Туи Сазерленд – Потерянная принцесса (страница 11)

– А потерянные принцессы на каком этаже? – пошутила она.

– Думаю, верхний подойдёт, – ответил Шквал. – Он для новых визитов, а их теперь почти не случается. Последней была королева Ожог… ах нет, ещё тот ночной.

Взмахнув широкими крыльями, он изящно опустился на верхнюю террасу дворца и уцепился когтями за отполированный бортик из голубовато-белого камня.

– Что за ночной? – заинтересовалась Цунами, усаживаясь рядом.

Верхний этаж оказался шире, чем она думала. В полу были вырезаны расходящиеся спирали в виде перепончатых драконьих лап, заполненные сверкающей на солнце водой и выложенные на дне мелким жемчугом. Цунами тут же узнала узор из светящихся полосок на собственных крыльях.

– Понятия не имею, – пожал крыльями Шквал. – Он разговаривал с её величеством и королевой Ожог, больше ни с кем. Я слыхал только, что он хотел улететь отсюда через верх, но позволения, конечно, не получил. Очень большой и очень сердитый.

– Смахивает на Провидца, – хмыкнула Цунами.

Сравнивать ей было особенно не с кем, но чёрный великан явно был по виду больше прочих ночных, которые прятались в своих тайных убежищах и лелеяли собственное могущество, ни с кем не делясь. Не кто иной, как Провидец, изрёк пророчество, он же прилетал посмотреть на драконят и пытался убить Ореолу. Потом вырвал Звездокрыла из небесного плена, бросив остальных, и вернул назад, когда драконята спаслись своими силами. Провидец вполне мог появиться и в Морском королевстве, хотя что ему тут делать, Цунами не представляла.

Шквал посмотрел вниз на собравшихся драконов, и его взгляд остановился на Акуле, который так и не двинулся с места.

– Как ты могла так разговаривать с Акулой? – тихонько прошипел он. – В жизни не слышал, чтобы кто-нибудь себе такое позволял, разве что их величества.

– Он сам напросился, – фыркнула Цунами, складывая крылья. – Иглобрюх надутый! Когда взойду на трон, живо отправится у меня на ферму растить морскую капусту.

Шквал раскашлялся, скрывая смех.

– Молчи, – снова прошипел он, – храбрость и безрассудство – разные вещи! Акуле вы все на один зуб, и если он почувствует угрозу…

– Пускай попробует, – хмыкнула Цунами, стараясь не думать про злобный немигающий взгляд командира стражей.

Шквал хмуро покачал головой.

– Клянусь лунами, беспокоишь ты меня.

В дальнем конце верхнего зала возвышался великолепный трон, украшенный изумрудами, сапфирами и золотой инкрустацией в виде морских волн. Рядом стоял трон поменьше с похожей отделкой, хотя и не такой пышной.

Цунами нахмурилась, глядя на него. Для короля как будто мелковат… Неужели для неё? Выходит, королева Коралл так ждала пропавшую дочь все эти годы, что заранее приготовила ей трон?

Сердце заколотилось от радостного предвкушения. Цунами шагнула вперёд. Свой собственный трон! Уже теперь!

Усесться ей помешали четверо друзей, наконец-то добравшихся до вершины дворца. Солнышко приземлилась удачно, не угодив в резные канавки с водой, но Глин, споткнувшись, проехался через весь зал и чуть не свалился с противоположного края. Подлетевшая как раз с той стороны Ореола успела пихнуть его назад, потом сделала круг и опустилась возле тронов. Зелёные глаза радужной с интересом прищурились, рассматривая искусную работу. Казалось, она готова забраться на престол сама.

Последним явился Звездокрыл. Из последних сил уцепившись за край, он перевалился на террасу и растянулся на полу, раскинув крылья и тяжело дыша. Ночной дракончик напоминал чернильную лужу. Солнышко аккуратно перепрыгнула через заполненную водой драконью лапу и помогла ему подняться.

Цунами тихонько вздохнула, закатив глаза. Хоть бы кто постарался вести себя с достоинством!

– Вот это да! Вещь! – восхищался Глин, расплёскивая хвостом воду из канавок и обдавая радужную брызгами. Увлечённая троном, она этого даже не заметила. – В смысле, дворец… Это ведь дворец, верно? Пожалуй, даже выше, чем наша тюрьма у небесных.

Он перевесился через край, заглядывая вниз. Шквал покосился на него с подозрением. Цунами вспомнила, что историю их плена у небесных морской дракон не знает.

– Здорово! – продолжал Глин, снова поднимая хвостом тучу брызг. – Само собой, если крылья не связаны… впрочем, небесные хотя бы подкидывали иногда свинью-другую. У вас есть свиньи? – обернулся он к Шквалу. – Ну, осьминог тоже сойдёт… или хоть кальмар какой-нибудь… а морские коровы бывают? Я бы сейчас не отказался от морской коровы – или, пожалуй, даже от кита… в смысле, я не привередливый – что дадут, то и ладно… Слушайте, ну как вам удалось возвести такую громадину? Её же построить – жизни не хватит!

