Туи Сазерленд – Пророчество о драконятах (страница 35)

– А он сам что? – Солнышко ухватила Глина за лапу, останавливая его в полёте. – Так и ушёл без нас?

– Его не спрашивали…

– Глин, погоди! – перебила Беда. Её медные крылья дрожали, когти нервно сжимались. – Там осталась моя мать. Если Пурпур выживет, то первым делом её убьёт.

– Она права, – сказал он вернувшимся драконятам. – Цунами, надо выручать Кречет.

– С какой стати? – ощетинилась морская. – Нам что за дело? После всего, что она..

– Нам всегда есть дело, – сказала Солнышко тихо, но твёрдо. – Такие уж мы драконы, даже ты.

– Только не я, – фыркнула Ореола. – Кречет собиралась меня убить, забыли?

Глин не забыл. Он помнил каждое грубое слово, каждый удар когтей… но и то, как рыжая дракониха предложила себя Пурпур в обмен на драконят. А ещё не забыл шрамы от ожогов у неё на лапах, и как она смотрела на дочь, которую так долго считала мёртвой.

– И помощи нашей в будущем не ждала, – добавила Цунами, – просто не давала погибнуть, а значит, и сейчас хочет, чтобы мы поскорее смылись.

– Просто не погибнуть – этого мало! – оскалился Глин. – Надо быть драконом, о котором говорят в пророчествах. Спасать других, даже если они этого не заслуживают.

Цунами свирепо хлестнула хвостом. Синие чешуйки сияли сквозь запёкшуюся кровь яркими сапфирами. Она хмуро взглянула на меднокрылую.

– Ладно, так и быть.

– Только без меня, – холодно произнесла радужная. – Делайте что хотите, а я не желаю, как Глин, растекаться лужей всепрощения. – По её потемневшим, как грозовые тучи, бокам пробегали красноватые молнии.

– Тогда забирай Солнышко и ждите в пещере под водопадом, – сказала Цунами.

Золотая малышка повесила голову.

– Я тоже могу помочь…

– Поможешь, если будешь сидеть тихо и уцелеешь, – фыркнула Ореола, махнула крылом и исчезла за краем утёса. Вздохнув, Солнышко на прощанье сжала лапу Глина и порхнула за ней.

– Сюда, здесь ближе, – показала Беда и взмыла над площадкой для пиров вдоль отвесной стены. Цунами состроила Глину гримасу и стала подниматься следом.

С арены ещё доносился рёв и гвалт, но криков королевы Глин не различал. В воздухе всё так же мельтешили огненные крылья. Начались ли уже поиски беглецов, понять было невозможно, но он не сомневался, что ждать придётся недолго.

Пролетая над узким уступом, заросшим колючим кустарником, земляной дракончик заметил чуть выше прилепившуюся к скале крошечную фигурку. Тот самый воришка, что взбирался на утёс во время ночного пира! Бедняга трясся от изнеможения и едва дышал, но упорно лез вверх.

Глин покачал головой. Невероятное достижение для такого жалкого существа, но шансов забраться наверх у него никаких. К собственному удивлению, дракончик внезапно ощутил жалость. Конечно, воришки – это не более чем дичь, но… и потом, всё равно по пути.

Он нырнул вниз, схватил воришку и пустился догонять Беду с Цунами. Пленник отчаянно верещал, молотя лапками по драконьим когтям, но без оружия не мог причинить никакого вреда, тем более что по размерам сильно уступал своим сородичам. Круглую голову воришки покрывал чёрный мех, а на остальном теле кожа была гладкая и бурая почти как у Глина чешуя.

В несколько взмахов достигнув вершины утёса, за которой во все стороны расстилалась горная страна, земляной дракончик бережно опустил свою извивающуюся ношу возле россыпи валунов. Он не знал, где обитают такие существа, но больше ничем помочь не мог: Цунами вслед за Бедой уже исчезала в открытом проёме крыши многоярусного дворцового зала.

– Держись подальше от драконов! – погрозил он когтем, хотя воришка вряд ли мог что-то понять, а только таращил глаза, глотая воздух.

Глин покачал головой. Даже убежать не догадывается. И как только они ещё не вымерли? Ладно, не до них. Он подтолкнул воришку хвостом, взмахнул крыльями и нырнул через крышу в главный зал следом за Бедой и Цунами, которые снижались кругами к решётке над головой Кречет.

Большинство драконов, небесных и гостей, ещё толкались над ареной, и зал был пуст, но из входов в туннели на ярусах уже доносился тяжёлый топот, скрежет когтей и звяканье брони.

Огонь опасалась яда радужной, но укрывшись стражей, как щитом, могла нагрянуть уже вот-вот.

Глава 29

Глин опустился рядом с Цунами и невольно отшатнулся, встретив горящий взгляд рыжей драконихи.

– А вам что тут надо? – зарычала она.

– Тебя спасаем, – фыркнула Цунами, – хоть и не хочется.

– Отойдите, – велела Беда, сжимая когтями толстые прутья решётки. Металл зашипел, воздух наполнился острым запахом горящего железа.

Первый раз в жизни Глин видел Кречет в растерянности. Она неловко поглядывала на Беду, раздвоенный язык дрожал в полуоткрытой пасти. Меднокрылая сосредоточенно уставилась на решётку, справиться с которой было явно труднее, чем с изящной птичьей клеткой.

