Уэсли Чу – Судьба (страница 133)
– Она не умерла. Не злись. Нам и так хватает неприятностей.
Дорога из Алланто полтора месяца назад оказалась на удивление спокойной, не считая того, что Фаузану пришлось убить господина Хусо, который взял обратно обещание одолжить им экипаж. Вместо этого бывший поклонник Бога Игроков попытался их всех арестовать. Но беглецам удалось вырваться из посольства и покинуть город, далеко опередив стражников и солдат. Оттуда они двинулись прямо в Возан, столицу Шуланя. По какой-то непонятной Цзяню причине Тайши приказала ехать туда, в Храм Тяньди, а потом потеряла сознание.
Дверь открылась, и вышел настоятель Ли Мори. Он кивнул.
– Очень хорошо, дети. Вас только двое. Больше ей никто и не нужен.
Настоятель не моргнул и глазом, когда из труповозки вывалилась компания оборванных беглецов и изгнанников, в том числе трое, за чьи головы была обещана большая награда. Он немедленно позвал храмовых целителей, чтобы спасти Тайши, и до сих пор та лежала, погруженная в искусственный сон. Оказывается, три дня назад она пришла в себя.
– Почему вы не позвали меня, как только она очнулась? – этот вопрос по-прежнему не давал Цзяню покоя.
Ли Мори не смутился.
– Она объяснит тебе лучше, чем я. Но неужели ты так глуп, чтобы думать, будто Линь Тайши не позвала бы к себе ученика раньше, если бы могла?
– Я… – Цзянь замолчал и почесал в затылке. Уши у него вспыхнули.
Компания оставалась в храме две недели, проводив весну и встретив лето; беглецы наслаждались умеренной погодой, в то время как храмовые целители ходили за Тайши. Мори любезно предоставил им маленький домик на краю храмовой территории. Хотя приезжие называли себя вымышленными именами, настоятель немедленно узнал Цзяня и заявил, что с ним юноша в безопасности. Тайши говорила, что полностью доверяет Мори. Вероятно, их объединяла давняя дружба, потому что наставница, как правило, не доверяла никому, даже самому Цзяню.
– Идем, – сказал Мори и, пропустив Цзяня, остановил Цофи. – Тайши сначала хотела поговорить с ним.
Цзянь вошел в дом осторожно, словно боясь, что любой шум может повредить Тайши. Внутри было душно, пахло лекарством и болезнью. Вдоль стены в вазочках дымились ароматические палочки. На дальней стене виднелась выцветшая мозаика Тяньди. Напротив висели Несокращенные Премудрости Горама, вышитые на овечьей шкуре и отмечавшие главным образом его самые запойные годы. Трое целителей, ухаживавших за Тайши, смешивали травы за маленьким столиком в середине комнаты. Все трое остановились и уставились на Цзяня.
У того волосы встали дыбом. Он прочел в их глазах благоговейный восторг.
В комнате было душновато. В последнее время, после бегства из Алланто, Цзянь начал безошибочно ощущать движение воздушных потоков, вместо того чтобы сосредоточенно их изучать. Касаясь его кожи, они казались почти живыми – каждый со своим характером и настроением. Сейчас воздушные потоки витали в комнате, но оставались невидимыми.
Одна из целительниц встала и поклонилась. Она опустилась бы на колени, если бы Цзянь ей не помешал.
– Не нужно, госпожа.
– Ступайте сюда, Предреченный герой, – сказала она.
Целительница была чуть старше Цзяня, вероятно ученица, и ему стало очень неловко от ее взгляда. Как будто девушка собиралась то ли простереться перед ним ниц, то ли предложить себя в жены. Сонайя, наверное, подстрекнула бы его сделать какую-нибудь глупость.
Целительница отвела юношу в смежную комнату; там на теплом мраморном ложе сидела Тайши, накрытая одеялом до груди, и ела лапшу из стоявшей на коленях миски. В этой комнате было еще жарче. Бледное лицо Тайши блестело от пота. Щеки у нее впали, волосы заметно поредели. Она взглянула на Цзяня.
– Ну наконец.
Цзянь подбежал к ней.
– Мастер, я думал, что вы…
Тайши стукнула его палочками по макушке.
– Только не начинай! Я думала, что выбила из тебя глупые привычки.
Он потер голову. По крайней мере, Тайши ничуть не изменилась.
