Цзюлу Фэйсян – Синий шепот. Книга 2 (страница 45)
– Я могу одолжить тебе свою силу…
– Какую силу? Откуда ты меня знаешь? Ты…
А-Цзи не оставляла попыток догнать незнакомку, как вдруг ощутила на лбу холодное прикосновение и вынырнула из заоблачного мира.
Девушка вздрогнула и очнулась. Сквозь прохудившуюся крышу хижины пробивалось рассветное солнце, застилая глаза завесой тумана. Вокруг царила тишина, над хижиной с щебетом пролетали птицы. А-Цзи подняла обмякшую руку, ощупала полоску холодной ткани у себя на лбу и огляделась… Что это за место?
Повернувшись, она увидела, что у кровати, подперев голову рукой, дремлет сребровласый тритон. Едва девушка попробовала сесть, он встрепенулся. Пелена дремы в его глазах быстро рассеялась. Он пристально вглядывался в лицо А-Цзи, словно стремился постичь некую тайную суть. Как будто… как будто надеялся, что облик А-Цзи отпечатается на радужке глаз, чтобы затем закрыть их и навсегда удержать дорогой сердцу образ в глубинах сознания.
Девушка озадаченно почесала затылок. Смущенная внимательным взглядом тритона, она отвела глаза в сторону и произнесла первое, что пришло в голову:
– А… где лава? Тебе удалось спасти город?
Она не заметила, как блеск в льдисто-синих глазах тритона потускнел и угас, едва она отвела взгляд. Чан И моргнул и тоскливо посмотрел в сторону.
В хижине оказались еще два человека: парень и девушка. Парня она видела впервые, а девушку, спутницу Кунмина, прежде встречала на юге: именно она помогла монаху поймать А-Цзи. Незнакомые парень и девушка с измученными лицами распластались на земле, словно кто-то задал им хорошую трепку. Когда А-Цзи заговорила, они даже не повернули головы. При виде этого странного места и неизвестной парочки А-Цзи почувствовала себя неуютно.
– Э-э… Где я? Почему оказалась здесь? Ты… что вы все здесь делаете?
– Мы на берегу Замерзшего моря, – спокойно ответил тритон, опустив глаза. – Твое сердце пострадало от дыхания жгучей лавы из жилы Громовой горы. Морской гриб линчжи обезвредил огненный яд.
А-Цзи растерянно моргнула:
– Спасибо тебе, почтенный владыка.
Чан И промолчал, сжав губы. Тихая беседа наконец разбудила парня и девушку, витавших где-то в собственном мире. Едва они заметили, что Цзи Юньхэ очнулась, их уныние как рукой сняло.
Ло Цзиньсан первой метнулась к кровати и крепко обняла А-Цзи.
– Юньхэ! Ты пришла в себя! Знаешь, что натворил тритон, пока ты была без сознания? Он заставил нас есть человечину!
Цюй Сяосин, хлопая покрасневшими глазами, смущенно кивнул:
– Да, мы ели человечину. На самом деле это был демон, но ведь говорящий демон – это почти человек… Какой ужас!.. Зато я увидел верховного стража… Наконец-то мы встретились, наконец-то!
А-Цзи посмотрела на взволнованного юношу, а затем на грустного тритона, который сидел с отсутствующим видом. Если память ей не изменяла, эта незнакомая бойкая девица обернулась невидимкой и напала исподтишка, после чего А-Цзи поймали и отвезли на север. Почему все так переменилось?
Прежде чем А-Цзи успела догадаться о причине, в ее сознании всплыла последняя сцена накануне ее забытья. Она спасла тритона, задействовав силу всех девяти хвостов…
Девять хвостов! Рука А-Цзи сама собой потянулась к пояснице. Хвосты исчезли. Тогда она дотронулась до своего лица… Все пропало! Она обрела истинный облик. Что теперь сделает тритон? Ей вспомнилось, как проникновенно и странно Чан И смотрел на нее, когда она только очнулась.
Девушка решительно высвободилась из объятий Ло Цзиньсан и призналась:
– Тут такое дело… Может, я та, за кого вы меня принимаете, но я не знаю никого из вас.
Ло Цзиньсан и Цюй Сяосин застыли от удивления. А-Цзи обернулась к тритону и вздохнула:
– Прости, я ничего не помню.
– Я знаю, – спокойно ответил Чан И. Его пальцы в широких рукавах черного одеяния сжались в кулаки, но голос и черты лица даже не дрогнули.
38. Нет
Новость о том, что Цзи Юньхэ потеряла память, застигла ее друзей врасплох. Поразмыслив, Ло Цзиньсан тряхнула головой. Действительно, когда они с Кунмином отправились на юг, чтобы исцелить детей от морозного яда, Цзи Юньхэ попалась им под личиной мужчины. Естественно, Ло Цзиньсан не узнала ее, однако та должна была узнать подругу. Этого не произошло.
– Ничего страшного. – Ло Цзиньсан воспряла духом и взяла А-Цзи за руку. – Если ты все забыла, невелика беда. Я все помню. А еще есть Цюй Сяосин: он провел с тобой много времени. Тритон тоже все помнит. Со временем мы все тебе расскажем.
