Цветана Алехина – Сборник мистики. Включая биографию автора + эссе о книгах (страница 18)

30 декабря. Утро. Бессонная ночь ни капли не отразилась на моем состоянии. Я был бодр. Родители пришли ровно к девяти часам. Я неудобно себя чувствовал, благодаря этой гиперопеке, словно воспитанник детского сада, который нашкодничал. Ровно через час я был дома, и к моему сожалению я был не рад этому событию. Единственное, что помогало мне сдерживать себя в руках это прокол. Я боялся проколоться.

Новогодние праздники тянулись скучно и медленно. Это были первые праздники, которые я отмечал вот так, не в компании друзей или девушки. Это было связано с моим увольнением с работы и отсутствием девушки. Конечно для меня эти дни прошли как обычные, я лежал на диване, ел мамину еду, смотрел телевизор. Мои родители ни словом не обмолвились о моей выходке, они делали вид, что ничего не произошло, пытались говорить на нейтральные темы. Мой друг Миша звонил мне несколько раз, но на свое удивление я отказался от встречи с ним.

После окончания праздников меня привезли в больницу, но лечить мне было нечего, я был здоров. После осмотра я получил известие о том, что меня завтра выпишут. День выписки, день моего освобождения.

В моей квартире на удивление матери было чисто. Она не могла в это поверить. – Как странно.

– Не вижу ничего странного.

– Последнее время здесь была ужасная грязь.

– Мама, ты знаешь, я одиночка. Собакам не место в квартире.

– Ты прав.

В глубине души, я и сам радовался своему порядку. Я понял, что во время моего отсутствия ее здесь не было, и меня это радовало. Мама суетилась не долго, оставив продукты и немного раздав ценных напутствий они с отцом покинули квартиру. Я с нетерпением ждал этого часа.

10 января. Вечер. Я одел свои походные вещи и направился в лес на своей машине. На улице было чертовски холодно, но меня это не останавливало. Мне было просто необходимо увидеть ее. В глубине души я предполагал, что это наше последнее свидание. Она должна мне сказать кто я. Зря я так думал.

Январский мороз и глубь леса. К своему сожалению я был один. Не было не охотников, ни туристов. И даже волчий вой не нарушал тишины. Я был огорчен. Я привык, что моя волчица всегда встречала меня своей красивой походкой в своей красивой шубке. – Где ты? Я мысленно звал ее. Но она не появлялась. Неужели мне придется нырять в это озеро. Еще одного такого купания я не перенесу. Тогда меня точно посадят под домашний арест. Я не знал, как привлечь ее внимание и одел волчий клык себе на шею. – Не зря же ты ко мне вернулся. Как только я его одел, мое тело покрылось черной шерстью. Встав в позу воющего волка, я начал протяжно выть. Мне это нравилось, у меня это получалось. Я выл так, что мне самому было жутко. Но, конечно моей целью была она, я надеялся, что она меня услышит. Я водил глазами в лесной темноте, в надежде увидеть два горящих зеленых глаза. Но ничего подходящего я не увидел. Вой прекратился, я свесил свой нос, и занял позу спящей собаки. На мое удивление я услышал противоположный вой, и раздавался он рядом со мной. Я всмотрелся в темноту. Напротив, меня сидела белая волчица, она сливалась со снегом, глаз не было видно, так как она задрала свой нос вверх. Я вилял хвостом словно пес. – Ты пришла! Протявкал я.

– Да. С гордой осанкой произнесла волчица. Она опустила свою морду вниз, и я увидел две горящие зеленые искры. Ее глаза светились словно бенгальские огни.

– Я ждал тебя. Очень долго. Почему ты не приходила?

– Я не могла. С грустью в глазах проговорила она.

– Ты должна мне все рассказать.

– Я знаю. Я именно за этим сюда и пришла.

– Скажи мне, кто я? И что все это значит?

Сегодня наша ночь. Слушай меня внимательно. Сегодня нас никто не побеспокоит. Я напряг свои треугольные уши. – Этой осенью ты поднял волчий клык. Это было не спроста, я специально его уронила. Я хотел возразить, но моя волчица запретила мне это сделать, подняв вверх переднюю лапу. – Этот клык принадлежит нашему благородному роду. Тебе выпала такая честь познакомиться с ним. Более того, тебе выпала честь побывать в прошлом на целых восемьсот лет назад. Это дано не каждому. Я молчал, внимая каждому ее слову. – Ты видел группу людей, ушедших в лес отдельно от остальных.

– Да, видел.

– Не перебивай меня. Это наш род. Наша семья. Мы держались вместе, и хотели быть вместе до конца. И можно так сказать нам это удалось. Пусть мы погибли, но вместе.

– Но какое отношение я имею к этой погибели?

– Самое прямое. А теперь не перебивай меня. Ты видел, как мой отец одевал мне на шею этот клык. И она указала лапой на свою подвеску на белой шерстке.

– Да, видел.

– Ты видел, как я сражалась с черным волком?

– Да, видел.

