Трой Деннинг – Тихая буря (страница 20)
– Похоже, бьют из «Вулканов», – согласился Джонсон. Он имел в виду легкое противовоздушное орудие M41 – громоздкую пушку, которая монтируется на станине или турели для ведения точного огня. – Нас ждали.
– Допустим, они были готовы, – сказал Джон. – Но чтобы ждали? Это означало бы, что им известно…
– У меня сомнений нет.
«Призрачная песнь» резко ускорилась, уходя вверх от огня «Вулканов», отчего желудок Джона словно провалился куда-то. Спартанец, с усилием сделав несколько шагов, подошел к десантному люку, где через порог свешивался раненый десантник, чуть не выпавший из отсека. Лейтенант Хэмм с еще одним уводовцем удерживали потерявшего сознание бойца за руки, борясь с тягой разведчика, но силы были неравны.
Поместив сапог в направляющую канавку, чтобы люк не закрылся, Джон втащил человека внутрь и передал его Хэмм. Кровь у солдата сочилась из пробоин в броне в области груди, живота и бедра. Бросая раненого лейтенанту на колени, Джон надеялся, что у него будет минута для выяснения обстановки. Хэмм без промедления ударила по кнопке быстрого отсоединения реактивного ранца и занялась спасением пострадавшего.
Джон повернулся к люку. В двухстах метрах ниже град пуль откалывал кусочки льда от мерзлой поверхности луны. Ускорение свободного падения на Сеобе едва дотягивало до одной восьмой
Найти источники вражеского огня непросто, но спустя несколько секунд Джон все же обнаружил цепочку бункеров в крутых склонах, окружающих порт. Огневые позиции были тщательно укрыты слоями льда – замаскированы так идеально, что их местонахождение выдавали лишь дульные вспышки из амбразур.
Джону почти полегчало.
– Они были готовы, но не ждали, – произнес он, обращаясь к Джонсону по каналу. – На сооружение и маскировку этих бункеров потребовались часы.
Джонсон встал рядом с ним у десантного люка.
– И что?
– Мы вышли из пространства скольжения менее тридцати минут назад, – развил мысль Джон. – Соорудить все это только для нас не хватило бы времени. Это общая боеготовность.
– Это одна из возможных версий.
– Думаете, их известили перед нашим прибытием?
– Думаю, было бы глупо сбрасывать это со счета.
Джон призадумался на секунду-другую, а затем произнес:
– Не может быть. Новость могла прийти так рано только с командного уровня. Больше никто не знал о цели.
– Значит, ты никогда не пересекался с медяшками, допускающими утечку данных? – спросил Джонсон. – Или ставящими верность другим превыше долга?
Вообще-то, Джон еще не видел офицера, совершившего любую из этих ошибок, но принял точку зрения сержанта. Полковник Кроутер славно потешил собственное эго перед заданием, так что было нетрудно представить, как он или любой другой старший офицер делает что-то, подвергающее опасности секретность миссии.
Джон раздраженно вздохнул:
– Вы всегда такой пессимист, сержант?
– Да. Я ведь пехота.
– Ладно, – сказал Джон. – Вполне справедливо.
«Призрачная песнь» находилась уже в километре над полем боя, и Джон увидел заиндевевшую трубу электромагнитной катапульты столетней давности, вздымающуюся из доков и ползущую по склону ледяной горы высотой в две тысячи метров. Она заканчивалась прямо под вершиной, указывая на широкую розоватую пелену, покрывающую Бико. На брифинге Джон услышал, что некогда из электромагнитной катапульты в сторону планеты запускали заключенный в капсулы лед весом до тысячи тонн. При входе в экзосферу эти грузы перехватывались закупщиком и переправлялись к точке сбора в стратосфере, где крепились к дирижаблям и плавно доставлялись к конечному пункту назначения.
Но, как и карьер, катапульта была выведена из эксплуатации в 2424 году, когда на Бико сформировался достаточно влажный климат для выпадения собственных дождей.
На вершине ледяного пика, прямо над дулом электромагнитной катапульты, располагался центр связи, упомянутый Ньето. Окруженный ударными кратерами центр был практически невредим, лишь передающая антенна лежала на боку, все еще наполовину прикрепленная к своему основанию.
Если у мятежников имеется сколько-нибудь приличный монтер, следящий за исправностью средств связи, ему потребуется не больше получаса, чтобы установить новую антенну.
На противоположной стороне десантного люка лейтенант Хэмм наклеила поверх последней дыры в броне пластырь и передала десантника паре подчиненных. Встав, она посмотрела на Джона и указала большим пальцем на раненого.
– Полегче, Спартанец, – сказала она по каналу первого взвода. – Чтобы больше такого не было.
– Разумеется, мэм, – ответил Джон. – Нужно было передать его медику.
– Чертовски верно, – сказала Хэмм. – И тебя тут быть не должно. Ты покинул свое место.