Цюй Сяосин с готовностью закивал:
– Да, мы все тебе расскажем.
Помолчав, А-Цзи сказала:
– Значит, вы мои друзья.
Это был не вопрос, а вывод, к которому она пришла, понаблюдав за странной парочкой. Ло Цзиньсан и Цюй Сяосин немедленно согласились и принялись загибать пальцы, считая, сколько лет они знают друг друга. А-Цзи слушала их сбивчивый рассказ, но разрозненные подробности не складывались в общую картину. Тогда А-Цзи перевела взгляд на тритона, который молча стоял позади, свесив голову и погрузившись в собственные мысли.
– Мы с тобой… тоже друзья? – спросила девушка.
Ло Цзиньсан и Цюй Сяосин замолкли и устремили взгляд на тритона. Чан И поднял глаза. В хижине воцарилась мертвая тишина.
– Нет, – заявил Чан И.
Ло Цзиньсан и Цюй Сяосин не решались заговорить. А-Цзи, напротив, прикинула что-то в уме и улыбнулась:
– Я так и думала. Перед тем как потерять сознание, я кое-что вспомнила о тебе. Самое отчетливое воспоминание – как пронзила тебя мечом…
Чан И стиснул зубы, когда услышал, с какой легкостью А-Цзи упомянула о трагедии, которая разыгралась шесть лет назад на скалистом утесе. Его рана давно затянулась, а в этот миг снова напомнила о себе тупой болью в сердце.
Выходит, это в самом деле произошло. Там, на далеком южном утесе, при свете луны она пронзила его сердце мечом. А-Цзи вздохнула, сообразив, почему Линь Хаоцин запретил ей появляться на севере и показывать истинное лицо.
– Ты должен ненавидеть меня, так ведь? – уточнила А-Цзи у тритона.
– Нет, – повторил Чан И после короткого молчания.
Все трое вскинули головы и уставились на тритона. На их лицах читалось одинаковое изумление, хотя у каждого были на то свои причины.
«Ну наконец-то тритон признался!» – торжествовала Ло Цзиньсан. Тем временем потрясенный Цюй Сяосин никак не мог уразуметь, зачем тритон продержал верховного стража под замком до самой смерти, если не испытывал к ней ненависти. А-Цзи же ничего не понимала. Она ударила тритона мечом и нанесла ему тяжелую рану. Сквозь время и хаос перед ней проступали прекрасные синие глаза, полные неверия и отчаяния. Но теперь Чан И утверждает, что не питает к ней ненависти. Почему?
Не дожидаясь новых вопросов, Чан И развернулся и направился к двери. На пороге хижины он помедлил:
– Чтобы полностью обезвредить огненный яд, через пять дней понадобится еще один гриб линчжи. До тех пор тебе нельзя обращаться к магии. Если жар возобновится, его будет не унять.
Оставив троицу в полной растерянности, тритон вышел, приблизился к обрыву и бросился в Замерзшее море, где мог насладиться тишиной и безмолвием. Чан И медленно скользил сквозь толщу воды, погружаясь на дно, а в его голове снова и снова звучал вопрос Цзи Юньхэ и его короткий ответ.
«Ты должен ненавидеть меня, так ведь?»
«Нет».
Чан И закрыл глаза. Он не ожидал, что его ответ будет таким. Столкнувшись лицом к лицу с Цзи Юньхэ, которая воскресла из мертвых, но позабыла о прошлом, тритон услышал из ее уст простой вопрос и ответил не задумываясь.
В столице приятно пригревало солнце. Из дворца вышла принцесса Шуньдэ с красной вуалью на лице. За ней неотступно следовал Чжу Лин, то и дело кивая в знак согласия. Шуньдэ вздохнула и поджала алые губы, скрытые вуалью. На ее щеках по-прежнему виднелись следы ожогов.
– У пленных мастеров запас духовной силы совсем никудышный. – Холодные глаза принцессы наполнились ядом. – Жаль, что учеников Наставника государства трогать запрещено…
Не успела принцесса договорить, как небо прорезал пущенный издалека зеленый луч и налетел на магический купол, оберегавший столицу. Защитный купол был творением Наставника государства, который создал настоящий шедевр как раз для подобных случаев.
Гулкий удар переполошил столичных жителей. Принцесса Шуньдэ подняла голову и прищурилась.
– Неужели к нам пожаловала зеленокрылая птица Луань?
Чжу Лин свирепо нахмурился:
– Север атаковал столицу?
Принцесса Шуньдэ помахала рукой, отметая такую возможность:
– Я слышала, птица Луань покинула Северное плоскогорье и улетела на юг, в долину Покорителей Демонов. Там она какое-то время изучала печать Десяти Сторон. Вряд ли птица действует в союзе с армией севера.
– Значит, прилетела одна?
Пока принцесса и генерал беседовали, магический купол не выдержал и раскололся. Город наполнился воплями ужаса. Заглушив их звонким криком, птица Луань приняла человеческий облик и зеленым лучом упала прямо на особняк Наставника государства.
Принцесса переменилась в лице:
– Наставник…
Сделав шаг вперед, она внезапно остановилась.