– Вам нужен отдых!
– Отдохну на том свете, – ответила Тайши. – Скажи, ученик, как твой Великий Прямой Удар?
Цзянь был застигнут врасплох.
– Великий Прямой Удар? Да как обычно… Его невозможно нанести в бою. Этот прием бесполезен.
Тайши закашлялась, не в силах остановиться; все ее тело судорожно дергалось. Другой целитель, на сей раз травник, вошел в комнату, неся чашку с горячим напитком. Наконец кашель утих, и Тайши пришла в себя. Она продолжала:
– Он понадобится тебе, хотя нужен только для одного-единственного дела.
– Не понимаю, мастер.
Тайши вздохнула и помрачнела.
– Великий Прямой Удар – единственный в нашей школе смертельный прием. Зря ты думаешь, что он бесполезен, Цзянь. У него определенное назначение. Это – орудие последнего испытания на звание мастера Шепчущих Ветров.
– Что?.. – Цзяня замутило. Он покачал головой. – Нет-нет, невозможно. Я не готов.
– Ты готов, сынок. Ничего не поделаешь, – сказала Тайши и добавила: – Я умираю, Цзянь.
– Как? – выпалил Цзянь. – Не верю! Это просто раны! Храмовые целители вас вылечат.
С неподдельной яростью он обратился к трем целителям, трудившимся в соседней комнате:
– Чего вы там валяете дурака? Сделайте что-нибудь!
– Они ничего не могут сделать, – перебила Тайши. – Зов неба все сильнее с каждым днем.
Цзянь опустился на колени, не заботясь о том, что подумает Тайши. Юноше трудно было подобрать слова.
– Сколько вам еще осталось, мастер?
Тайши пожала плечами.
– Два дня. Два месяца. Два года. Кто знает?
– Тогда зачем торопиться? – спросил Цзянь. – Я еще не готов. Подумаем об этом через два года.
Тайши взяла его за подбородок.
– Нет, Цзянь. Ты уже был готов телесно. А теперь созрел и здесь, – она коснулась его лба.
– Мне нужно многому научиться, – настаивал Цзянь. – Под вашим руководством я стану еще сильнее и умнее.
– Тебе действительно нужно еще многому научиться, но время истекает, сынок, – она протянула покрытую шрамами и пятнами руку. Рука слегка дрожала. – Я уже давно больна, Цзянь. Отравленный клинок Немой только ускорил процесс. Я чувствую, как яд нарушает течение ци в моем теле.
Тайши вздохнула и крепко сжала руку Цзяня.
– Болезнь и яд… вот почему ты должен пройти испытание теперь, пока я способна передать силу рода Чжан. Иначе она будет утрачена навеки.
– Нет, нет, нет, – всхлипывал Цзянь. Он никогда этого не желал. – Я не хочу потерять и вас!
Тайши с досадой взглянула на него.
– Перестань реветь! Я не стану тратить последние часы жизни, успокаивая тебя.
– Пожалуйста, мастер…
– И мне не нравится, что ученик оспаривает мои приказы. Не позорь меня.
Цзянь закрыл глаза и подавил рыдания, которые рвались из груди. Дверь скрипнула, потом хлопнула, и в комнату влетела Цофи.
– Вот что вы задумали? Заставить его пройти испытание? Вы решили принять смерть от рук ученика, когда он нуждается в вас больше всего? Самовлюбленная карга!
– Это святое место! – рыкнул, входя вслед за ней, Мори.
– Вы подслушивали? – поинтересовалась Тайши.
– Я следила за вами через окно, – сказала дочь картографа. – И не увиливайте от ответа. Что за дурацкая, нелепая, безумная идея пришла вам в голову, будто Цзянь якобы должен вас убить?
– Довольно! – огрызнулась Тайши. – Я не намерена проводить последние часы в перепалке!
Цофи ткнула пальцем в Цзяня.
– Думаете, он устоит против Вечного Хана? Это просто смешно!
– У него тем более не будет шансов, если он не пройдет последнее испытание. Непрерывная передача ци от поколения к поколению – вот что придает силу мастеру Шепчущих Ветров. Иначе Цзянь никогда не достигнет божественного могущества, которое необходимо, чтобы исполнить пророчество. Если я умру, прежде чем он исполнит Великий Прямой Удар, все будет напрасно!