Туи Сазерленд – Драконоборец (страница 38)
– Интересно, что сделают с животными, которых не успеют съесть на празднике? Может, стоит спрятаться и переждать до конца, а потом тебя вернут в яму к остальным?
– Ура?..
Больше ничего Листик придумать не смог. Он оглядел плато в поисках укрытия понадёжней.
– Придумал – под столами, – сказал он. На плато выставили несколько столов, заваленных яствами и, что важнее, накрытых широкими и длинными скатертями с золотым шитьем. – Спрячься там, пока пир не закончится.
– Гм-м-м, – промычал Тимьян. – Так я окажусь ближе к закускам, чем хотелось бы, но мысль неплоха.
Листик тем временем присмотрелся к скале за троном. Если взобраться по ней, то попадёшь, наверное, на крышу дворца, а оттуда должен быть способ пробраться в главный зал и вернуться на кухню. Уходить без Рябинки и Клюковки Листик не собирался, даже если бы мог.
– Ты что, правда наверх полезешь? – спросил Тимьян. – Тебя драконы не заметят?
– Надеюсь, что нет. Они вроде сильно заняты. Да и как ещё мне вернуться за нашими?
Тимьян крепко сжал его руку и кивнул:
– Удачи.
– И тебе.
Листик не знал, как скоро вернется королева. Он нырнул за один из столов и вдоль него пробежался до трона, кувыркнулся за него. Вблизи нависшая над ним скала смотрелась намного, намного выше, чем с другого конца плато. Листик оторопел.
«У меня получится. Это не сложнее, чем убить дракона. А ещё это, наверное, единственный способ спасти Рябинку и остальных».
Глубоко вздохнув, он ухватился за ближайшие трещины в склоне и подтянулся.
Первая половина ночи прошла неплохо. Листик поднимался, отдыхая там, где находил укромное местечко, и замирал, едва заслышав, как с плато взлетают драконы. Сперва он спешил, чтобы поскорее убраться от света огней, и в тени ощутил себя спокойнее. Лезть, правда, стало труднее, потому что упоров было почти не видно.
«Кто быстрее до вершины? – бодро сказала в уме Ласточка. – Шучу, я бы точно победила. Эй, а кто из них съел меня, как думаешь? Надеюсь, что королева. Осторожно, там скала вроде осыпается. Давай же, Листик, у тебя получится. Представь, будто я уже наверху и смеюсь над тем, какой ты медленный. А потом ликую, когда ты НАКОНЕ-Е-Е-ЕЦ залезешь. Кидаю тебе меч и сама с оружием бегу убивать драконов! Из нас получилась бы славная команда, скажи? Я бы помогла тебе защищать деревню. Но сперва связала бы шаманов и спихнула в погреб с гнилой картохой».
Листик снова попытался вообразить шаманов молодыми: как они шныряют по дворцу, крадут ценности и улепётывают во все лопатки назад в горы. Может, в те времена красть было проще? Может, тогда драконами правила другая, не такая свирепая королева, или ещё что … Представить, как надменный и зловещий мастер Форель вот так лезет на скалу, у Листика решительно не получалось.
Ласточка у него в голове захихикала.
Примерно посреди ночи руки уже дрожали от усталости. Слышно было, как гости расходятся; Листика обдавало порывами ветра, когда они поднимались в воздух. Внизу слуги прибирались на плато после пира. Уцелевших зверей собрали и понесли назад во дворец, но Тимьяна среди остатков застолья Листик не видел.
Затылок и шея мёрзли, кончики пальцев немели. Листик уже начинал промахиваться, когда тянулся к новым упорам.
«Надо отдохнуть», – сказал он себе.
Посмотрел вверх и понял, что почти достиг узкого выступа. Снизу казалось, что перелезть через него будет тяжело … но если взобраться на карниз, то, может, получится устроиться там и поспать.
Листик стиснул зубы и заставил себя продолжить подъём. Еще один крохотный упор … ноги едва помещаются в узких щелочках … на дюйм выше … кончики пальцев болят, мускулы сводит … приподняться на левой ноге … Наконец, он уцепился за краешек карниза и из последних сил втащил себя на него.
Тут едва уместилось бы два человека бок о бок, вдоль склона. Из трещины в камне торчал чахлый кустик, как бы говоря Листику голосом Ласточки: «Это МОЁ убежище, найди себе другое!»
Листик рухнул на камень. Все тело болело, особенно плечи. Нет, сильнее болели пальцы … а может, и ободранные коленки.
«Вот посплю, и все пройдёт», – сказал себе Листик и закрыл глаза.
Он спал глубоко, без снов, но потом его неожиданно разбудил испуганный рёв сотен драконьих глоток.
Листик сел так резко, что чуть не сверзился с уступа. Какое-то время он жался к склону, цепляясь за колючий кустик и чувствуя, как бешено бьётся в груди сердце.
