Туи Сазерленд – Суд над драконом (страница 34)

– Вы кормите её всего четыре раза в день? – изумилась мисс Самира. – Не восемь? – Она обернулась к Пелли. – Ты ведь сказала, что тебе нужно есть по восемь раз в день, а иначе ты просто умрёшь!

– Разве? – У Пелли забегали глаза. Она подползла поближе к мисс Самире и стала рассеянно дёргать её за золотую нитку на юбке. – Наверное, я имела в виду, что…

– А что насчёт самой дорогой рыбы-меч в супермаркете? – продолжала библиотекарь. – Это тоже было враньё? А лавандовая соль и лепестки нарцисса для ванной? А целые часы видео с танцующими котятами, которые тебе непременно нужно было посмотреть на YouTube? – Мисс Самира выдернула у Пелли юбку и отступила назад. – Ты всё это выдумала! Я думала, ты хрупкое мифическое создание и поэтому у тебя такие необычные волшебные нужды!

– Не-а, – сказала Зои. – На самом деле она всего лишь огромная гусыня с ещё более гигантским самомнением.

– Видишь? Никто меня не любит! – загоготала Пелли. – Все хотят мне смерти! – Она рухнула на спину и растянулась на камнях, раскинув крылья. Затем резко села и уставилась на мисс Самиру. – А как же Ужасные Эксперименты, которые они надо мной проводили? Ты обещала спасти меня от них!

Мисс Самира заколебалась.

– Да нет там никаких ужасных экспериментов, мисс Самира, – возразила Зои.

– Но вы ведь из правительства, – сказала мисс Самира, одёргивая рукава. – Во всех книжках пишут, что власть имущих нельзя подпускать к сверхъестественным созданиям. А иначе будут сверхсекретные учреждения и ужасные эксперименты! В Розуэлле на самом деле именно этим и занимаются, между прочим.

Блу подавил смешок.

– В Розуэлле на самом деле выращивают драконов, – сообщила Зои. – Это сложно, муторно и шумно, но ничего страшного там не происходит. Драконам там очень нравится. И нашим животным в Зверинце тоже.

– Конечно, если не обращать внимания на мои муки, – встряла Пелли. – Как, собственно, все и поступают.

– Нам нужно её вернуть, – сказал Логан библиотекарю. – На кону стоит жизнь дракона. Все думают, что он её убил, и если поскорей её не вернуть, его за это казнят.

Вот теперь мисс Самира пришла в ужас.

– Что же вы молчали? – воскликнула она. – Берите её и уводите! Сейчас же! Быстрее! – Она развернулась и охлопала юбку в поисках карманов, которых явно не было. – Я вас отвезу. Живей!

– На чём, на вашем мотоцикле, что ли? – спросил Блу с любопытством.

– Ах да, – спохватилась мисс Самира. – Тогда вызову вам такси!

– Боже, нет, – выдохнула Зои. – Мой брат через минуту приедет на нашем фургоне.

– НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! – взвыла Пелли.

Блу зажал уши.

– А соседи у вас не жаловались на шум? – спросил он мисс Самиру.

– Они думают, что ко мне приехала в гости капризная и немного сумасшедшая двоюродная бабка, – призналась та.

– НУ ВОТ, ТЕПЕРЬ МЕНЯ НЕ ТОЛЬКО ПЫТАЮТ, НО ЕЩЕ И ВЫСМЕИВАЮТ! – взревела Пелли.

– У вас нет лишних дротиков с транквилизатором? – спросила Зои у библиотекаря. – Так будет проще доставить её домой.

Мисс Самира удивлённо посмотрела на неё.

– У меня никаких таких дротиков нет, – сказала она.

– Как же вы тогда её сюда притащили? – изумилась Зои. Снаружи послышался гудок машины. – Ладно, неважно, потом выясним. – Логан знал, что будущую беседу Зои представляет себе за чашкой вкусного чая с чернилами кракена. – Блу, пойди возьми дротик в фургоне.

– НИКУДА НЕ ПОЙДУ! – загоготала Пелли. – Не заставите! Я знаю, что всем плевать и всегда было плевать, но я – самая важная гусыня на всём белом свете, и я…

Мэттью, подошедший к садовой калитке, выстрелил дротиком ей в шею, и гусыня мгновенно обмякла. Клюв у неё так и остался открыт, будто она даже в отключке пыталась жаловаться дальше.

– Люди на улице поглядывают на этот дом с подозрением, – сказал Мэттью. Он запрыгнул на террасу, накрыл Пелли одеялом и бережно её завернул. Логан поспешно взял получившийся кулёк с одного конца, и вместе они понесли гусыню к фургону и положили её внутрь.

Затем они сложили в фургон велики, а мисс Самира подошла следом, ломая руки.

– Я правильно поступаю? – спросила она. – Вряд ли другие Рейнджеры Свободы одобрили бы это, но им ведь не приходилось терпеть её три долгих ужасных дня…

– Три дня? – переспросила Зои, застыв у двери фургона. – Разве не пять? С ночи субботы?

– Нет, – покачала головой мисс Самира. – Я освободила её после обеда в понедельник из вашей лесной хижины.

– Откуда? – удивилась Зои. – У нас нет никакой лесной хижины.

– А вот и есть, – заспорила мисс Самира. – Я проследила за вашим сотрудником и нашла её.