– Я думала, тебя убили, – выдавила наконец Кречет.

– А я думала, тебя, – равнодушно ответила меднокрылая.

– Поговаривали, что у Пурпур завёлся непобедимый боец, – продолжала дракониха, но кто же мог знать, что это ты.

– А зачем знать? Мне и без тебя хорошо, – пожала крыльями Беда. Дракончики с сомнением переглянулись. – Меня вырастила королева Пурпур. Нашла чёрные камни, дала работу…

– Чёрные камни? – перебила Кречет. – Что за…

– Эй, вы! – Из туннеля показались двое небесных стражей. – Стоять!

Сноп пламени с шипением выстрелил в сторону Цунами. Глин едва успел заслонить её собой. Жестокая боль пронизала тело, но тут же стала утихать. Отряхнувшись, земляной дракончик весело оскалился в изумлённую морду стражницы. Цунами тем временем полоснула когтями бок второму и добавила хвостом по голове. Тот покачнулся, но быстро оправился и бросился вперёд, молотя крыльями и мощными лапами.

Первая тоже пришла в себя и налетела на Глина. Обхватила его, царапая когтями по ещё не зажившим ранам на спине, но земляной дракончик резко встряхнулся, отбрасывая противника.

В этот миг лопнул последний прут решётки, и над дерущимися, кипя от злобы, поднялась Кречет. Глин уже успел забыть, какая она огромная. На её красно-рыжей чешуе виднелись следы цепей, когти обломались и затупились о каменные стены.

– Убейте их и летим! – заревела она.

Меднокрылая молнией метнулась к стражнику, прижавшему к стене Цунами. Тот пытался спастись, но было поздно. Когти Беды царапнули по горлу, и драконья плоть с шипением пошла пузырями, чернея на глазах. Стражник захрипел, пытаясь крикнуть, но следующий удар прожёг шею насквозь, словно бумажную.

Глин почувствовал дурноту, радуясь своему пустому желудку. Он взглянул на своего противника. В оранжевых глазах молодой драконихи горел ужас. В чём её вина? Она всего лишь исполняла приказы, защищая своё племя и королеву.

– Беги! – Глин схватил стражницу за плечо и толкнул в чёрный проём туннеля.

Он повернулся и встретил взгляд Беды. Она видела, как он только что спас стража, совершенно чужого ему дракона, – спас от неё! Теперь ей стало окончательно понятно, что думает о ней единственный друг.

– Слюнтяй! – прошипела Кречет. – Она поднимет тревогу, и королева Пурпур мигом будет здесь!

– Королева Пурпур, скорее всего, мертва, – резко бросила Цунами, – и не надо так разговаривать с Глином. Хватит болтать, летим!

Она взмыла вверх к проёму в крыше. Глин снова взглянул на Беду. Она застыла на месте, сжимая и разжимая когти. Потянулась к нему и отдёрнула лапы.

– Ну же, полетели, – тихо сказал он, стараясь смягчить её разочарование.

Он вырвался из дворца следом за Цунами, сзади разрезали воздух ещё две пары крыльев, медных и красновато-рыжих. Развернувшись, Глин спикировал к основанию горы, где шумел водопад. Сбоку мелькали острые скалы, жар Беды опалял спину, словно толкая вперёд.

Подлетев к стене падающей воды, они окунулись в сплошную туманную завесу. Глин на мгновение зажмурился, чувствуя обволакивающее прикосновение бесчисленных мелких капелек.

Грохот воды отрезал все другие звуки. Водопад был гораздо выше, чем тот, в который Глин и Цунами попали в пещерах. Поток перескакивал со скалы на скалу, рушился с крутых обрывов, выплёскивался фонтанчиками, словно там резвилась целая компания водяных драконов. У самого основания горы искрилось прозрачное озеро, на другой стороне которого брала начало Алмазная река и текла, петляя между холмов, на юго-восток к далёкому морю. Берега озера заросли зеленовато-бурым кустарником и карликовыми деревцами.

Цунами свернула к тёмному провалу в скале, который едва виднелся среди висящих в воздухе брызг. Приблизившись, Глин заметил проблеск золота – Солнышко выглядывала наружу.

Они опустились на влажный берег посреди густой рощицы. Падающая вода почти скрывала вход в пещеру от посторонних глаз. Трава вокруг Беды сразу задымилась, превращаясь в пепел. Меднокрылая глянула на почерневшую землю и поспешно прибрала хвост.

– Кречет! – воскликнула Солнышко. – Ты жива!

– Жива, как вы ни старались, – проворчала рыжая дракониха, хлеща хвостом по бокам. – Свободы, видите ли, захотелось. Теперь поняли, почему вас не выпускали? – Она сердито дёрнула крылом, зацепившись за ветку.

– Могли бы и в клетке тебя оставить, – хмыкнула Цунами. – Я хотела.

Глин не мог противостоять искушению и принялся кататься с боку на бок, обмазывая тёплой целительной грязью иссохшую поцарапанную чешую.

– Фу, Глин! – поморщилась Ореола, отодвигаясь поближе к краю воды и подставляя свои переливчатые крылья солнечным лучам.