Уилки Коллинз – Отель с привидениями. Деньги миледи (страница 44)
– Что за мысль? У вас возникли какие-то определенные подозрения?
– Прошу простить меня, мистер Трой, но я предпочел бы пока воздержаться от ответа.
Мистер Трой внезапно остановился и окинул своего спутника недоверчивым взглядом.
– Не собираетесь ли вы сами превратиться в детектива? – спросил он.
– Я согласен превратиться в кого угодно и испробовать любые средства, лишь бы только помочь мисс Изабелле, – твердо отвечал Моуди. – За время службы у леди Лидьярд я скопил несколько сотен фунтов и готов потратить их все до последнего на поиски вора.
Мистер Трой зашагал дальше.
– Я вижу, в вашем лице мисс Изабелла находит доброго друга, – сказал он.
В душе он немного обиделся на чрезмерно независимый тон дворецкого – и это после того как он, мистер Трой, самолично изъявил готовность сделать все возможное для оправдания невиновной девицы.
– Друга и преданного слугу, – веско отвечал Моуди.
– Весьма похвально, – кивнул мистер Трой. – Но смею напомнить, что, кроме вас, у нее есть еще друзья. Я, к примеру, тоже друг мисс Изабеллы. Я обещал доказать ее невиновность и намерен сдержать слово. К этому – простите! – я вынужден добавить, что мой опыт и рассудительность скорее всего сослужат ей не меньшую службу, чем ваша горячность. Я слишком хорошо знаю людей, чтобы доверяться первому встречному. И вам, мистер Моуди, не мешало бы последовать моему примеру.
Моуди выслушал упрек с приличествующей учтивостью.
– Если у вас есть план, который поможет защитить честь мисс Изабеллы, – сказал он, – я буду счастлив по мере сил содействовать его воплощению, сэр.
– А если нет? – осведомился мистер Трой, невольно сознавая при этом, что плана-то как раз и нет.
– В таком случае, сэр, я буду действовать по своему усмотрению и, если собьюсь с пути, стану винить в этом лишь себя самого.
Мистер Трой ничего больше не сказал и на следующем углу распрощался с Моуди.
Продолжая по дороге обдумывать этот разговор, он решил, как только представится случай, съездить к Изабелле и предупредить ее, чтобы она не слишком полагалась на благоразумие дворецкого. «Сомнений нет, – думал адвокат. – Этот самонадеянный глупец намерен вернуться к Старому Шарону».
Глава X
Добравшись до своей конторы, мистер Трой обнаружил среди ожидавшей его корреспонденции письмо от той, чьи интересы заботили его сейчас более всего. Изабелла Миллер писала:
Читая послание, мистер Трой улыбался. «Слишком много церемоний для такой юной особы, – думал он про себя. – Все от первого до последнего слова написано под диктовку мисс Пинк». Он недолго раздумывал, как поступить. Ведь ему нужно было срочно предостеречь Изабеллу – вот и удобный случай. Он вызвал к себе старшего клерка и просмотрел список дел на сегодня. В ежедневнике не значилось ничего такого, с чем его помощник не мог бы справиться самостоятельно. Мистер Трой заглянул в расписание поездов, заказал кэб и успел на ближайший поезд в Саут-Морден.
В те времена (как, впрочем, и по сей день) Саут-Морден представлял собою сугубо земледельческую деревушку, стоящую в стороне от столбовой дороги прогресса; подобные местечки по-прежнему можно встретить в окрестностях Лондона. В Саут-Мордене останавливались лишь самые тихоходные поезда, и на станции было так мало дел, что от скуки станционный смотритель вместе с носильщиком разводили на насыпи цветочки и увивали вьюнами окошко зала ожидания. Повернувшись спиной к железной дороге и пройдя немного вперед по главной и единственной саут-морденской улице, вы оказывались в старой Англии двухсотлетней давности. Остроконечные домики с наглухо запертыми ставнями; гуси и свиньи, мирно разгуливающие по дороге; старинная церковь с тенистым кладбищем; бойкая торговля у бакалейщика и пустые прилавки у мясника; редкие жители, подолгу глазеющие на приезжих, и чумазые ребятишки – олицетворение беззаботного здоровья; звяканье подвешенного к цепи ведра из глубины деревенского колодца и глухой стук падающей кегли из кегельбана за трактиром; впереди площадь для сельских сходок и гуляний, по одну ее сторону – пруд для купания лошадей, по другую – раскидистый вяз с деревянным сиденьем вокруг ствола, – вот такие картины и звуки окружали вас, пока вы шли по саут-морденской улице из конца в конец.