Небо почернело от кричащих драконов. Драконы вопили, драконы ревели, драконы толкались, спеша взлететь как можно выше.
«В чем дело? Что их так напугало?»
Вытянув шею, Листик посмотрел в сторону тюремной арены, на которой будто вулкан изверг фонтан чешуи и дыма: это взмывали ввысь драконы.
«Неужто песчаные напали на горных? Или горные устроили ловушку песчаным? Или там какой-то бунт?
Ловушки и предательства вообще под силу драконам?»
Листик понятия не имел, что переполошило обитателей и гостей дворца, но вот они круг
Листик развернулся к скале и снова полез наверх.
– У меня получится, Ласточка, – прошептал он. – Я залезу на вершину, найду путь во дворец и отыщу там Рябинку и остальных, выведу их на волю. Это совершенно разумный план, и он сработает.
Прошло несколько минут, а он так никуда и не добрался. Плечи горели от боли, и взбираться на гору при свете дня оказалось куда страшнее, чем ночью. Драконы были повсюду, и, хотя все они в панике удирали прочь из дворца, казалось, что вот-вот один из них да закричит: «А-А-А, ЭТО КАКАЯ-ТО КАТАСТРОФА, ВСЕ ПРОПА … о-о, что-то перекусить захотелось», – и закинет Листика себе в пасть.
Не успел он так подумать, как мимо пронесся дракон, да так близко, что Листик ощутил исходящий от медного цвета чешуи огненный жар. Через секунду снова захлопали крылья, и он прижался к скале. Мимо пролетел второй дракон; Листик моргнул, потом ещё раз, а драконы тем временем скрылись за вершиной скалы.
Второй дракон был синий.
«Синий! Ты это видела? – обратился он к воображаемой сестре. – Может, это был морской? Морские на других нападают? Это из-за них все так переполошились?
А морского заколоть не проще, чем горного?»
Листик зажмурился от порыва ветра, когда мимо пролетел третий дракон.
«Продолжай, – шепнула Ласточка. – Осталось-то четыре тысячи раз передвинуть ножками-ручками».
Листик добрался до очередного выступа, но в этот момент последний дракон заложил неспешный вираж и понесся назад.
Смотрел он на Листика.
Летел прямо на него.
Так Листик снова оказался в когтях дракона.
Глава 21
– Да, я его помню. – Глыба вертел сапфир в руках. Камень был такой большой, что просто не верилось.
У неё за спиной на лавке сидели Фиалка и Нарцисса. Завернувшись в серые одеяла грубого плетения, они все еще дрожали после долгой прогулки под дождём до города. Азалия не хотела отдавать им сапфир, но Наперстянка с Сосной убедили её, что нужно сперва показать самоцвет Глыбе, убедиться, правда ли это часть драконьего сокровища, а уже потом решить, как быть дальше.
Наперстянка стояла у двери, скрестив на груди руки и нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
– Вереску этот камень никогда не нравился, – сказал Глыба и отдал сапфир Лиане. Ох и тяжелый он был! – Брат говорил, что от этого камня у него кошмары наяву: возьмёшь его и видишь драконов, спаливших нашу деревню, а они на тебя в ответ зыркают, будто и впрямь видят. Может, Вереск потому и оставил камень в тайнике, что, глядя в него, вспоминал о пожаре?
Было в сапфире нечто странное, но опасным он Лиане не казался. В камне ощущался какой-то тихий трепет, как будто он искал кого-то или что-то, невидимое и неслышимое для глаз и ушей. Лиана обхватила его руками и всмотрелась в грани.
– Где искать теперь, если Драконоборец перепрятал сокровище? – спросила Фиалка.
Глыба пожал плечами:
– Уж не знаю, простите.
– Ладно, – сказала Наперстянка, тогда как Фиалка с Нарциссой встали с лавки, – если что придумаешь, дай знать.
Фиалка сложила одеяла и уже хотела вернуть их Глыбе, когда в пещеру, бегло постучав, вошёл Драконоборец.
Фиалка так резко швырнула одеяла Лиане, что та едва успела их поймать. Она поспешила скрыть сапфир в шерстяных складках. Сердце колотилось, а в голове возникла мысль: «Хоть бы отец не увидел камень».
– Что такое? – довольно улыбаясь, поинтересовался Драконоборец. – У вас тут вечеринка дозорных? В пещере моего братца? А меня что же не позвали?
– Привет, пап, – поздоровалась Лиана, прижимая одеяла к груди. – Мы просто заглянули навестить дядю Глыбу.
Вереск посмотрел в невинное лицо Фиалки, в выпученные глаза Нарциссы, а потом – на невыразительное лицо Наперстянки.
– Да? А где вы все … промокли?
– Дождь идет, – ответила Фиалка.
– Буря застигла нас врасплох, пока мы следили за небом, – доложила Наперстянка. – Мы вернулись через ближайший лаз. Ближе всех к нему живет Глыба, вот Лиана и предложила зайти к дяде и обсохнуть у него.