Цви Найсберг – Про то, как враг народов войну выигрывал (страница 9)
Мало-то в ней в те времена оставалось именно тех самых кадров, которые при любых обстоятельствах были бы всею суровой самодисциплиной явно приучены без малейших в том колебаний, сходу уж брать всю ответственность лично так на себя.
При этом полностью до конца безупречно понимая всю тяжесть, легшую на их плечи, а потому при случае и впрямь до чего твердо готовых буквально за все свои действия пред воинским трибуналом строго ответить.
Да вот уж и нет в штабах многих армий тогда процветало самое беспринципное чинопочитание, доходящее до самого откровенного лизоблюдства.
И главным было с наскока взять чего-то, а людей можно было при этом терять сколько угодно – это вообще не имело ровным счетом никакого значения.
Ну а вполне тому соответственно и успехи в планировании тех или иных операций зачастую зависели только от силы натиска, при этом, никак не считаясь ни с какими даже и самыми наиболее ужасными потерями.
Да и вообще считай, так истинно все во время той войны разом уж попросту полагалось незамедлительно делать на редкость массово и лавинообразно.
А главное, всею своею грубой пролетарскою мыслью, только лишь и возлагая надежды на один разве что тот сколь неудержимо яростный общечеловеческий фактор…
Причем любая здравая инициатива была нынче строго же наказуема, да даже и в случае более чем наглядно видимого успеха…
Хотя, как то до конца разом вот очевидно, именно в результате неистово смелой победы здравого смысла над той никак не в меру беспардонно ухватистой чисто штабной тупостью, шибко грамотного командира могли попросту разом отправить на верную погибель, а не расстрелять…
Да и вообще, после тех на редкость злокозненно въедливых и широкомасштабных чисток во всем том еще довоенном армейском корпусе попросту и близко более не было никакого прежнего числа командиров, которые все бы решали именно сами, безо всей той совершенно бесцеремонной и крайне ведь откровенно навязчивой подсказки сверху.
Красная армия почти перед самой войной была до чего только варварски омыта чудовищной кровью, до самого блеска считай, так начисто очищена от тех хоть сколько-то действительно профессионально знающих свое дело военных.
То есть, при той никак не кособоко проведенной в 1937 году хирургической операции по удалению у нее весьма увесистой части «костного и головного мозга» была ярой пятой НКВД считай, именно уж в пыль раздавлена не одна та бледная, словно смерть военная верхушка, бывшая в оппозиции к Сталину…
Нет в точности той же участи удостоились и довольно многие умные люди, кое-кому сколь еще нелепо попавшиеся тогда разом под чью-то горячую руку.
И вот на место тех вполне толковых и знающих свое дело кадровых военных были до чего спешно уж, сходу затем и посажены те самые тупые марионетки, которыми вождь мог шевелить, словно пальцами на своей руке.
И это разве что тот чисто сталинской скороспелой выпечки генерал и мог столь недвусмысленно мигом так догадаться, нагло раздеть своего адъютанта совсем догола, а все свои личные шмотки попросту выкинуть, а то и вообще их где-нибудь в великой спешке сходу зарыть.
Генералы бесславного образца 1937 года вообще были разве что на одну веселую свадьбу наспех-то сколь так явно уж недвусмысленно ряжены.
И, кстати, до чего уж строго учитывая весь их вовсе ведь немыслимо яростный по-пролетарски праведный дух, только лишь эдак им и было самою той еще злюкой судьбой, разом вот и велено же поступить.
До чего сразу более чем незамедлительно отпраздновав труса при одном том отчаянно ноющем в самой глубине чьей-либо неказисто серой душонки весьма так скверном предощущении, вполне так возможного грядущего плена.
29
Ну а маршалы, те и подавно были людьми столь неприметно безликими и отчаянно недалекими, исключая, быть может, разве что одного того бывшего полковника царской армии – Шапошникова.
И уж никак недаром в тот самый момент, когда все планы экспансии коммунизма в Европу попросту еще сходу с великим грохотом совсем безнадежно так рухнули в сущее небытие, товарищ Сталин именно его и сделал начальником генштаба.
Правда Шапошников, был им разве что лишь пока звезда удачи не стала уж вновь до еще чего искренне так явно ведь до чего ослепительно улыбаться вождю всем своим волчьим большевистским оскалом.
Причем все те вовсе иные новоиспеченные и отчаянно бравые пролетарские воеводы завсегда были на самой уж, как есть запредельной высоте от тех, до чего только немыслимо простых, хотя и никак совсем не оловянных солдат.
И само собою более чем сходу разом понятно, что то наиболее главное различие между низами и верхами тогда было вполне касаемо одного лишь никак неестественного статуса сколь на редкость беспочвенно вознесенных на самый верх откровенно бездарных командармов.