В полумиле от последнего старенького домика вас снова поджидала современная Англия в виде ровного ряда вилл-близнецов, выстроенных предприимчивым лондонцем на скупленной за бесценок земле. Каждая вилла была окружена собственным садиком и смотрела через дорогу на обширные луга и пологие лесистые холмы над ними. Каждая ослепляла вас чудовищным сверканием новенького красного кирпича и навязывала вам свое нелепое название, яркой краской намалеванное над воротами. Прочитывая их одно за другим, мистер Трой добрался до виллы под названием «Лужайка», происходившим, видимо, от зеленого пятачка травы перед домом. Калитка оказалась заперта, и адвокат позвонил.
Ему открыла робкая, опрятно одетая девочка-служанка. Войдя в садик, мистер Трой с удивлением осмотрелся. Со всех сторон на него строго и молчаливо взирали развешанные на каждом шагу от калитки до крыльца правила для посетителей, запрещающие делать то-то и повелевающие вести себя так-то. Табличка по одну сторону от лужайки извещала о том, что по траве ходить запрещается. По другую сторону торчал развернутый вдоль боковой ограды указующий перст, нацеленный в надпись: «Вход на кухню здесь». На гравии перед крыльцом белел аккуратно выложенный ракушками призыв «Отскоблить грязь с подошв», а на верхней ступеньке крыльца поблескивали свинцовые буквы: «Добро пожаловать!» С коврика за дверью в глаза адвокату бросилось угрожающе-черное: «Вытирайте ноги!» Даже вешалке в прихожей не доверялось изъясняться самостоятельно – сопутствующая ей надпись гласила: «Пальто и шляпы», а мокрые зонтики приказано было «Ставить сюда».
Приняв визитную карточку мистера Троя, девочка-служанка провела его в маленькую гостиную на первом этаже. Не успел он оглядеться, как дверь тихонько отворилась, и в комнату на цыпочках вошла Изабелла; вид у нее был довольно измученный. Здороваясь с нею за руку, адвокат не заметил на ее лице такой милой и такой знакомой улыбки.
– Не говорите тете, что видели меня! – прошептала она. – Я не должна была выходить к вам, пока меня не позовут. Сейчас я убегу, но прежде два вопроса: как леди Лидьярд? И не пойман ли вор?
– Последний раз, что я ее видел, леди Лидьярд пребывала в добром здравии, а вора пока не нашли.
Ответив таким образом на оба вопроса, мистер Трой решил, пока есть возможность, предупредить Изабеллу насчет дворецкого.
– У меня тоже к вам вопрос, – удерживая девушку за локоть, начал он. – Как вы полагаете, Моуди не приедет вас навестить?
–
Адвокат подождал, пока она успокоится, потом сказал:
– Друг мой, я совершенно с вами согласен: мистер Моуди – человек во всех отношениях достойный. Однако хочу заметить, что в данном случае горячее желание услужить вам может оказаться в нем сильнее благоразумия. Боюсь, что в своем стремлении разгадать тайну пропавших денег он становится излишне самоуверен и при следующей встрече может внушить вам неоправданные надежды. Прошу вас, будьте настороже! Выслушайте, конечно, все его советы, но, прежде чем им следовать, побеседуйте со мной: все-таки я гораздо старше и опытнее вас. Не думайте, что я пытаюсь возбудить в вас недоверие к другу, – добавил он, поймав слегка растерянный взгляд Изабеллы. – У меня и в мыслях такого нет. Я просто предупреждаю, что его искреннее сочувствие вашей беде может его самого ввести в заблуждение. Надеюсь, вы поняли меня.
– Да, сэр, – сухо отвечала Изабелла. – Я вас поняла. Но позвольте пройти. Мне нельзя оставаться в гостиной: сейчас сюда спустится моя тетя. – И, присев в вежливом реверансе, девушка быстро вышла из комнаты.
«Вот и пытайся после этого молодым девицам что-то втолковать, – думал мистер Трой, оставшись один. – Эта дуреха явно возомнила, что я позавидовал ее доверию к Моуди и нарочно на него наговариваю. Ну что ж, мое дело предупредить, а там пусть сама решает».