Цветана Алехина – Сборник мистики. Включая биографию автора + эссе о книгах (страница 19)

Три дня и три ночи я ходил как тень. Мне было не по себе. Мне не хотелось принимать предложение мой подруги хищницы, но и не явиться я не мог. Теперь, когда я знал, кто я и зачем мы встретились, мне совсем не хотелось продолжать отношения с этой подругой. Но, все же впереди нас ждал серьезный разговор.

15 января. Вечер. Наша поляна сияла серебром. В ее присутствии я не чувствовал холода. Я знал, что это волшебство, но оно мне нравилось. Мне нравилось в ней все, за исключением ее хитроумности. Она либо молчала, либо говорила прямым текстом, от которого у меня ноги подкашивались. – Явился.

– Как видишь. С тем же ехидством ответил я.

– Что ты мне скажешь?

– Мой ответ нет. Я к этому не готов.

– Что? Я восемьсот лет ждала твоего перевоплощения. Чтобы ты родился именно на этой земле, и вырос именно в этом лесу. Ты погиб в этом лесу у реки. И вырос в этом лесу. Ты знаешь здесь каждый гриб. Ты Тамбовский волк.

– Я знаю об этом. Но меня все устраивает как есть.

– Ты же хотел этого. Быть как мы.

– Тут ты ошибаешься. Мне просто было любопытно.

– Не забывай, что я вижу больше чем надо.

– Не надо меня пугать.

– А то, что?

– Не забывай, что у меня на шее кулон вашего врага. Я и сам могу тебя убить, и даже знаю, как. Волчица завыла. Я пошел к машине. Отказ состоялся, и я чувствовал себя победителем. Во всяком случае, пока у меня есть этот клык. Я мог спокойно попасть в прошлое, выйти из него, превратиться в волка, вступить с ней в бой, хотя она была сильна, но я чувствовал себя сильнее. Проанализировав ситуацию, я понял, что у нас с ней права на равных.

Переступив порог своей квартиры, я почувствовал облегчение. Меня больше ничего не тяготило. Я считал, что с волчицей покончено, и мне нечего бояться. Зеркало стояло на своем месте, и, если честно я не собирался больше его вешать на дверь шкафа, боясь, что оно упадет. Можно так сказать я выдохнул. У меня больше не было вопросов, и я считал, что вышел из игры победителем. На радостях я позвонил своему другу. Миша приехал на первый зов. Вот, что значит настоящая дружба.

– Привет, дружище. Я на радостях обнял его, и мы оба поняли, что нашу дружбу ничем не сломать. – Наконец-то ты вошел в норму.

– Как понять?

– Ты стал таким же каким и был.

– А я и не заметил.

– Ничего, мы это исправим. И мы прошли в комнату неся пакеты с пивом. Поздний вечер прошел как в старые добрые времена. Миша ничем не обмолвился о моей прошлой перемене. Единственное, о чем он спросил, – «собираюсь ли я возвращаться к работе?»

– Да, это ты мне подал верную идею. Нужно позвонить на старое место.

Ночь пролетела не заметно. Мише не хотелось уходить. – Ну, ты это звони на старое место.

– Подожди, еще начальство не пришло. Мой друг так за меня переживал, что мне даже стало не удобно за мое пренебрежительное отношение к нашей дружбе. Конечно, в то время я был не в себе, но наша дружба уцелела и это главное. И лишь доведя начатое до конца, Миша покинул стены моей квартиры. Меня восстановили в прежней должности. В какой-то мере я вернулся к своему прежнему образу жизни. Дом, работа, Миша, родители. Походы в лес прекратились. Это было связано не с ней, а с холодом. В какой-то степени лес утратил свой интерес. Я сам не заметил, как меня это перестало интересовать. Лишь изредка я доставал свой клык и держал его в руке. – Интересно, где она сейчас? Моя волчица?

1 марта. Утро. Ранняя весна. Я и мой отец пошли в лес. Мокрый талый снег доставлял неудобства. Возле отеля турист было много народу. На мое счастье мы встретили друга отца. Он первым к нам подошел. – Доброго здравия.

– И вам не хворать.

– Вижу вы вдвоем.

– Да. Как в старые добрые времена.

– Ну что ж. Сейчас вполне можно гулять без опаски. Волчиха пропала. Еще зимой. Наверное, умерла от голода. У меня дрогнуло сердце. Она и в самом деле пропала. Я сохранял спокойствие, и уже ждал вечера чтобы попасть к ней, в ее мир.

– Это отличная новость. Теперь я вполне спокоен за своего сына. А то он тут сума сходил от этой волчихи. Нагнала ужас на пацана. Старожилы смеялись, но мне было не до смеха. Меня съедала изнутри то ли совесть, то ли чувство вины, то ли привязка к этой хищнице. Я сам не знал, что именно, но чувствовал я себя отвратительно. – Ну, что пошли.

– Пошли. Сухо сказал я. Мы ушли с отцом далеко, в глубь леса. В детстве частенько любили сюда захаживать.

– Эта волчиха так тебя изменила.

– Что ты хочешь сказать?

– С ее появлением между нами выросла стена. Ты сильно изменился.

– Миша так не считает.

