались и пропагандировались чередой выдающихся людей. И все это время мужчины и женщины, которых несло этим потоком по аморфному руслу культуры, менялись вместе с ней.

Я снова задумался, насколько все это противоречит здравому смыслу; что, несмотря на кажущуюся убедительность идеи об опоре наших мнений и взглядов на мудрость свободной воли, мы, как показывает мое исследование, в огромной мере сплетены из нашей культуры. Это, конечно, не значит, что все мы клоны. У нас разные личности, разные групповые идентичности, политические взгляды и прочее. Но все это, тем не менее, опутано плотной паутиной историй, героев, мечтаний и страхов, что делает всех нас, какими бы разными мы порой ни казались друг другу, семьей.

Приехав на стартовую площадку, на побережье рядом с Санта-Барбарой, Джереми, Ванесса, Кейт и я вышли из машины и прошли мимо огромного экрана с изображением ракеты. Она напомнила мне о татуировке в виде стрелы на предплечье Си-Джей. Татуировка была, конечно, вдохновлена трилогией и сериалом «Голодные игры» – захватившей воображение ее поколения историей, в которой отважная представительница низшей касты хитростью обходит навязанные ей правила жестокой конкуренции и подговаривает людей свергнуть прогнившую власть: «Главная героиня говорит: „Когда я поднимаю свой лук и натягиваю тетиву, стрела может полететь только в одну сторону – вперед“, – процитировала мне ее слова Си-Джей. – Мне всегда это нравилось. Иди вперед. Не оглядывайся, куда бы ни несла тебя жизнь».

Пока мы шли к смотровой площадке, я услышал, как Ванесса говорит с Джереми. Они обсуждали ее попытки стать астронавтом. Один из этапов проверки в NASA – тест на психическое здоровье. Мне хотелось узнать, о чем ее спрашивали. Какие вопросы, по мнению NASA, позволяют судить о здравомыслии человека?

«Один из вопросов звучал так: „Считаете ли вы, что люди хорошие или плохие?“» – поделилась она.

«И что же ты ответила?»

«Я думаю, хорошие».

Мы пошли дальше. Я был благодарен судьбе за встречу с ними. Мне было весело.

В то утро в воздухе висел густой туман. Когда начался обратный отсчет, все притихли. Мы устремили взор на запад, в сторону скал, обрамляющих Тихий океан, сжав в руках свои смартфоны. Вдруг оттуда донесся мощнейший рев. И хотя мы ничего не видели, мы улыбнулись. Мы направили туда камеры телефонов. Земля задрожала.

Благодарности

Спасибо моему редактору Крису Дойлу, которого я неоднократно мучил, пока работал над книгой (обещаю никогда больше не экспериментировать с неструктурированным потоком сознания), а также Полу Бэггели, Чарли Кэмпбеллу, Уиллу Фрэнсису, Николасу Блейку и Грегу Каллусу.

Кроме того, я хочу поблагодарить основателя Matter Бобби Джонсона, заказавшего вдохновивший меня на написание этой книги биографический очерк о Рое Баумайстере (и самого Роя Баумайстера, стойко переносившего многочасовые интервью), великолепного доктора Ташу Юрич за ее неоценимые комментарии, Амелию Джин Джонс за ее спасительную стенографию, Крейга Пирса за дружбу и советы, Мун Кит Луй, Алекса Билмса, Мэттью Драммонда, Кирби Кима, Ребекку Фолланд и всю свою коллегию светлых голов, читавших и правивших, целиком или частично, мою рукопись перед публикацией. Это профессор Софи Скотт, профессор Константин Седикидес, доктор Стюарт Ричи и профессор Хелен Моралес. Спасибо также исключительно отзывчивому (повышенная доброжелательность?) профессору Полу Блуму, который, как только мог, помогал мне, совсем незнакомому человеку, отыскать досадную потерянную цитату в канун Рождества.

Но особенно я благодарен тем, кто уделил мне время и поделился своими соображениями при личной встрече или по телефону, – всем, чьи имена упомянуты на страницах книги. Ваш вклад нельзя переоценить.

И наконец, спасибо моей удивительной и замечательной супруге Фэрре.

Пояснения к методологии

Поскольку я журналист, мои познания широки, но неглубоки. Большинство изложенных в моей книге идей подробно рассматриваются в целом ряде книг и периодических изданий (научных и популярных), ставших моими главными источниками. Я дополнил это исследование интервью с экспертами – преимущественно профессорами. Большинство упоминаемых основных понятий более или менее непротиворечивы и признаются научным сообществом.