Туи Сазерленд – Мракокрад (страница 13)

Если она рассчитывала, что новость поразит небесных как удар молнии, то большего успеха ждать было просто нельзя. Орел и Закат уставились на Лагуну так, словно у них на глазах она отсекла себе голову.

– Разве я вам не говорила? – спросила Лагуна. – Так вот, у меня есть дракоманты. Думаю, стоит помнить об этом на завтрашних переговорах.

– У вас есть дракоманты, – вскричала Закат, – и вы их не умертвили?!

– На что бы вы ни намекали, – ответила королева Лагуна, – нет. Они чрезвычайно ценны.

Небесные переглянулись.

– В Небесном королевстве таких опасных извращений не терпят, – твердо произнес Орел.

Закат подалась к Лагуне, свирепо сверкая янтарными глазами:

– Вы разве не знаете легенд? О том, как магия съедает их души?

– Чтобы так оно и было, – произнесли у нее за спиной, – надо хотя бы обладать этой самой душой.

Альбатрос вышел из тени, или, как показалось Глуби́ну, материализовался из нее. Прямо за головой у него светил фонарь, создавая нимб, отчего глаза деда казались темнее обычного. Он приблизился к сестре и послам.

– Вот ты где, – сказала королева. – Вовремя же.

Рядом с Глубином появилась Индиго. Она нервничала. В лапах она сжимала две чаши из половинок кокоса, одну из которых протянула Глуби́ну. Внутри был его любимый напиток из манго и лайма.

«Она угадывает твои желания…»

– Не хочется перебивать королеву, – прошептала Индиго, – но как ты думаешь, она разозлится, если я не подам напиток? А если подам – разозлится сильнее?

Она потеребила чашу, отрывая от нее бурые волокна.

– Да она уже забыла, о чем просила. Просто отослала тебя подальше, чтобы прочитать мне нотацию. В который раз.

– Вот оно что. – Индиго глянула на него искоса с любопытством, но больше ничего не сказала. Терраса погрузилась в тишину. Слышалось только бормотание пожилых кузенов на фоне музыки. Альбатрос медленно приближался к королеве.

– Это наш первый дракомант, – объявила королева Лагуна небесным, которые, судя по их мордам, уже и сами догадались. – Мой брат Альбатрос. Не далее как этим утром мы обсуждали его новый проект. На этот раз планы у меня масштабные. Нужно нечто, что сделает меня неуязвимой. Или убьет любого, кто вздумает мне грозить.

За спиной у Альбатроса сидевшая на диванчике Всплеск сдавила в когтях цветок гибискуса. Риф накрыл крылом побледневшую Манту.

– Верно, – подтвердил Альбатрос, – хотя, как ты наверняка помнишь, у меня ни одна из этих идей восторга не вызвала.

– Повезло, что ты у меня не единственный дракомант, – холодно произнесла королева Лагуна, и Глубин вздрогнул всем телом, до кончика хвоста. Подчинится ли он, если ему велят сотворить такие чары? Это ведь угроза матери. Или ослушается? Тогда в опасности окажутся все, кто ему дорог.

«Если я скажу нет, что королева сделает с Индиго?»

Альбатрос остановился прямо перед королевой, едва не касаясь с ней кончиками морд. По его взгляду Глубин ничего не мог понять: дед был как каменная статуя, лишенная эмоций.

– Думаешь, с тебя хватит? – тихо спросила королева Лагуна. – Думаешь, ты когда-нибудь загладишь вину за то, что сотворил с Сапфирой? Конца этому не будет, Альбатрос. Ты навеки мой.

Что-то щелкнуло, мелькнула серебристая вспышка, и на горле королевы Лагуны медленно раскрылась багряная полоса. Этакая страшная и смертельная улыбка.

Удивленно моргнув, Лагуна схватилась за горло. Ее последними словами были:

– Я же королева, – и она медленно рухнула на пол. Лапы подкосились, крылья обвисли, а голова с плеском упала в фонтан. Вода окрасилась багрянцем и черным, когда в ней вспухли тучи крови.

Королева морских драконов умерла.

А ее дракомант, дед Глуби́на сжимал в лапе нож.

Глава 7

Ясновидица

Ясновидица не спала весь день. Бродя по комнате, она рвала свитки и опрокидывала хвостом чернильницы.

– Пора вставать! – весело позвала мама, заглядывая в комнату. – Ой, вот тебе и раз…

– Знаю, ну и бардак, – нервно подергала крыльями Ясновидица. – Может, мне посидеть дома еще ночку и прибраться?

– Непорядок у тебя в голове, родная, – сказала мама. – Сама знаешь, время пришло. Идем, съешь на завтрак замечательного гремучника, и сил для школы сразу прибавится.

– Нет, от гремучника я буду икать все знакомство со школой, – возразила Ясновидица. – От рыбы у меня лапы станут скользкими, и я неудачно приземлюсь. Лучше съем белку: вижу, что от нее неприятностей не будет.

Закатив глаза, Быстрокрылая удалилась.

