Трейси Деонн – Наследники легенд (страница 12)
– Я знал, что это выбесит папу.
Что-то сжимается в моем сердце, сильно и остро.
– М?
– Мой папа – здешний выпускник. Теперь профессор психологии.
– И он хочет, чтобы ты занимался чем-то, кроме крикета?
– Ага. – Ник запрокидывает голову и рассматривает ветви деревьев, нависающие над дорожкой. – Чтобы пошел по его стопам.
– Но ты не собираешься заниматься этим чем-то?
– Не-а.
– Почему же?
Он опускает взгляд и смотрит мне в глаза.
– Я не стану делать что-то просто потому, что мой отец этого хочет.
Внезапно, совершенно иррационально, боль в сердце превращается в нечто более агрессивное.
– Он просто хочет поддерживать связь.
Ник фыркает.
– Уверен, что так и есть, но мне все равно.
Я останавливаюсь на дорожке и поворачиваюсь к нему.
– Тебе
Ник тоже останавливается. И теперь отвечает мне так же, как раньше я ему.
– М?
– Да, – настаиваю я.
Мы смотрим друг другу в глаза, карие и синие, и между нами происходит что-то неожиданное. Веяние дружбы, капелька юмора.
– А ты настойчивая, – отмечает он и улыбается.
Я не знаю, что на это ответить, поэтому просто иду дальше.
«Старый Восток» появляется перед нами – желто-бежевое кирпичное здание с непримечательными одинаковыми окнами по бокам. По его виду не скажешь, что ему уже почти двести тридцать лет – самое старое здание государственного университета в стране.
Не знаю, почему меня напрягает, что Ник не хочет поддерживать отношения с отцом. Мы только встретились, едва знаем друг друга, и он не обязан в подробностях рассказывать мне о своей жизни. Это не должно меня волновать.
Но волнует.
Презрение и зависть переплетаются и пронзают мне желудок, как зазубренные когти. Я хочу направить их на этого Ника, чтобы он понял, что я думаю о том, как он впустую тратит такую роскошь: один из его родителей жив, и он может восстановить связь с ним. Я поворачиваюсь к нему, слова вертятся у меня на языке, но тут замечаю вспышку неземного света вдалеке, где-то у него за плечом.
Магия Сэльвина была дымом и клубящимся серебром. Это пламя, пульсирующее в небе над деревьями, тлеет неоново-зеленым.
– О боже, – шепчу я, чувствуя, как ускоряется биение сердца.
– Что? – спрашивает Ник.
Не успев еще ничего толком подумать, я бегу мимо него. Я слышу, как он кричит за спиной, спрашивая, что не так, но мне все равно. Сейчас я
В это время суток по кампусу невозможно пройтись по прямой. Повсюду расхаживают студенты, сидят парочки, мне приходится зигзагом обегать игроков во фрисби. Прошлой ночью я убегала от магии. Сегодня мне
Я огибаю живую изгородь, и мир уходит у меня из-под ног.
Между двумя зданиями лабораторий к земле прижалось нечто, существования чего я не могла и представить.
Существо окружает тонкий ореол зеленого света. Его тело мерцает, обретает плотность, затем истончается, затем снова уплотняется. Его можно было бы назвать волком, но он в два раза больше и вместо меха покрыт полупрозрачным слоем растянутой и потемневшей кожи, которая облезает с суставов его лап. Он скалит два ряда зубов, загнутых назад, как серпы. Тонкие струйки дымящейся черной слюны стекают с нижних клыков и скапливаются на траве.
Сложно описать, какой звук я издаю – вскрик, почти беззвучный испуганный всхлип, – но тварь тут же поворачивает голову в мою сторону, ее красные глаза и уши с красными кончиками теперь направлены на меня.
Существо приседает, из его горла доносится глухой рык, а затем оно бросается на меня.
Я готовлюсь ощутить его укус, но внезапно кто-то врезается в тварь и сбивает ее с ног.
Существо ударяется в кирпичную стену с тяжелым хлюпающим звуком, оставляя на ней черное пятно.
– Беги! – Ник стоит между мной и тварью.
Существо поднимается на ноги. Отряхивается, как собака, так что во все стороны разлетается черная жидкость. Там, где она касается земли, трава съеживается, как ветчина на сковородке.
–
Удары сердца гулко отдаются в ушах, я спотыкаюсь и падаю. Боль пронзает ладони, отдаваясь в локтях.
Ник вытаскивает из ножен, прикрепленных к бедру, тонкую серебряную палку. Он приседает, затем взмахивает ею, словно рассекая воздух. Палка раздвигается, превращаясь в тонкий острый клинок.
Скрытое оружие. Как у Тор.
Ник вращает меч в руке. Когда он достигает самой высокой точки дуги, появляется крестообразная гарда, прикрывающая его пальцы.
Существо прыгает, отталкиваясь мощными задними лапами, и Ник уклоняется, одновременно рассекая его ребра. Тварь приземляется и взмахивает хвостом. Ник приседает, едва уклонившись от его шипастого кончика.
Эти двое танцуют быстрее, чем я могу уследить. Ник наносит удар. Тварь взмахивает черными когтями у его груди. Ник ранит тварь, и ее кожа начинает испускать мертвенный свет.
Они кружат вокруг друг друга, оба тяжело дышат. Затем рисунок танца нарушается.
Ник отступает назад, тварь следует за ним. Ник опускает подбородок и делает еще один осторожный шаг назад – в узкую аллею между зданиями.
Там некуда бежать.
Он в ловушке и даже не понимает этого.
Тварь приседает, готовясь к прыжку…
Я невольно вскакиваю на ноги и кричу:
– Эй, сюда!
Ник мгновенно переводит взгляд на меня, одновременно с этим уши твари поворачиваются, реагируя на голос.
– Нет! – кричит Ник, но уже поздно. Я бегу, а тварь несется за мной. Я поворачиваю, чтобы бежать перпендикулярно к ее траектории. Краем глаза я замечаю, как она меняет направление, продолжая преследовать меня.
Она
Не в силах удержаться, я оглядываюсь.
Меч Ника глубоко погружен в спину поверженной твари. Ее тело трясется и дергается и клинок вместе с ним. Передние лапы твари выброшены вперед в мою сторону. Так близко.
Ник пронзил ее мечом, когда она прыгнула.
На миллисекунду позже…
– Назад!
Одним движением тварь, которую я считала мертвой, подбирает лапы и прыгает. Я прикрываюсь руками. Тварь взвизгивает, застрявший в ней меч не дает ей атаковать в полную силу. Ее челюсти щелкают, брызги черной слюны разлетаются в воздухе – я падаю на землю.
Мои руки горят.