Уилбур Смит – Призрачный огонь (страница 47)

Мовьер помог Констанс подняться - на удивление мягко - и подвел ее к шезлонгу. Лакей оставил два свежих бокала вина. Мовьер протянул ей один из них. Констанция осушила его одним глотком. Это успокаивало ее нервы, хотя и не могло заглушить жжение между ног.

- “Тебе это понравилось?- Спросил Мовьер.

Констанция не ответила. Ей было так больно, что она не знала, что и думать.

Мовьер неверно истолковал ее молчание. - “Не играй со мной в соблазненную инженю. Вы можете краснеть, но вы очень далеки от девственницы. Если вы будете заикаться и плакать после небольшого веселья, я могу не пригласить вас обратно.”

Констанция встала. Идти было больно, но она сумела дотянуться до бутылки вина, которую Мовьер оставил на каминной полке. Она откупорила ее, плеснула полную порцию в свой пустой стакан и выпила до дна. Завтра, пообещала она себе. Завтра она приручит его. - “Я бы хотела приехать еще раз.”

Мовьер улыбнулся. - “Хорошо. Но никто не должен слышать о нашем маленьком соглашении. Это будет наша тайна.”

- “Конечно.”

Еще до рассвета кучер привез ее в дом на улице Варенн. Констанция задернула занавески и легла в постель, но заснуть не могла. Воспоминания о той ночи переполняли ее сознание. Тысячи эмоций, которые она никак не могла распутать. Прикосновение Мовьера было подобно раскаленному железу, настолько сильным, что она не могла сказать, было ли оно горячим или холодным. Конечно, он был груб с ней. Но, возможно, это было только доказательством его страсти.

Она отказывалась признать, что есть мужчина, которого она не может подчинить своей воле. Она хотела увидеть его снова, хотя бы для того, чтобы доказать свою силу.

В конце концов ее воспоминания перешли в сон - но, казалось, она едва успела заснуть, когда ее разбудил стук в дверь. Она ждала ответа горничной, пока не вспомнила, что отпустила ее.

С ужасом она поняла, что именно в этот день ей придется покинуть свою квартиру. После потрясений прошлой ночи она совсем забыла, зачем ей вообще понадобился Мовьер. Теперь у нее ничего не было.

Стук в дверь не прекращался. Она завернулась в халат и открыла дверь. Как она и опасалась, хозяйка дома уже ждала ее с запиской в руке. Прежде чем она успела что-то сказать, Констанция начала: - "Но, пожалуйста, дайте мне еще одну неделю. Мои перспективы улучшаются. Я уверена, что скоро найду деньги, которые должна вам.”

Хозяйка удивленно посмотрела на нее. - “Но именно это я и хотела вам сказать. Ваши долги были погашены, а арендная плата выплачена за следующие шесть месяцев. Сегодня утром кучер привез деньги.”

Страх на лице Констанс сменился удивлением. Сама вдова, хозяйка дома жалела молодую женщину. Она была хорошей квартиранткой и не хотела от нее избавляться. - Похоже, ваши перспективы уже улучшились, мадам. У вас есть добрый друг.”

•••

Констанция мысленно поздравила себя. Она снова выжила. Когда нависла беда и разруха, она нашла выход. Она ни в чем не нуждалась. Мовьер осыпал ее подарками новой одеждой, книгами, местами в театре, но никогда драгоценностями или чем-то еще, что она могла бы превратить в собственные деньги. Но это уже не имело значения. Она снова была желанной гостьей во всех больших домах, постоянным гостем на обедах и званых вечерах. Но она всегда была дома до полуночи, сидела у окна и прислушивалась к звукам кареты.

Она видела Мовьера часто. На людях он был так же очарователен, как и всегда - красивый, жизнерадостный, всегда в центре внимания. Он обладал острым и тонким умом, всегда готовый к остроте или ответному выпаду. Он безжалостно высмеивал притязания своих товарищей, хотя и так уклончиво, что они часто ловили себя на том, что смеются вместе с шуткой. Только позже, если вообще когда-нибудь, они осознавали порочную остроту его юмора.

Но в спальне он был совсем другим человеком. Констанция достигла совершеннолетия в Индии и совершенствовала свои навыки в Париже. Она думала, что ей нечему научиться, как доставить удовольствие мужчине. Но на Мовьера все это не подействовало. Сначала она думала, что это ее вина, и испробовала все уловки и новшества, о которых когда-либо слышала, чтобы угодить ему. На него это не произвело никакого впечатления - на самом деле ее внимание, казалось, только разозлило его еще больше. В конце концов она поняла, что ему все равно, что она делает. Его нельзя было приручить. Он хотел доминировать над ней, унижать ее. Все, что он требовал от нее, - это подчинения.

Они не раскрыли своего романа. Мовьер сказал, что это для ее же блага. - “Твоя репутация будет погублена, моя дорогая, если люди узнают об этом. Это был бы наш конец. - В компании он почти не обращал на нее внимания. Иногда он бывал намеренно жесток. - “Только чтобы сбить их со следа", - говорил он ей потом. - Эти адские сплетники похожи на ищеек. Одно дуновение слабости - и они разорвут тебя на куски.”