«Дыши, – сказала себе Ясновидица. – Сегодня. Сегодня ночью ты его встретишь. Ты это знаешь, и он наверняка знает тоже».

Было странно ощущать одновременно такое возбуждение и страх.

«Встреча не обязательно что-то изменит. Все нити будущего у меня в когтях. Я управляю судьбой».

Например, она знала, что Мракокрад будет ждать ее у школы. Он захочет встретиться с ней сразу, как прилетит. Притворится, что наткнулся на нее случайно, мол, ты кто? Мы не встречались? О чем ты, какая еще судьба? Но Ясновидица на это не поведется. Мракокрад знает ее, и она знает его.

Она перехитрит Мракокрада, только если прилетит раньше времени. Если опоздает, Мракокрад ее дождется, а вот раньше времени с сестрой в школу не поспеет. К тому же у него дар слабее, он не знает, что Ясновидица опередит его.

Ясновидица задержалась у одного из свитков, в котором изложила ответвления сегодняшних событий. Может, прихватить его?

Нет, если останавливаться в коридорах школы и сверяться с ним всякий раз, чтобы принять какое-то решение, на нее станут странно поглядывать. А если увидят, что написано в свитке, примут за чокнутую.

«Все уже у меня в голове».

Она пронеслась через пещеру, схватила белку, случайно сбила хвостом книжную полку и на бегу крикнула родителям: «Простите! Простите-простите! Пора лететь!», – и устремилась к двери.

– К чему спешка? – спросил отец. – Годами оттягивала поход в школу, а тут летишь сломя голову? Что стряслось?

– Может, нам с тобой? – предложила мама.

– Нет, нет-нет, – как можно бодрее отказалась Ясновидица. Встречу родителей и Мракокрада стоило оттягивать как можно дольше, главным образом, чтобы избежать неудобных споров, которые она видела в ближайшем будущем, а еще – ради их же безопасности, но причины так просто не объяснишь. – У меня все хорошо! Я знаю, куда лететь. До утра!

Она потерлась с ними носами, и родители неохотно отступили.

Снаружи ночь только начинала разливаться по каньонам, запуская длинные темные когти в реки и простецкие дома у подножий скал. Дом Ясновидицы располагался не то чтобы на самом дне, но ниже середины.

Однажды, когда она сумеет употребить дар на благо племени – увидит, например, как королеве победить ледяных, – ее семья переберется выше, ближе к свету звезд и небу. Вот над чем еще надо подумать, заглядывая в будущее.

Расправив крылья, Ясновидица воспарила к небу вдоль скалистого склона. Сверху ей открылся вид на все Ночное королевство: каньоны и скалы лежали перед ней как развернутый свиток.

Школа располагалась на севере, недалеко от дворца, и каждое из зданий являлось гранью площади Большой Диамант, а две другие стороны ограничивались музеем и библиотекой. Дворец, самое крупное из четырех строений, охватывал Пограничную гору, однако школа была построена по его образу и подобию: то же множество черных и серых террас, висячие сады и высокие сверкающие водопады. В этот час, когда над темнолюбивым племенем распростерлась ночь, школу и дворец накрыло облаком из сотен черных крыльев.

За последние два дня Ясновидица шесть раз опробовала все возможные пути подлета к школе. Подготовилась и знала, где следует сесть. Из трех входов самым тихим и неприметным был тот, что смотрел в противоположную от дворца сторону.

Ясновидица немного покружила в высоте, высматривая прочих драконов – Мракокрад еще не прилетел, – и устремилась вниз. Аккуратно приземлилась на мраморные плиты и сложила крылья.

Подлетали и спешили мимо другие школьники. Никто не обращал на нее внимания.

«Все верно, – напомнила она себе. – Они еще не знают, как я важна. Скоро каждый будет знать мое имя, ведь я спасу племя от многих бед».

По спине побежали мурашки. Она так часто думала о будущем, а тут оказалась в настоящем, среди того, что происходило именно сейчас. Из чего это будущее складывается.

Она проследовала в ботанический вход, влажный и полный листвы, куда сквозь световые колодцы сочился догорающий свет дня и где вдоль стен тянулись растения. Отсюда и мимо библиотеки вела колоннада к шестиугольному внутреннему двору, вдоль каждой из сторон которого выстроились классы. Дворик был сооружен на манер полосы препятствий для отработки навыков полета: множество деревьев, лиан, петель, лабиринтов и ловушек.

Ориентируясь на шум самого высокого из водопадов, Ясновидица взлетела к павильону на верхнем уровне, к главному кабинету, где за столом, сгорбившись, передвигала туда-сюда кипы бумажек усталого вида дракониха.

– Здравствуйте, профессор Пытливая, – сказала она. – Я пришла за назначением.

– О, – откликнулась дракониха, прижимая когти к вискам. – И куда же я его дела?

«Ох, только бы не пришлось заново проходить проверки», – подумала Ясновидица. Она потратила целый день, заполняя свиток за свитком, лишь бы доказать, что достойна учиться с другими трехлетками, а не начинать все с нуля с годовалыми драконятами. В том, что она сдала тест успешно, она и не сомневалась.