– У тебя на шее висит его клык. В принципе он по праву принадлежит тебе.

– Но, ка…. Волчица не дала мне договорить, показав стоп.

– Я забрала себе его силу, и стала еще сильнее чем была. Этот волк был черный колдун. Он всегда пытался истребить наш род, потому что мы были сильны. Я потомственная ведьма, я обладала и обладаю до сих пор древними познаниями. Я помогала людям, вела борьбу с этим черным оборотнем. Он причинил много зла людям, нашей семье приходилось постоянно защищаться от него, потому что он нас боялся, и хотел истребить. И вот наступил час сражения, и я убила его. Моя волчица замолчала.

– И что дальше?

– Дальше самое интересное. Ты хранитель нашего рода.

– Что это значит? Что ты несешь?

– У каждого рода есть структура, и все представители этого рода четко разделены по этой структуре. Каждый человек входит в строго отведенную для него зону. Но есть особенная зона, которая предназначена для хранителя рода.

– Что ты хочешь сказать?

– Я хочу сказать, что ты похоронил моего отца.

– Да. Я похоронил. Я не мог поступить по-другому. Это правильно.

– Я не виню тебя. Напротив. Ты перевоплотился.

– Как понять?

– В Род такой человек приходит непросто так. Перед воплощением только душа очень высокого порядка может добровольно взять на себя такую сложную миссию, пройдя через суровые жизненные испытания прийти к тому, чтобы обращать свои мысли и молитвы «наверх».

– Я не понял.

– Сейчас объясню. Ты бездетный.

– Это так. Но зачем так.

– У тебя отсутствует личная жизнь.

– И что из этого. Конечно я обиделся на эту хищницу. Но промолчал. – Это не аргумент.

– В основном хранители рода – это одинокие женщины или мужчины, как правило с не устроенной личной жизнью. В основном без детей. Пройдя через сильные эмоциональные переживания в течение жизни, такие люди после 35—40 лет начинают обращаться к Высшим силам с вопросами «почему?» и «за что?» И в конечном итоге начинают отмаливать свои грехи и проявлять заботу, в том числе и молитвенную за племянников и других родственников, тем самым продлевая родовую ветвь через них. Вам трудно выстраивать отношения, и в итоге вы становитесь одиночками.

– Все это так, но… волчица укусила меня в самое сердце.

– Но это ты. Мой отец воплотился в тебе. Ты думаешь я тут зря бегаю все это время. Я давно уже умерла. Я ждала тебя, чтобы передать тебе эти познания.

– Какие?

– Наши родовые.

– Зачем они мне.

– Вспомни. Ты сам говорил, что у нас одинаковые глаза. Мы с тобой одного племени. Ты не случайно поднял этот клык. Я его подкинула в тот день под твои ноги, зная, что ты придешь. Я хотела проверить проявишь ли ты интерес к прошлому, справишься ли ты с трудностями, и ты справился. Ты молодец. Время пришло. Я не знал, что ответить. Я не был к этому готов. Я не хотел этого. Для меня все это было игрой, интригой, манящей тайной, а теперь, когда на меня хотели свесить участь главы семьи мне захотелось убежать домой. – Я не давлю на тебя. У тебя есть время подумать. Волчица растаяла, словно песок сквозь пальцы. Как она это делала я не знал, но я знал, что она существует, и уже не оставит меня в покое.

ГЛАВА 8

Первые лучи солнца коснулись земли. Я плелся к своей машине. Утренний мороз жег мое лицо. Мне было плевать на ощущения. Меня трясло от услышанного. Я не знал, что мне делать. Моя квартира встречала меня своим теплом. Я был так рад оказаться в своем родном гнезде. Хотя леденящий холод душу казалось ничто, и никто не сможет согреть. Совсем недавно я не мог без нее жить, а теперь я ее боялся, как огня. Мне совсем не хотелось свешивать на себя какие-то обязательства. Я не был к этому готов. Меня вполне устраивала моя жизненная позиция. Она сказала, что у меня есть время и меня это радовало. У меня было время обдумать все до мелочей. Приняв душ, и съев мамины припасы я рухнул на свой не заправленный диван. Переваривая услышанную в ночи кашу, я не мог поверить в услышанное. Неужели это правда. Я уснул полулежа.

11 января. Вечер. Я проснулся. Но легче мне не стало. Ночная беседа преследовала меня. Не давала покоя. – А, что будет если я откажусь. Что тогда? Об этом мы не поговорили. Я гнал от себя эти мысли, но клык врага продолжал висеть на моей шее, и как ни крути я мог совершать превращение. Мне нравился этот азарт, тайна, которую знал только я. Но, когда пришло время платить я оказался не готовым. – Получиться ли у меня от нее отделаться? Отмаливать род. Что это значит. Я перебирал в голове всю свою родню. Оказалось, у меня на самом деле есть большое количество племянников, о которых я даже и не вспоминал. – Черт, а она снова права, эта старая волчиха. – Но, что же все-таки будет если я откажусь от этой участи?