Уэсли Чу – Судьба (страница 47)
– Посмотри сама, госпожа.
Сначала Сали не увидела ничего, кроме густого, серого, лениво ворочающегося тумана, который вздымался перед ними со всех сторон, куда ни глянь. Затем она заметила некоторое разнообразие – среди черных клубов просматривалось что-то красное и желтое. В воздухе мелькали какие-то жирные линии, похожие на змей. Огромная стена дыма росла по мере приближения баржи, затягивая всё от воды до неба и с обеих сторон загибаясь в кольцо. Когда они подплыли к ней, странно было обнаружить, что пепел летит вверх, а не сыплется вниз.
Сали опустила телескоп.
– В какую проклятую преисподнюю ты нас привез, капитан?
Тот усмехнулся и проговорил в медную воронку, которая усиливала его голос:
– Проходим через дымовое кольцо!
– Проходим кольцо, – отозвался кто-то, а за ним еще несколько человек.
Огромный гонг на мостике прозвонил трижды. Немедленно откликнулись дудки и барабаны с правого борта, затем и на корме.
– Лучше задержите дыхание, – посоветовал капитан, многозначительно поблескивая глазами.
«Хана» вошла в дым, и Сали чуть не задохнулась, когда сажа и пепел наполнили ее легкие. Порыв грязного ветра коснулся щек; вокруг замелькали черные частицы, воздух закружился водоворотами. От серы зачесалось в носу, во рту появился вкус жженой земли. И тут внезапно черная занавесь распахнулась.
Сали вытерла слезящиеся глаза и оглянулась. Баржа плыла под ясным небом, оставив ядовитую стену дыма позади. «Хана» вышла на чистую воду, однако дно под кораблем напоминало переливчатый калейдоскоп – там играли желтые, белые и красные пятна. Сали посмотрела вперед и впервые заметила в самом центре дымного кольца остров.
– Прошли кольцо, – крикнул в воронку капитан Лэ Хуань Ци Тирапут Кунгль. – Сбросить скорость, приготовиться к входу в канал. Установить мехи на подъемнике! Приготовить груз!
Он повернулся к Сали.
– Добро пожаловать в островной город Хурша в Солнце под Лагуной, Сальминдэ Бросок Гадюки.
– Воистину, это край света, – произнесла она.
– Ты направляешься в очень странное место, – сказал капитан, вытирая сажу с лица. – Дорогу в Солнце под Лагуной не назвать моей любимой, но твое серебро не хуже твоего слова, Сальминдэ Бросок Гадюки, и вот мы прибыли. Эта стена ядовитого пепла, через которую мы прошли, называется Занавес Шестой Преисподней. Дым поднимается из огромного вулкана. Мы сейчас в кратере. Понятия не имею, отчего дым идет только по краям, но так было с тех пор, как в эти воды наведались первые хаппане.
«Хана» вошла в широкий залив и принялась петлять, следуя его очертаниям. Оба берега канала были круты и увенчаны острыми ледяными пиками, которые вздымались к небу, как крокодильи зубы. Сали разглядела деревянные мостки, которые тянулись вдоль западного склона посередине отвесной ледяной стены.
– Какое странное место, – пробормотала она.
Капитан извинился и ушел – нужно было распорядиться насчет швартовки. Сали продолжала смотреть вперед, пока ледяная баржа преодолевала повороты, стараясь избежать столкновения с зазубренными утесами по обе стороны залива. Канал в конце концов завершился огромным озером, лежавшим в середине острова.
Они прибыли в священный город Хуршу. Сали была поистине ошеломлена. Знаменитое место рождения Вечного Хана Катуа делилось на две части. Б
Вторая часть города была плавучей. Она состояла из группы огромных коконов, уставленных одно– и двухэтажными строениями. С берега к ним шел широкий деревянный мост, соединяя две части Хурши. Что интересно, плавающие коконы во многом походили на первоисточник – черный город Шакру. В последний раз Сали видела эти лакированные постройки из черного дерева несколько лет назад, но даже теперь у нее закипела кровь в жилах.
Сначала она подумала, что ей померещилось, но потом Сали заметила, что город испускает оранжевое сияние. Небо над ним отливало розовым. Вкупе с сине-зеленым северным сиянием, колыхавшимся в небе, это все было очень красиво. В воздухе словно висела какая-то светящаяся пыль. Но разве воздух может иметь цвет? Сали подумала, что выглядит это странно и жутко.
Она так увлеклась этим зрелищем, что не заметила, как на мостик поднялся Даэвон.
– Это Хурша? А почему тут всё цвета мочи?
– Если у тебя моча такого цвета, пей больше воды, – посоветовала Сали. – Но ты прав, это как-то неестественно.
– Я читал, что шаманы писали о Хурше, – сказал механик. – Остров расположен над действующим вулканом, который выбрасывает со дна на поверхность богатые залежи минералов, а затем они замерзают. Древние хаппане обнаружили их несколько веков назад и выстроили здесь поселение.
Сали мрачно спросила:
– А твои древние тексты что-нибудь говорят о Вечном Хане?