– Да, мэм. – Будучи солдатом огневой поддержки взвода, Джон нес на себе много тяжелого оружия. Самое большое – переносную ракетную установку SPNKR – он снял с магнитного держателя на спине «Мьёльнира». – Виноват, мэм.
От Хэмм не укрылось, как Джон перебросил SPNKR через плечо.
– Сто Семнадцатый, какого черты ты делаешь?
– Иду добровольцем, мэм. – Джон зарядил первый ствол установки. – Надо убрать эти бункеры.
Эйвери Джонсон положил ему на предплечье руку, но Спартанец стряхнул ее и подключил прицел установки к головному дисплею. Разговор с Ньето был еще свеж в памяти, и Джон не собирался допустить, чтобы из-за ревности Кроутера сорвался штурм – пока еще есть надежда что-то исправить.
Штаб-сержант снова схватил Спартанца за руку:
– Джон, нельзя стрелять из этой штуки здесь. Ты зажаришь половину взвода.
Тот посмотрел на Джонсона:
– Я знаю параметры безопасности стодвухмиллиметровой ракетной установки СПТ/ШО «Бур», сержант. – Он положил упор для стрельбы на плечо и взял в перекрестие на головном дисплее ближайший бункер. Разведчик все еще поднимался, так что дистанция увеличилась до полутора километров. – Кроме того, мы вне зоны поражения.
Голос Хэмм зазвучал резко:
– Сто Семнадцатый…
Но Джон уже прыгнул. В условиях слабой гравитации Сеобы у него ушла бы почти минута, чтобы снизиться на тысячу сто метров, до зоны эффективного поражения. Поэтому он ускорил падение, включив двигатели прыжкового ранца. Так на спуск уйдет всего десять секунд, но если Спартанец будет двигаться по прямой слишком долго, то даст вражеским стрелкам отследить себя, а те сделают из него решето. Твердо удерживая бункер в перекрестии, он начал случайным образом маневрировать в полете.
На канале отряда раздался голос Эйвери Джонсона:
– Синий отряд, спуск! Идем во всеоружии!
Джон продолжал падать и уже мог разглядеть стволы «Вулканов», посверкивающие в амбразурах. Пули имели начинку из трассирующего состава, приспособленного к вакууму, поэтому Спартанцу было видно, как значительно его маневры опережают огонь мятежников – хотя по мере сокращения дистанции разрыв все уменьшался. Преодолев километр, Джон сменил направление движения.
Он резко замедлился, но в силу набранной скорости продолжал быстро снижаться. К моменту выстрела из ракетной установки дистанция сократилась до трехсот пятидесяти метров.
Ракета полетела с ослепительной вспышкой, уменьшаясь до серебристой точки, и Джон, кувыркнувшись, вошел в уклоняющийся штопор. Он услышал щелчок – пуля по касательной задела броню на бедре. Стрелок продолжал вести обстрел, как вдруг его бункер взорвался брызгами пара и льда.
Вторую линию трассирующих пуль Джон отследил до другого бункера, где тоже увидел вспышки «Вулкана». Обозначив огневую точку в качестве цели, он разрядил второй ствол SPNKR.
Ракета умчалась, а затем главной проблемой стала быстро приближающаяся молочно-белая поверхность Сеобы. Джон сгруппировался, но после удачного приземления в зоне высадки роты Альфа на скользкой земле не получилось удержать равновесие. Очутившись на ледяном уступе между карьером и пусковыми доками, он скользил на спине по склону и наблюдал, как позади него снаряды «Вулканов» выбивают из белой земли гейзеры высотой с руку.
Отбросив пустую ракетницу, Спартанец перекатился и вскочил, что в условиях слабой гравитации подбросило его на три метра вверх. Сдернув с держателя MA5B, Джон вложил в подствольник осколочно-фугасную гранату и нацелился на плюющийся огнем бункер. Не успел он выстрелить, как вся передняя стена превратилась в сноп из тел и ледяных блоков.
По каналу заговорила Келли-087:
– Спасибо за приглашение, сержант Джонсон. Синий-лидер любит поразвлечься.
– Не в этот раз, – отозвался Джон. Он довольно мягко коснулся земли, повернулся и увидел, как по склонам ниже из еще четырех развороченных бункеров расползается лед и то, что осталось от мятежников. – Собираемся в доках. Переключаем каналы обратно на Альфу.
Серия зеленых огоньков подтвердила приказ, и Джон помчался по льду к пусковым докам, пользуясь двигателями ранца, а иногда и собственными ногами, чтобы уклоняться от вражеского огня. Низкая гравитация и плохое сцепление усложняли резкие смены направления, и пару раз он падал на колени или пролетал метров десять по одной траектории. Падение само по себе не было проблемой, но в полостях и за ледяными блоками на окружающих склонах укрывались сотни повстанцев, показавшие себя достойными стрелками: стоило Спартанцу двигаться по прямой хотя бы секунду или две, как он слышал звон отскакивающих от «Мьёльнира» мелкокалиберных пуль.