Тудасюдакл – Минус пятьдесят лет (страница 7)

Каждый подобный человек был источником информации, особенно – отслужившие ранее в армии. Использовали факт их поступка и в пропагандистских целях, конечно.

Но были среди подобных людей, по разным причинам симпатизировавших противнику, и те, кто не удрал, а остался. Они стали желанной находкой для вербовки в качестве агентов, а также занимались по мере возможностей всякими пакостями и агитацией – по большей части автономно и ни с кем не связываясь, что затрудняло противодействие им.

Однако эти проблемы, эти противоречия оказывались довольно несущественными на другом участке борьбы. Пока противодействие Германии и Австрии шло на западном и на южном фронтах, в смысле – пока внимание перенесённых стран было приковано к этим участкам, всё выглядело более или менее прилично.

А на восточном фронте с апреля 1915 года началось «Великое отступление» – как и в реальной истории. Пришлось перенесённым государствам срочно перебрасывать основные силы с западного фронта, чтобы выполнить задачу «пожарной команды». И сразу обнаружилась причина провала. Острейшая нехватка винтовок, пулемётов, орудий, пуль и снарядов. Расползающиеся негодные шинели. Нехватка даже сапог.

Удары с воздуха, применение тактических ракет и использование РСЗО позволяли в какой-то степени сдерживать австрийские и немецкие прорывы. Но ясно стало – исход кампании решится на земле. Было принято решение перебрасывать существенные контингенты сухопутных войск, бронетехники и артиллерии – как раз для подобных ситуаций этот ресурс и берегли, в конце концов.

Естественно, о бедственном положении российской армии были в курсе – как и о том, что главной причиной такой слабости являлся в начале 20 века недостаточный уровень промышленности – даже по меркам своей эпохи. Но оказалось, что была и другая проблема.

Вскоре контрразведчики перенесённых государств обнаружили, что, помимо ужасающе низкого уровня секретности в целом («хлещет как из перевёрнутого ведра), мешает изобилие сотрудничающих с противниками. Австрийская и немецкая разведки чувствовали себя по-прежнему практически безмятежно, потому что многие подозреваемые в сотрудничестве с ними могли просто прикрыться чьим-то покровительством. Даже некоторым глубоко разоблачённым удалось выплыть и остаться на должностях или при коммерческих делах.

22 июля 1915 года немцы форсировали Вислу, и контрудар сформированной бронетанковой группы должен был их сдержать. Однако противодействие этому контрудару оказалось неожиданно сильным и эффективным. Такое впечатление, что Германия не только мастерски использовала все те противотанковые средства, которые успела подготовить, но и буквально знала, что произойдёт…

Так и оказалось. В начале августа разведки и контрразведки перенесённых стран сумели получить ряд документов (и прослушек, в том числе непосредственно в Берлине и Вене), свидетельствовавших о том, что агентом был ни кто иной, как военный министр Сухомлинов. И за ним стояла такая покровительственная группировка, в которую входил, в том числе, и сам Распутин, что даже после предъявления неопровержимых доказательств, министра всего лишь отстранили, но следствие буксовало на каждом шагу.

Пришлось пойти на крайние меры – опубликовать все эти документы немедленно и продемонстрировать (в середине августа) прослушки по радио и телевидению – которые были доступны уже не только в перенесённых государствах, но и для довольно широкого круга в нейтральных и союзнических странах. И – решить, что в дальнейшем все действия экспедиционного корпуса будут проводиться на своём участке полностью автономно, без уведомления местного командования вообще.

В Берлине и Вене коротко и сухо прокомментировали разразившийся скандал. Это был настолько значимый случай, что даже оба императора, однако, не преминули сделать официальные обращения (манифесты). Главные тезисы были очевидны:

– да, теперь не будем скрывать – и глупо, и потому что это наш колоссальный успех;

– вот видите, насколько гнилой и хлипкий ваш союзник;

– разоблачение разоблачением, успешная работа разведки успешной работой разведки, а между тем, ни это, ни явное превосходство в вооружениях, не помогли вам предотвратить потерю Варшавы;

– война по-прежнему идёт за пределами австрийской и немецкой собственно довоенной территории, так что «ещё посмотрим, чья возьмёт».

Внутрироссийская реакция оказалась, предсказуемо, гораздо более эмоциональной. В том числе и среди действующей армии, среди тех, кому приходилось напряжением и даже героическими усилиями вытягивать провалы. Обстановка существенно накалилась.

Непреднамеренным, но предсказуемым последствием такой грандиозной шумихи стал тот факт, что во всех странах, включая «центральные державы», вскоре психиатры столкнулись с довольно заметным числом «жалоб на прослушивание неведомо кем повсюду».

Глава 13. Разлом и попытки договориться

Поскольку оставаться на российской территории, снабжаться через неё и стать реально независимым, не согласующим свои действия с «соседями» – войсками слева и справа, как минимум, экспедиционный корпус не мог технически – в условиях современной войны подобное невозможно никак – было решено его перебазировать.

Замысел командования перенесённых стран был прост, как столовый нож. Перебазирование экспедиционного корпуса должно было произойти в Румынию. И дело не только в том, что туда ближе добираться из восточной части польских земель, чем в Норвегию или Италию (хотя и это тоже). Из Румынии же следовало и нанести удар. Сначала – в Венгрию. Потом, по мере развития успеха, «на плечах» отступающих – в Австрию. А оттуда уже – в Германию, с наименее прикрытого притом направления.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.