Уэсли Чу – Судьба (страница 78)
«Вышла из казармы», – ответила Котеуни.
Остальные – не спавшие – отозвались один за другим:
«Уже иду».
«Что там, командир?»
«Чштот». Это был, очевидно, Сайык.
Цисами ответила: «Очень опытная тень к Сунри. Лучше убить».
Вторая тень вновь сделала внушительный шаг, перескочив через караульню на главной аллее и скрывшись в одной из кухонь. Цисами знала, что такого шага сделать не сумеет, и покрыла то же расстояние прыжками поменьше.
Она не верила своим глазам. Цисами могла по пальцам пересчитать теней-убийц более опытных, чем она сама. От некоторых она регулярно получала издевательские записки. В каждой школе боевых искусств были воины, достигшие высшего уровня, и, как правило, все они друг друга знали.
Цисами была уверена, что сама принадлежит к высшему рангу. И ее смущало, что она в упор не понимала, с кем имеет дело. Она не узнавала противника по фигуре. Многие движения напоминали Цисами технику ее собственной тренировочной школы. С кем она столкнулась?!
«Кики, я миновала дорожку в юго-западном конце. Где вы?»
«Бегу с западного конца, командир. На три минуты отстаю от Котеуни».
Три минуты во время погони – это очень много. Цисами нацарапала: «Подходите к башням супругов».
Она вспрыгнула на мост, соединявший две башни наложниц из четырех. Князь обладал репутацией человека, любящего разнообразие.
В небе виднелись две луны из трех. Принц заливал окрестности зеленым цветом, лишая противников прикрытия. Вторая тень-убийца замедлила ход и попыталась взобраться на стену, окружавшую башню. У Цисами появилась возможность метнуть нож. С такого расстояния это было все равно что целить в муху, но Цисами превосходно метала ножи. Она задела ногу противника, заставив его сорваться и с шумом рухнуть наземь.
– Вот ты и попался!
Тень-убийца поднялась – прямо удивительно, учитывая то, с какой высоты она рухнула. Цисами воспользовалась паузой и набросилась на противника; два черных ножа сверкали справа и слева, целя в руки и в ноги. Незнакомец выхватил пару изогнутых кинжалов, каждый из которых представлял два серпообразных лезвия, переходящих одно в другое. В совокупности – четыре острых конца. Интересное оружие. Уже давно Цисами не видела человека, вооруженного клинками-полумесяцами. Они вышли из моды при лунном дворе поколение назад и теперь считались древностью. Цисами ни знала ни одного, кто предпочитал бы это оружие, не говоря уж о том, чтобы владеть им в совершенстве по меркам Союза.
Клинки столкнулись, и лязг металла далеко разнесся в ночи. Схватки теней-убийц, в отличие от большинства других боевых стилей, были некрасивы. Ни особого изящества, ни творческого подхода. Они представляли собой воплощение жестокости, вихрь быстрых, коротких ударов; каждый из участников атаковал, рассчитывая обезоружить и убить. Бей, пока не убьешь, – так звучала заповедь тренировочной школы. Каждая атака состояла из череды стремительных взмахов. Прямые удары сопровождались резкими подсечками. На каждый блок ответом была попытка обездвижить противника.
Две тени сошлись в ближнем бою, почти обнявшись. Ножи Цисами мелькали быстро, но клинки-полумесяцы были опаснее. За считаные мгновения Цисами получила три раны. К счастью, легкий кожаный доспех защитил ее от серьезных повреждений. Она неохотно признала, что столкнулась с выдающимся мастером. Противник дрался лучше Цисами – и это было трудно принять. Но Цисами понимала, что проигрывает; оставалось лишь тянуть время до прибытия подмоги.
Впрочем, враг ей этого не позволил. Как только Цисами попыталась отстраниться, жертва превратилась в охотника: противник подошел ближе. Они сцепились, перемежая захваты резкими ударами. Одно неверное движение – и кто-то получит преимущество и воспользуется им. На сей раз именно Цисами совершила ошибку. Она попыталась провести сложный прием, напоминающий взмах крыльев бабочки. Не получилось. Противник опрокинул ее на спину.
На лету Цисами удалось кое-как поправиться, извернувшись и схватив противника за воротник. Оба повалились наземь. Ни один не уступал; они катались по земле, колотя друг друга.
К сожалению, вторая тень-убийца выиграла и эту схватку и оказалась в выгодном положении: кончик месяцевидного клинка маячил возле обнаженной шеи Цисами, лишь кое-как заслоненной предплечьем. Другой конец опасно завис у нее над глазом.
Цисами, насколько могла, отстранилась от более сильного и массивного противника. Тот не двигался. Почему-то он не спешил воспользоваться преимуществом. Ему ничего не стоило вогнать кинжал в глаз Цисами. Чего он – точнее, она – ждал?
Неважно. Цисами не стала зевать. Ухватив противницу за руку, она ударила ее по голове и поймала конец длинной косы. Цисами с силой рванула, заставив тень-убийцу потерять равновесие, и сбросила ее с себя.