Шквал поморгал, переваривая поток болтовни.

– Дворец? – переспросил он. – Сам вырос. Много поколений назад жил один дракомант, который заставил камень расти… но ждать пришлось лет десять.

– Ничего себе! – Земляной дракончик изумлённо вытаращил глаза.

Цунами разделяла его чувства. Вот это способности!

На занятиях в пещерах Ласт рассказывал, как чародеи оживляют шахматные фигуры, так что те играют сами собой, или же накладывают на сокровища заклятье, убивающее вора. Но заставить вырасти целый каменный дворец – это куда чудесней даже хвалёной магии ночных!

Судя по недовольной гримасе Звездокрыла, он это понимал, и Цунами поспешила перебить его, пока ночной дракончик не ударился в очередную лекцию.

– Здесь, на верхнем этаже, королева Коралл принимает новых почётных гостей, вроде нас, – объяснила она с важным видом, – поэтому убедительно прошу всех вести себя, как подобает драконятам судьбы, а не выброшенным на берег полудохлым рыбам!

Солнышко взглянула обиженно, Звездокрыл громко фыркнул, а радужная строптиво задрала нос, всячески показывая, что не желает принимать указаний от Цунами. Глин снова перевесился через край террасы, пытаясь заглянуть на нижние этажи.

– А где здесь пируют? – спросил он. – Пир же будет, правда? – и смущённо покосился на Шквала. – Ничего, я так, просто интересно.

– Бывают и пиры, – кивнул синий дракон, – особенно когда королева Ожог…

Его прервал шум, донёсшийся снизу. Цунами подскочила к краю и взглянула на озеро. Из туннеля выплыла огромная дракониха с тёмно-синей, словно кобальтовое стекло, чешуёй, точно как у неё самой. Рога, шея и крылья сияли, сплошь увитые нитями жемчуга, а хвост был украшен белоснежным витым рогом с хищно заострённым концом. Лапы драконихи пестрели странными чёрными пятнами, и всё же Цунами в жизни не видела зрелища красивее.

Драконы внизу наперебой отвешивали низкие поклоны, повернувшись к туннелю.

Без сомнения, это сама Коралл, королева морских драконов, её родная мать! От радости у Цунами закружилась голова, и она ухватилась за лапу Шквала.

Однако когда королева в фонтане брызг вылетела из воды, Цунами с удивлением заметила у неё на теле сбрую из ремешков, от которой тянулся длинный поводок к дракону, летевшему позади.

Другой дракон – вернее, всего лишь годовалый дракончик – смешно мельтешил крылышками, стараясь не отставать. Цунами вздрогнула, заметив на них королевский рисунок.

– Какая розовая… – тихонько прошипела она, оглядываясь на Шквала, который почему-то стал пятиться в сторону, подальше от трона.

– Угу, роза, – буркнул он и удивлённо пояснил, заметив тревогу в глазах Цунами: – Анемона – морская роза. Твоя сестра.

Глава 8

Не угроза. Роза.

Морская роза. Анемона.

Цунами застыла, ощетинив спинной гребень. До неё не сразу дошло.

Её сестра – другая наследница трона!

Вот и конец мечтам о величии. Прощай, собственное королевство!

– Угу, – язвительно хмыкнула Ореола. – Похоже, у тебя завелась соперница. Будущая королева, говоришь? Хм…

Цунами в бешенстве повернулась к Звездокрылу, раздувая жабры на длинной шее.

– Ты говорил, я единственная! – прошипела она. – Что никто больше не выжил!

Ночной дракончик огорчённо развёл чёрными лапами.

– Так написано в свитке… я не виноват, это всё Когти мира – у них многое там устарело. Должно быть, «Королевская родословная морских драконов с времён Пожара до наших дней» написана до того, как родилась эта дочь. – Он кивнул на малышку, которая трепыхалась в воздухе позади королевы.

Анемона была почти белая с голубоватым оттенком и нежно-розовыми мазками по краям крыльев, вокруг рожек и ушей. Она немного напоминала перламутровых дельфинов, которых драконята видели по пути. Небось, потому Коралл и запретила своим подданным их есть – чтобы кто-нибудь по ошибке не проглотил наследницу престола, хихикнула про себя Цунами. Глаза у крошки были большие и синие, шея и хвост увиты жемчужными нитями, как у матери.

Цунами скрипнула зубами. На месте этой соплячки могла быть она – на собственном троне и в драгоценностях, а главное, с родной матерью, окружённая любовью, – если бы Когти не выкрали её яйцо.

Ничего больше она подумать не успела, потому что королева очутилась прямо перед ней.

– Дитя моё!

Огромные синие крылья зашелестели, крепко обнимая Цунами. В ноздри ударил аромат морской соли и водорослей, в щёку вдавились крупные жемчужины. От влажной чешуи матери исходило тепло, сильные лапы нежно гладили по голове и спине.

– Я всегда знала, что ты вернёшься! – приговаривала Коралл. – Знала, что ищешь дорогу домой. Я никогда не переставала искать тебя, моя дорогая!

Услышать эти слова Цунами мечтала всю жизнь.