Констанция не была в этом так уверена. Она заметила, как люди смотрят на нее. Она почти не видела своих старых друзей, и ей стало интересно, не избегают ли они ее. Даже маркиза редко отвечала на ее письма. А что, если они все смеются над ней? Может быть, она еще одна из жертв Мовьера, которая до сих пор не поняла, что над ней подшутили?

Но что она могла сделать?

•••

В первый раз он ударил ее в спальне. Ему всегда нравилось грубое совокупление, и она стала носить платья с длинными рукавами и высоким воротом, чтобы скрыть укусы и царапины, оставленные его любовными ласками. Поэтому, когда он ударил ее по лицу, она решила, что он слишком увлекся. После этого у нее остался синяк вокруг рта, и она не могла выйти на улицу в течение недели. Она притворилась больной.

Во второй раз в его намерении не было сомнений. Они были в его столовой и завтракали - теперь она была менее требовательна к возвращению домой - когда он небрежно спросил - "Кто был тот мужчина, с которым вы разговаривали вчера днем на Понт-Неф?”

Констанция выглядела удивленной. - Какой мужчина?”

- В синем полосатом пальто.”

- Это был Шевалье де Монфор.”

- “Вы были с ним хорошо знакомы. В какой-то момент я увидел, что вы смеетесь совершенно неудержимо.”

- Он рассказал мне анекдот. Я была просто вежлива.”

- “Я видел, как ты дотронулась до его руки.”

- “Возможно. - Она нахмурилась. - “Это могло быть только на мгновение. Я удивлена, что ты это заметил. Ты почти не обращал на меня внимания.”

Его кресло с грохотом откинулось назад, когда он вскочил с него. В два шага он уже стоял над ней.

- “Я все вижу” - прошипел он. - “Неужели ты думаешь, что можешь флиртовать и жеманничать без моего ведома? Неужели ты думаешь, что можешь сделать из меня посмешище?”

- “Я только ... ”

Он ударил ее так сильно, что она упала со стула. Она упала на пол, ударившись о свою руку с такой силой, что ей показалось, будто она сломала ее. Мовьер подошел к ней и пнул ногой в ребра. Она вскрикнула и сжалась в комок, ожидая следующего удара.

Но этого не произошло. Мовьер стоял над ней, тяжело дыша, его тело подергивалось от усилий сохранить самообладание. Это было самое страшное. Он хотел ударить ее снова.

- Иди в свою комнату, - приказал он. - Его голос дрожал от напряжения. - “Я собирался взять тебя сегодня на охоту, но ты разрушила мои планы. Если я не могу доверять тебе в компании, ты останешься здесь, пока не научишься хорошим манерам.”

Она убежала в свою комнату. Она услышала, как снаружи повернулся ключ в замке.

Через неделю в ее комнате в особняке появился сундук со всеми вещами из ее квартиры. - “Не было никакого смысла платить за квартиру, когда тебя там никогда не было, - небрежно объяснил Мовьер. - “Теперь это твой дом.”

•••

Она редко выходила из дома. Однажды к ней пришла маркиза. Она приехала без предупреждения, когда Мовьер был в городе, иначе ее бы наверняка прогнали. Слуги пытались удержать ее. Только когда Констанция услышала ее голос в холле и пришла посмотреть, слуги перестали притворяться, что ее нет дома.

Констанция и маркиза отправились на прогулку в сад. Шел дождь, и с разросшейся листвы капало на неухоженные дорожки.

- “Как ты догадалась найти меня здесь? - спросила Констанция.

Маркиза посмотрела на нее почти с презрением. - Весь Париж знает, что Вы любовница полковника Де Мовьера.”

Констанция вздрогнула от этого слова. - “Мне никто ничего не говорил.”

- “Конечно, нет. Они подыгрывают тебе в этой шараде, потому что им забавно видеть тебя тако рассеянной, с таким желанием притвориться.”

- “Но вы должны мне помочь, мадам. Он держит меня фактически в плену. Он меня бьет. - Она задрала рукав платья, обнажив багровый синяк в том месте, где Мовьер чуть не сломал ей руку. - Я боюсь, что однажды он убьет меня.”

Маркиза холодно рассмеялась. - “Он не убьет тебя. У него на уме более жестокая судьба. Когда вы ему наскучите, он найдет самый публичный и унизительный способ разоблачить ваш роман. С тобой будет покончено.”

- “Зачем ему это делать?”

Маркиза пожала плечами – «Разве жестокости нужна причина? Я же говорила тебе, что он опасен. Тебе следовало бы последовать моему совету.» - Она не добавила, что проигранное пари обошлось ей в сотню ливров, которые она уже заплатила.

- “А что я могу сделать?”

“Мы же женщины, моя дорогая. Слабый пол. Человек может совершить сотню завоеваний без упреков, но если мы потеряем бдительность, тогда мы закончим.”