Логан и Зои переглянулись.

«Мисс Самира никогда не бывала в Зверинце, – понял Логан. – Она случайно спасла Пелли от кого-то другого. От её настоящего похитителя».

– Погодите, а за кем вы проследили? – спросила Зои. – Как выглядел этот человек? Это был кто-то знакомый?

Мисс Самира вскинула брови и уже хотела что-то ответить, но потом замолкла и хитренько посмотрела на них.

– Я расскажу вам всё, что знаю, – сказала она, – если вы возьмёте меня с собой и покажете мне единорога.

Глава двадцать вторая

С визгом шин Мэттью заехал в гараж. Когда двигатель замолк, у него завибрировал телефон.

– Ой-ой, – сказал Мэттью, глянув на экран. – Мама говорит, уже пришло время для заключительных заявлений сторон.

– Уже? – воскликнула Зои, схватила свой мобильный и увидела сообщение о том же. Она ожидала, что судебный процесс затянется до вечера, но было всего лишь начало пятого. На звонки родители не отвечали, поэтому ей и пришлось позвонить Мэттью из дома мисс Самиры.

– А какая разница? – спросил Логан. – Пелли ведь у нас, а значит, дракон явно невиновен, даже если суд решит иначе.

– Не доверяю я этому Истребителю, – сказала Зои, чувствуя, как по коже у неё бегут мурашки. – У него как будто руки так и чешутся поскорее казнить Скреба. – Она выпрыгнула из фургона и открыла задние двери.

– «Истребителю»? – спросила мисс Самира дрожащим голосом.

– Такое бывает только в самых крайних случаях, – объяснил Блу и похлопал её по плечу.

Логан с Зои не без труда вытащили завёрнутую в одеяло Пелли из машины, вынесли в Зверинец и водрузили на гольфкар, который их дожидался. За руль сел Мэттью, и мест осталось только на двоих.

– Вы поезжайте, – сказал Блу. – А я отведу мисс Самиру в особняк.

Библиотекарь оглядывала Зверинец разинув рот.

– Да ведь это место просто огромно! – выдохнула она. – Как же его никто не заметил? Разве над вами не пролетают самолёты, с которых всё видно?

– У нас для этого есть штука, – сообщила Зои, борясь со смятением в мыслях, которое возникало каждый раз при упоминании отражателя. – Но мы о ней не говорим.

– НАРУШИТЕЛЬ! НАРУШИТЕЛЬ! НАРУШИТЕЛЬ! – завопила драконья сигнализация.

– Опять, – вздохнул Мэттью и снял с гольфкара рацию. – Лунокрушила, скажи Когтию, что мы в курсе! – гаркнул он. – Мы сами эту нарушительницу сюда и привели!

– БЛАААРГХ! – согласилась рация, и несколько мгновений спустя рёв стих.

Зои вцепилась покрепче в поручни, и гольфкар помчался вниз по холму, вокруг озера и к юрте йети. Толпа, которая собралась посмотреть на суд, оказалась больше, чем ожидала Зои – несколько русалок тоже решили прийти. Посреди них стоял король Кобальт, как всегда внушительно-высокий и величественный, и крутил в руках трезубец.

– Отец Блу вздумал, что должен быть судьёй, – шепнула Зои Логану. – Поскольку он, судя по всему, «самая царственная персона на материке». И он не слишком обрадовался, когда АЗСС ему отказали.

Похожий на фламинго судья сидел за столом лицом к юристам. Он вертел длинной шеей, наблюдая за противостоянием Руби и Рансибла как за матчем в пинг-понг. С краю расположились присяжные, выражения лиц которых разнились от скучающих (Огнебелла) до крайне скучающих (Сапфир). С другой стороны сидел закованный в цепи и поникший Скреб. Рядом с ним в защитном костюме без шлема, но с электрошоком стоял отец Зои.

А рядом со столом обвинителя зловеще стояла фигура в маске и чёрной одежде с поднятым капюшоном. Зои прошило дрожью даже от одного его вида издалека.

– Незачем вам ещё время! – закричал Рансибл на Руби. – У вас нет никаких свидетелей! И улик нет! – Он ткнул пальцем в цилиня, которая мирно стояла рядом с судьёй. Рог у неё всё ещё светился синим. – Цилинь знает, что он виновен, так смиритесь уже!

– Мы уже представили суду теорию о том, что цилинь чувствует его вину за овец и не может определить, в чём конкретно он виновен! – завопила в ответ Руби. – И свидетель у нас, возможно, появится, если перестанет самосжигаться каждый раз, когда к нему подойдёшь. Нужно заставить феникса дать показания, прежде чем закрывать дело.

– Вполне может быть, что он и во время убийства был горсткой пепла, – рыкнул Рансибл. – И тогда он ничего не знает, а даже если скажет, что знает, верить на слово ему нельзя. – Зои заметила, что брови у агента стали кустистее, чем обычно – а зубы, кажется, немного удлинились и заострились? Винить его, впрочем, было сложно. Разговоры с Руби всегда так бесили Зои, что она и сама бы после них каждый раз обращалась в волка, если б могла.

Делия положила ладонь Рансиблу на плечо, пытаясь его успокоить, но тот вырвался.

– Мы не знаем этого наверняка, – заметила Руби. – И ещё нужно проверить перья. У нас есть основания полагать, что они вовсе не принадлежат Пелли…