Выпустив друг друга, они раскатились в разные стороны и вскочили, готовясь к новой стычке. Стойка у обеих была одинаковая. Впрочем, Цисами это уже не интересовало. Во время схватки ей удалось сорвать с лица противницы маску.
– Неплохо. Если ты…
Не может быть.
У Цисами голова пошла кругом. На мгновение она совсем растерялась. Она посмотрела, моргнула, снова посмотрела, разинув рот. Затем поняла, что по-прежнему держит в руках очень острое, смертельно опасное оружие, направив его в горло княгини Сунри из Каобу собственной персоной.
Красивое лицо княгини покрывали царапины и синяки, она тяжело дышала, но никакой ошибки быть не могло. Обе тени-убийцы поднялись на ноги. Цисами гадала, что делать: убить Сунри или броситься к ее ногам, моля о прощении.
Но княгиня первой опустила оружие.
– О тебе говорили правду, Мацза Цисами.
– Вы – тень-убийца! – выпалила Цисами, по-прежнему потрясенная. – Но как? Вы же княгиня! Самая влиятельная женщина в Просвещенных государствах!
И тут до нее дошло.
– Вы сами меня наняли. Почему же тогда вы на меня напали?
– Это ты на меня напала! А я просто хотела от тебя отвязаться, – Сунри тоже казалась озадаченной. – Не ожидала, что ты так здорово дерешься, девочка.
«Я здесь, с Цвеи. Не слышу звуков боя. Где ты?»
Княгиня заметила, как Цисами бросила взгляд себе на руку. Она посмотрела на крышу.
– Нельзя, чтобы нас тут застали. Скоро прибежит стража, да и твои друзья явятся.
– Вы прочли нашу переписку?
– Ты и не пыталась ее скрыть. Никто не должен знать обо мне, даже твой отряд. Встретимся в моих покоях через час. Понятно?
На лица Сунри читалась тревога, даже отчаяние.
Цисами утратила дар речи, да и мысли разбежались. Она кивнула. А что ей оставалось? Сунри попятилась, отступила в ближайший угол и вышла из тени на дальнем конце лужайки. Это был внушительный шаг – знак подлинного умения. Княгиня продолжала двигаться, перелетая из тени в тень с непринужденной легкостью мастера, и вскоре скрылась из виду.
Княгиня Сунри из Каобу – тень-убийца! Кто бы мог подумать.
Вскоре появились Котеуни и Цвеи, вооруженные и готовые к бою. Они заметили кровь и царапины на теле Цисами и огляделись.
– Что случилось? – спросил Цвеи.
– Она сбежала? – воскликнула Котеуни.
Цисами уставилась туда, где в последний раз видела Сунри, прежде чем та исчезла во тьме. Она убрала клинки в ножны.
– Сбежала. Вы бы еще дольше возились, олухи.
Глава 38. Спасение
Тайши изо всех сил старалась сдерживать чувства, похоронить их в глубине души, чтобы они не мешали принимать решения. Но тщетно. Раскаленная добела ярость рвалась наружу. Пока Тайши неслась над роскошным лесным пологом, касаясь пальцами ног верхушек деревьев, в ней шла постоянная борьба.
Стояла глубокая ночь, когда Королева завершила свое путешествие к горизонту, оставив Принца и Принцессу резвиться в одиночестве, как всегда во время обжигающе жаркого лета третьего цикла. Землю окутали приглушенные оттенки синего, коричневого и черного.
Это время носило название Мрачный Час. Когда Королева сопутствовала детям, ее ярко-синий свет заставлял землю искриться, как море, но этот блеск неизменно гас, когда она спускалась за горизонт. Озорные близнецы, предоставленные сами себе, соединяли свои цвета и окрашивали окрестности в траур. Даже звездное небо не рассеивало пепельных сумерек.
Тайши приземлилась на дубовую ветку неподалеку от главных ворот Бантуня. Ветка качнулась и заколыхалась под ее тяжестью. Тайши расслабилась, позволяя телу двигаться вместе с природой. Ночная стража зажгла три факела, два по бокам ворот и один на башне. Итого на два больше, чем обычно по ночам. Значит, что-то случилось. Никогда раньше у стражи не было причин просто так тратить масло.
Тайши и остальные мастера ехали целый день и часть ночи. Сначала Тайши предполагала, что они просто вломятся через главные ворота и будут громить всё на своем пути, как взбесившиеся слоны, пока не найдут Цзяня. Благоразумные люди, особенно Цофи, в конце концов взяли верх. Дочь картографа убедила Тайши, что они причинят Цзяню больше вреда, чем пользы, если в ярости ворвутся в поселок. Если похитители намеревались его убить, он уже мертв; тогда Тайши утолит жажду мести. Если юношу держат живым, она, возможно, успеет его спасти, но для этого нужно действовать осторожно и быстро. Тайши и сама все это знала, поскольку неоднократно участвовала и в похищениях, и в обмене пленными. Впрочем, дело на сей раз обстояло совсем иначе, потому что в плену находился ее ученик, ее подопечный, ее сын, и лишь ценой огромных усилий Тайши удалось отойти от опасной черты.