То есть, все дело тут было заключено никак не в том, более чем весьма так существенном различии в уровне менталитета и интеллекта по сравнению со всею той основной солдатской серой массой.
И вот какие на редкость обоюдоострые, словно клинок слова о Жукове говорит, без тени сомнения, великий писатель, все свои силы отдавший достойному и достоверному освещению всей той ныне уж до чего только давней военной поры, Василь Быков, «Долгая дорога домой»:
«Вечером один из больных, артиллерийский капитан, который воевал в составе 1-го Украинского фронта, рассказал, как командующий фронтом Жуков осенью 1943 года ликвидировал немецкий прорыв под Житомиром. Носился по боевым порядкам частей на своем неизменном «виллисе» в сопровождении бронетранспортера с головорезами-автоматчиками на броне и автомобиля, в котором сидели чины военного трибунала. Там, где замечал малейшую растерянность или подавленность, приказывал автоматчикам схватить первых же попавшихся под руку солдат или офицеров и расстрелять их на месте. Из карманов еще теплых трупов трибунальщики доставали документы и оформляли приговор. Что ж, маршал сам никого не убивал и приговоры трибунала не подписывал, а это делали другие – по всем правилам военной юриспруденции.
Великий был маршал!»…
Да, этого у Жукова точно ведь вовсе-то никак не отнимешь, и это как раз-таки именно под его сверхгениальнейшим руководством чрезвычайно много бед понаделало и сотворило то самое панически удирающее в тыл начальство.
Причем без самой высочайшей же его санкции, никто вот совершенно не смел любой мост, загодя еще успеть, хоть как-либо вовремя подорвать.
А потому немецкие танки перли и перли вперед сколь безотказно и весьма результативно, раз за разом так, и, захватывая новые и новые плацдармы.
Ну а заодно явно так и доводилось им это делать на редкость радостно и совсем почти так вовсе же беспрепятственно…
Армия тем более гниет с генерала, коли тот буквально до колик в брюхе боится гнева своего тылового маршала…
30
А потому коли тот маршал чисто советского образца, до чего уж преступно никак не протерев при этом глаза, полуосмысленно медлит с тем, весьма ведь сколь еще жизненно важным и нужным приказом.
Причем тот приказ следовало не только так сколь незамедлительно разом вот спешно отдать.
Нет, чисто формально сделать разве что только лишь это было бы до чего еще ничтожно так исключительно мало!
Поскольку тем наиболее главным было бы тут же на редкость отчаянно со всех ног разом бежать более чем ревностно его исполнять, дабы врагу и был, затем дан тот на редкость самый молниеносный отпор…
Ну а само как оно есть полнейшее отсутствие трезвого взгляда на вещи погубит морально армию задолго так, прежде чем это произойдет чисто физически.
И это именно тот и впрямь заносчиво невежественный, да и чудовищно безграмотный старшина всего того с одного разве что виду чисто же несметного сталинского войска…
Да именно тот самый генерал от большевистской орды Жуков, и поставил всю свою армию на колени пред тем (как оно разве что только впоследствии оказалось) никак не всесильным нацистским агрессором.
Ну а последний совсем безо всяческих проволочек наскоро перерезал провода, по которым и впрямь хоть как-либо еще могла бы только прийти в войска резолюция, сколь еще вот милостиво разрешающая им приступить к той самой более чем весьма незамедлительной обороне своих рубежей.
Поскольку без нее самое начало военных действий против массово вторгшегося в страну противника могло быть разве что исключительно уж вовсе нестройным и спонтанным.
Вместо смело сжатого кулака сами собой получились разве что сходу так вконец раздробленные отдельные пальцы.
А при этаком раскладе даже коли кто вообще и вступит до чего смело в бой, то тот ярый очаг могучего сопротивления враг мог совсем без труда обойти и продолжить свой путь в самую глубь страны дальше.
Да и вообще всеми силами, приводя войска в самое решительное действие к тому же ведь и следовало и близко так далее никак не опасаться хоть как-то во всем том дальнейшем на деле поддаться на все те немыслимо подлые вражеские провокации.
А между тем то исключительно спешное распоряжение просто и ясно дающее право войскам хоть как-то и впрямь преступить к должной защите своих рубежей, и было в тот самый момент чисто как воздух именно уж жизненно так попросту ведь явно тогда необходимо.
Ну а только поэтому и должны были все те главные военачальники страны никак не беззвучно и про себя, а вполне конкретно и громогласно (через все те имеющиеся громкоговорители) до чего заблаговременно довести до сведения всех своих подчиненных, что ныне и впрямь действительно началась война.