Цзэн Пу – Цветы в море (страница 29)
– Почему вы плачете? – спросила она, но сердце ей вдруг кольнуло что-то вроде неясного воспоминания, и она чуть сама не разрыдалась.
Снова окинув Цайюнь взглядом, Цзинь Вэньцин тихо произнес:
– Ты не представляешь, Цайюнь, как мне тебя жаль!
Девушка ничего не могла понять.
– Зачем печалиться? – прошептала она, прильнув к Цзинь Вэньцину. – Когда прогулка кончится и все разойдутся, мы с вами увидимся. Я очень многое хочу у вас спросить!
Цзинь Вэньцин кивнул. Внезапно за дверьми раздался голос Куан Чаофэна:
– Скорее идите к нам, еще успеете наговориться!
Цзиню и Цайюнь пришлось выйти. Столы уже были накрыты. Се Цзефу, разливавший вино, просил гостей садиться. Те скромничали и уступали друг другу самые лучшие места. В конце концов по общему решению Бэй Юцзэна посадили на почетное место как приезжего, Пань Цзэнци сел на второе место, а Цзинь Вэньцин – на третье.
Мелькали браслеты и заколки, нежно щебетали женщины, чаши с вином поднимались и снова наполнялись. Тем временем лодка подплыла к Дамбе господина Бо [131] и остановилась под тенью ив, возле могилы Маленькой Су. Вечернее солнце, красное как румяна, медленно опустилось за Тигриный холм. Разом зажглись разноцветные шелковые фонари, и лодка стала походить на Город, не знающий ночи [132]. Гости играли в выбрасывание пальцев, отгадывали загадки. В самый разгар веселья Куан Чаофэн сказал:
– Мы сегодня встретились как будто специально для того, чтобы соединить двух лауреатов: в литературе и в красоте. В связи с этим я придумал новые правила застольной игры, которые позволят нам выпить побольше вина за их счастье!
Все стали просить скорее рассказать об этих правилах.
Куан Чаофэн указал на Цайюнь:
– В честь королевы красоты я называю их «Правилами Цайюнь»! Каждый играющий должен сочинить по стихотворению, в котором использовались бы названия арий, строки из «Пионовой беседки» [133] и «Книги песен». Если стихотворение получится без рифмы, автор его пьет три штрафных чарки. Придумавшего удачную рифму каждый поздравляет, выпивая одну чарку. Для завершения стиха нужно вспомнить фразу танского поэта, в которой встречались бы иероглифы «цай» и «юнь» [134]. Затем начинаем считать слова этой фразы в том порядке, в каком сидим. Те, на кого упадут слова «цветной» и «облако», пьют по чарке. Последний продолжает игру.
– Великолепно! – зашумели гости. – Только уж слишком трудно.
– Для чего вам понадобилось склонять мое имя? – попробовала возразить Цайюнь.
– Это уж наше дело, – сказал Куан Чаофэн. – Правила застольной игры так же строги, как военный приказ. А ты ведь знаешь: кто нарушил приказ, наказывается!
Цайюнь рассмеялась и, опустив голову, умолкла.
– Ну, я начну первый, – сказал Куан Чаофэн и продекламировал:
Стихотворение было встречено возгласами одобрения.
– И ко времени, и к месту! – вскричал Бэй Юцзэн. – Мы с радостью выпьем за тебя. Говори теперь концовку!
Куан Чаофэн произнес:
Начали считать. Пить пришлось Цзинь Вэньцину и Бэй Юцзэну.
– Прошу бессмертного Сяоши выпить за себя и свою подругу, – промолвил Куан Чаофэн, наливая вина Цзинь Вэньцину, – сил прибавится, а то еще, путешествуя в облаках, свалитесь со спины своего дракона!
Цзинь Вэньцин уже хотел поднять чарку, но Цайюнь схватила его за руку:
– Нечего пить за такие вещи!
Куан Чаофэн захохотал:
– Смотрите, как они быстро привыкли друг к другу!
– Ладно тебе! Дай продолжить игру! – остановил его Бэй Юцзэн и продекламировал:
– Красиво и в то же время предсказывает счастье! – заговорили гости. – Надо поздравить его.
– Пейте скорее! – воскликнул Бэй Юцзэн. – Осталась еще последняя фраза.
И он произнес:
Слово «цветных» упало на Цзинь Вэньцина, а «облаках» – на Куан Чаофэна.
– Еще поздравительного вина не выпили, а от меня нового стихотворения требуете, – заворчал Чаофэн. Все осушили свои бокалы. – Вот придумал игру на свою голову… На этот раз Цзянь Янь истощился [136].
– Раз не можете придумать, пейте штрафные! – воскликнула Цайюнь.
Куан Чаофэн пожал плечами.
– Ладно, есть. Вот послушайте, а то помедлишь немного, и уже заставляют штрафные пить! С вами опасно!
– Ну говори же, – засмеялся Цзинь Вэньцин.
Куан произнес:
Последнее двустишие было:
Выпить пришлось Бэй Юцзэну и Цзинь Вэньцину. Ему же полагалось продолжать игру.
– Стихотворение Куан Чаофэна предсказывает, что Вэньцину суждено отправиться в столицу и получить повышение, – молвил Се Цзефу. – Скорей налейте вина: надо его поздравить!