– Что он блаженное святое существо.
– Посмотрим. Что тебе будет нужно сделать, пока мы здесь?
– Закупить побольше огненных камней, брусков железа и сырой резины.
– Чем будем платить?
Даэвон похлопал по набитому кошельку, спрятанному под курткой.
– К счастью, на нашей стороне один из богатейших людей Катуа. Как гласит пословица, война – это припасы. Империя – это богатство.
«Хана» миновала высокую и мощную сигнальную башню, стоявшую на маленьком островке посреди залива; человек на ней при помощи флагов направлял множество рыбацких лодок, джонок, барж и других судов, сновавших туда-сюда по каналу.
– Для отдаленного поселения тут как-то слишком людно, – заметила Сали.
– Это шахтерский поселок и одновременно место поклонения. Конечно, Хурша привлекает множество торговцев и паломников. Я вожу сюда добрую четверть пассажиров, – сказал капитан Лэ Хуань Ци Тирапут Кунгль, подходя к ним.
Капитан отдал приказ подойти к одному из больших доков, который мог вместить ледовую баржу. Переднее колесо повернуло, вспенив воду; огромный корабль проложил себе дорогу к причалу, потеряв в процессе еще несколько глыб льда. Капитана это ничуть не встревожило, и Сали тоже постаралась успокоиться.
С борта на причал бросили канаты. Как только «Хану» положенным образом закрепили, с нее спустили несколько широких трапов. Разгрузочная лебедка подъехала по рельсам к правому борту и принялась переносить поклажу. Сухопарый начальник порта, с обнаженной грудью, в просторной шубе из пингвиньих шкур, поднялся на баржу в сопровождении нескольких рабочих. Он приблизился к капитану, и оба принялись обсуждать какие-то таможенные дела.
Сали вернулась в шатер, где двое ее подопечных уже собирали скудные пожитки. Хампа путешествовал налегке, зато Даэвон возил с собой целый дом. Ученик отправился за лошадьми, а Сали тем временем строго велела механику собираться поживее. Когда вещи были уложены, они направились к трапу.
Капитан Лэ Хуань Ци Тирапут Кунгль по-прежнему горячо спорил с начальником порта. Ненадолго оторвавшись, он согнулся в изысканном поклоне.
– Похоже, ваше путешествие близится к концу, госпожа. Пусть вашим благородным поискам сопутствует удача. Моя прабабушка также страдала от затяжной болезни. Такого конца я никому не желаю.
– Спасибо, друг, – сказала Сали. – Если твоя баржа не уйдет, прежде чем мы закончим с делами, для меня будет честью вновь иметь с тобой дело.
– Я останусь здесь на три дня. – Капитан помедлил и добавил: – Или чуть дольше, если вы проявите щедрость. Три серебряные монеты в день. Тогда я, быть может, подожду еще денек-другой, но потом все равно придется заплатить полную цену.
– Очевидно, наша дружба имеет пределы.
– Если вы будете на борту «Ханы», когда мы расстанемся с Хуршей, – хорошо. Если нет – все равно хорошо. Ну и в качестве залога я оставлю у себя ваших лошадей, понимаете?
– Понимаю. Я согласна, капитан Лэ Хуань Ци Тирапут Кунгль. – Сали не понравилось это условие, но, по крайней мере, можно было не платить за постой в конюшне. Она протянула поводья капитану. – Мы вернемся за ними через пять дней.
– Очень хорошо, – сказал тот.
– Очень хорошо, – повторила Сали и повернулась к трапу.
– Это было прекрасное путешествие, – крикнул капитан. – Лучшее из моих путешествий, госпожа!
– До свидания, капитан.
– Я подниму за вас чашу дружбы.
Сали неотрывно смотрела вперед. Капитан продолжал бы рассыпаться в любезностях, пока на него обращали внимание. Преувеличенная вежливость была глубоко укоренившейся чертой хаппан, а желание оставить за собой последнее слово в любом разговоре – их народной забавой, игрой, в которую капитан и его команда играли превосходно. Поначалу это развлекало, но быстро стало утомительным.
– Что там с лошадьми? – спросил Хампа.
Сали взяла мешок и убрала все оружие в ножны. Вооружаться всегда было своего рода ритуалом. Это напоминало о том, что Сали не просто вернулась туда, где жили катуанцы, а оказалась в самом сердце их религии. А что касается лошадей…
– Они останутся здесь.
– Ладно.
Мог бы и спросить почему!
Сали удержалась от замечаний. Время было неподходящее.
– Давайте раздобудем еды. Если мне придется еще есть сырую рыбу, я сойду с ума.
Глава 24. Договоры и последствия
Тайши быстро догадалась, куда направляется их маленькая компания. Они двигались на север, в сердце Облачных Столпов. Это темное место, которое в округе называли Ямой Первой Преисподней, официально именовалось Далех и представляло собой негостеприимное и грозное скопище утесов и зарослей, таких густых, что нужно было продраться сквозь несколько слоев растительности, чтобы увидеть землю.