У Чэн-энь – Путешествие на Запад. Том 3 (страница 137)

Лютую выказывая злобу, А второй свирепо стиснул зубы И сверкает грозными очами, Вид являя яростный и грубый. Первый на землю с небес спустился, В мудрости великой равный небу, А второй – царь дьяволов свирепый, Оборотень, что из тьмы кромешной В мир земной явился, многогрешный. Их дыхание, клубясь, как тучи, Из груди со свистом вылетает, Взрытый их ступнями прах сыпучий Небо пеленою закрывает, Камни под ударами их ног В мелкий превращаются песок. То сходясь, то снова расходясь, Все вокруг себя круша и руша, Сталкивались воины не раз, И не раз сшибалось их оружье, Золотой насечкою блистая, Искры золотые рассыпая… Враг врагу ни в чем не уступает, Ни на пядь никто не отступает. Первый из противников стремится Возвратить царю его царицу, А второй о том лишь помышляет, Чтобы с ней любовью насладиться… Повод боя не такой уж важный! Стоит ли с подобной страстью биться За царя иль за его царицу? Но бойцы сражаются отважно, Сердце страхом смерти не томится, И не первый час та битва длится!

Убедившись в том, что Сунь У-кун очень силен и искусен в бою, царь дьяволов понял, что ему не удастся победить его. Он отразил своей секирой посох врага и воскликнул:

– Сунь У-кун! Обожди! Я с утра ничего не ел. Погоди, пока я подкреплюсь немного. Я быстро вернусь, и мы продолжим бой. Посмотрим тогда, чья возьмет!

Сунь У-кун сразу же смекнул, что царь дьяволов хочет пойти за своими волшебными бубенцами. Он убрал посох и сказал:

– Хороший охотник не гонится за заморенным зайцем! Ступай, наедайся до отвала, придешь – легче будет помирать!

Царь дьяволов стремительно повернулся, влетел в пещеру и прибежал к царице:

– Скорей достань мне талисман! – запыхавшись, сказал он.

– А зачем он тебе понадобился? – спросила царица.

– Меня утром вызвал на бой последователь и ученик монаха, который направляется на Запад за священными книгами. Его зовут Сунь У-кун. Он же назвался вымышленным именем Вай-гун. Я сражался с ним до сего времени, но исход боя все еще не определился. Вот сейчас я с помощью волшебного талисмана напущу на эту обезьянью морду дым и огонь и спалю его!

У царицы при этих словах сжалось сердце. Ей вовсе не хотелось доставать бубенцы, но она опасалась, что вызовет подозрения царя дьяволов; достать же бубенцы она тоже боялась, так как не хотела погубить Сунь У-куна. Заметив, что она медлит, царь дьяволов стал торопить ее.

– Скорей давай сюда! – крикнул он.

Царице ничего не оставалось, как открыть сундук, достать все три бубенца и вручить их царю дьяволов. Тот взял их и стремительно вышел из пещеры.

Царица же осталась в своих покоях, и слезы потоками хлынули из ее глаз, ибо она считала, что теперь уже нет никакой возможности спасти Сунь У-куна. Ведь ни она, ни царь дьяволов понятия не имели о том, что бубенцы поддельные.

Итак, выйдя из ворот, царь дьяволов, уверенный в победе, стал звать:

– Эй, Сунь У-кун! Не убегай! Погляди, как я сейчас тряхну бубенцами!

Сунь У-кун рассмеялся:

– Думаешь, только у тебя есть бубенцы? Ты тряхнешь, а мне нечем тряхнуть, что ли?

– Какие же у тебя бубенцы? Ну-ка, покажи! – заинтересовался царь дьяволов.

Сунь У-кун превратил свой посох в вышивальную иглу, заложил ее за ухо, а затем вытащил из-за пояса три настоящих бубенца.

– Гляди! – сказал он, показывая их царю дьяволов. – Вот они, мои золотые бубенчики!

Увидев бубенцы, царь дьяволов не на шутку струхнул:

«Вот чудеса! – подумал он про себя, – как же так? Его бубенцы точь-в-точь такие же как мои. Допустим даже, что они были отлиты в одной и той же форме, но разве возможно, чтобы они ни царапинкой, ни трещинкой, ну ничем решительно не отличались друг от друга?!».

Обратившись к Сунь У-куну, он спросил его:

– Откуда у тебя эти бубенцы?

– Внучек ты мой умненький! – насмешливо ответил Сунь У-кун. – Лучше ты скажи, где взял свои бубенчики?

Царь дьяволов стерпел насмешку и так же отвечал Сунь У-куну:

– Мои бубенцы

…вышли из тигля волшебного, в коем золото плавил Сам Лао-цзюнь, пути совершенства постигший И посему обитавший в чертогах небесных. Золото это, застыв, в бубенцы превратилось, Полные свойств небывалых и силы чудесной. Праведный муж мне бубенчики эти оставил,