У Чэн-энь – Путешествие на Запад. Том 4 (страница 16)

Ступает плавно, медленно, спокойно, Как будто он архат, с небес сошедший. Так он одет. Взгляни, как он похож На образ светлого живого Будды.

Совершив положенные поклоны, смотритель станции приблизился к Танскому монаху и шепнул ему на ухо, чтобы он не говорил с правителем о делах, которые его не касаются. Танский монах кивнул в знак согласия и обещал.

Тем временем Великий Мудрец Сунь У-кун шмыгнул к дверям, встряхнулся, прочел заклинание и, превратившись в цикаду, с жужжанием взлетел на головной убор Танского монаха. Тот вышел из помещения почтовой станции и направился прямо во дворец на утренний прием.

У ворот его остановил придворный евнух. Танский монах совершил вежливый поклон и произнес:

– Я – бедный монах, иду из восточных земель, где находится великое Танское государство, на Запад за священными книгами. Ныне, прибыв в ваши земли, я счел своим долгом явиться сюда, чтобы получить пропуск по своему проходному свидетельству. Мне хотелось бы повидаться со здешним правителем. Покорно прошу тебя доложить обо мне.

Придворный евнух отправился с докладом к правителю.

Правитель был очень обрадован и произнес:

– Недаром говорится: «Монах из дальних стран к добру имеет талисман!». Вели ему, пусть войдет!

Придворный евнух передал волю своего повелителя Танскому монаху и пригласил его последовать за ним во дворец. После того как Танский монах совершил церемонию приветствия у ступеней трона, правитель предложил ему взойти на возвышение и сесть рядом с ним. Танский монах учтиво побла годарил его за честь и милость и уселся на указанное место. Присмотревшись повнимательнее к правителю, Танский монах отметил про себя, что вид у него жалкий и изнуренный. Когда он жестом пригласил Танского монаха занять место, руки у него дрожали, а когда говорил – голос прерывался.

Танский монах показал правителю свое проходное свидетельство, но тот не мог прочесть ни строчки, так как и зрение у него стало слабым, – он несколько раз просматривал бумагу. Наконец взял свою драгоценную печать, приложил ее, а затем поставил подпись, после чего вернул свидетельство Танскому монаху, и тот спрятал его у себя.

Не успел правитель спросить, зачем понадобилось Танскому монаху отправиться за священными книгами, как появился сановник для поручений и доложил:

– Тесть государя изволил пожаловать!

Правитель с трудом сошел со своего ложа, поддерживаемый приближенными евнухами, и встретил прибывшего поясным поклоном.

Танский монах вскочил с места, стал в сторонке и начал исподтишка разглядывать тестя государя. Это был благообразного вида старец даос, он важно, вразвалку шествовал по яшмовым ступеням трона:

Бледно-желтая ткань[5] С шелестеньем, приятным для слуха, С головы ниспадает В разводах небес девяти, И от рясы сверкающей Из журавлиного пуха Запах сливы цветущей Несется за ним по пути. Три лазурных шнура разукрашенных – Царственный пояс! – Туго-натуго Бедра его оплетают кругом. Он спокойно ступает, О будущем не беспокоясь, В конопляных сандалиях, С поднятым гордо челом. И таинственный посох В руках у него извивался Из волшебной лианы, Как змей узловатый, живой. И парчовый мешочек, блестя, На груди красовался, Весь в драконах и фениксах, Полон волшебной травой. И чело его, яшмы светлее, Довольством сияло И – в сознании власти – Дышало покоем всегда. А на грудь, развеваясь по ветру, Легко ниспадала Завитая, вся в кольцах, Седая его борода Но зрачки его желтым огнем, Как у тигра, горели, И глаза его были длиннее, Чем брови его. И струился за ним аромат, Как из сада в апреле, И в движениях гордых Сквозило его торжество! И у тронных ступеней Почтительно старца встречали Сто придворных чинов, И, отдав ему должную честь, До земли наклоняясь, Торжественно все возвещали: «К государю пришел Государя возвышенный тесть».