– Да при чем тут Миша. Ты думаешь я не вижу каким ты стал. Это началось с осени. С ее появления. Расскажи мне в чем дело. Мне так хотелось открыться. Все рассказать, но я не мог. Я не знал, поверит ли он мне. Я не хотел раскрывать эту тайну, считая ее только своей, нечто сокровенным.

– Отец. Это внутренний перелом. Возрастной. У каждого человека в определенном возрасте такое наступает.

– Нет. Это не то. Я не знаю, что. Но за всем стоит волчица.

– А с чего ты взял, что это вообще она. Я всего лишь слышал вой.

– Интуиция. И ты не просто слышал вой. Ты встречался с ней в живую. Я вижу это по твоим глазам.

– Отец… мой отец сделал жест рукой как совсем недавно это сделала волчица лапой. Я так поразился этому сходству.

– Помолчи. Я по старше тебя на тридцать лет. Ты думаешь я ничего не вижу.

– Я не это хочу сказать.

– Либо ты мне все расскажешь, либо я узнаю правду другим путем. Его слова прозвучали как раскат грома. Мне негде было укрыться от этого дождя, который лился на меня как ливень. Но, чтобы ни случилось, чтобы не произошло, я твердо занял свою позицию – я не предам ее. Никогда и никому.

– Хорошо. Узнавай. Сухо произнес я и направился к машине.

– Вот как. Ты бросаешь мне вызов. Мне своему отцу. Это я привил тебе любовь к лесу.

– Я не просил тебя об этом. Ты считал, что мне не место на детских площадках.

– Ты сожалеешь об этом?

– Нет.

– Тогда, что? Что легло между нами? Я не знал, как мне поступить.

– Ты прав. Это она. Я видел ее. Она красива и грациозна. Ее хотели убить, и я помешал этому. Это повлияло на мою психику, и я сломался. Отец молча слушал меня, и выслушав до конца сказал,

– «а ты молодец. Заступился за жизнь хищника. Тем более благородного хищника. Я тебя уважаю.» Стена рухнула. Между нами снова образовалась связь. С моей души свалился камень.

Мы ехали домой, я витал в двенадцатом веке рядом с ней, а мой отец продолжал мной восхищаться. – Не зря я воспитал тебя в лесу. Ты сам настоящий волк. Сильный и отважный. Так вот почему ты интересовался волками. Это волчица в тебе разбудила эти позывы. Я молча соглашался с каждым его словом, ничего не отвечая на его восхищения. К моему сожалению он привез меня в Стрельцы. Я не возражал чтобы заново не выстраивать стену, которая рухнула час назад.

Ночь, проведенная у родителей, подавила мое состояние. Связала по рукам и ногам. Мне хотелось встать и уйти. Убывающая луна тускло светила в окно. Я сжимал в ладони клык, стараясь не завыть и не перепугать родителей.

2 марта. Утро. Я собирался ехать к себе. – Куда ты? Проведи выходные с нами.

– У меня накопились дела.

– Какие? Эти вопросы начали меня раздражать. Родители вторглись в мое личное пространство. Я не знал, как их вытеснить из этих рамок.

– Личные. Мелкие.

– Я надеюсь – это не дама с собакой. Которая засрала твою квартиру. Процедила мать сквозь зубы. К моему счастью отец встал на мою защиту.

– Не начинай. Пусть едет, если надо. Это нянченье мне мне порядком надоело, я чувствовал, как превращался в домашнего любимца.

– С этим надо что-то делать. Подумал я. – Мне нужно сходить в магазин с Мишей. Я ему обещал.

– Я тебя отвезу. Мы сели с отцом в машину. Мне было приятно, что отец превращался в моего друга, хотя по дороге в Тамбов я все время думал о истраченной понапрасну ночи. Эту ночь я должен был провести с ней, а не здесь, за поеданием блинчиков. Отец не задавал мне лишних вопросов, и высадив у подъезда уехал обратно в Стрельцы.

Завтра был мой третий выходной, последний день перед выходом на работу. Я боялся не успеть там в прошлом найти ее, узнать причину ее исчезновения. И вообще, жива ли она? Я скоротал день за ненужными занятиями, чтобы скорее дождаться темноты.

2 марта. Поздний вечер. К моему сожалению день прибавился, и темнеть стало гораздо позднее. С наступлением темноты я одел клык врага и шагнул в свое зеркало. У меня это легко получилось. Я очутился в прошлом.

Страшная картина поразила мой мозг, подавила мое состояние. Я оказался в мертвом королевстве. В этой стране или измерении, или прошлом мире отсутствовала жизнь. Все было серого цвета, земля, растения, камни, выгоревшие до тла дома. Казалось, что все это все это состоит из пепла, и если дунуть хоть на что-то, то это рухнет, разлетится на ветру, которого здесь тоже не было. Я с осторожностью наступал на землю, боясь, что этот пепел провалиться под моим весом. К моему удивлению земля оказалась твердой, а серые зимние листья были похожи на деревянные стружки. Совсем недавно, а точнее полгода назад здесь кипела жизнь. Жили люди, жгли костры, готовилась еда, бегали дети. И мне помниться, что я даже получил коромыслом по хребту. Как ни странно, мне это понравилось. – Волок! Волок! Я вспомнил разъяренную женщину, бегущую за мной. Слегка улыбнувшись, я посмотрел в сторону, то самое место, где я прятался от татар.