Трэвис Миллс – Возвращение. Пошаговая инструкция и тактика борьбы с травмой и ПТСР от солдата, вернувшегося с войны (страница 3)

Мучительные чувства могут долго преследовать тех, кто пережил потерю. Возьмите Митча, моего приятеля, с которым я познакомился через TAPS, Программу помощи жертвам трагедии, организацию, которая поддерживает семьи солдат, погибших при исполнении воинского долга. В детстве он потерял отца, в двадцать девять лет – сестру‐близнеца, а шесть месяцев спустя у его девятилетнего ребенка был диагностирован неизлечимый рак. Митчу потребовалось долгое время, чтобы отойти от пропасти, но примерно через год после смерти сына он сумел оправиться и теперь часто говорит о скорби с людьми по всей стране. Он использует другую отличную метафору, сравнивая вопрос «Почему?» с попыткой убрать ртуть со стола. Ртуть не только опасна, но и настолько скользкая, что ее невозможно удержать. Это великолепный образ, говорящий о тщетности попыток.

Не возрождайте боль

Я всегда начинаю выступление с шутки. Просто потому, что склонен использовать юмор, чтобы растопить лед. Всегда немного неловко, когда я выхожу на сцену на двух металлических ногах и размахиваю протезом руки. Обычно в зале возникает пауза, у всех дыхание замирает, для нового вдоха каждый раз требуется минута. (Я всегда расслабляю такими фразами: «Надеюсь, на этот раз все пройдет хорошо, а то последнее выступление произвело эффект разорвавшейся бомбы…» Банально, правда? Но это помогает поднять настроение.)

При первой встрече вид моего тела вызывает у людей смущение, ведь это наглядное свидетельство того, через что мне довелось пройти. Того, что со мной случилось что‐то очень плохое.

Но на этом всё. Со мной случилось что‐то очень плохое.

Глагол в прошедшем времени.

Всё это осталось позади.

Я живу дальше.

Вот так просто. Однажды вечером в 2014 году, после премьеры моего документального фильма в Колорадо, ко мне подошел ветеран. По его глазам я понял, что он по‐прежнему испытывает душевные муки. Он спросил: «Скажите… вы все так же спрашиваете себя, почему это случилось с вами? Должно быть, вы думаете об этом постоянно».

Я ответил: «Вовсе нет. Я принял то, что произошло, и живу дальше. Это было тяжело, но я очень доволен своей жизнью и своей семьёй. Жизнь продолжается».

– Вы лжете. Это невозможно.

– Да нет, я говорю вам правду. Мне пришлось сделать выбор: двигаться дальше или застрять в своих переживаниях. Если бы я продолжал думать о том трагическом дне, то переживал бы свою травму заново – снова и снова. Я бы повторно себя травмировал. Невозможно двигаться дальше, если не прекратить это. Мне нужно было думать о жене и детях, и я принял решение забыть о прошлом. Чтобы не скатиться в пропасть, потребовалась самодисциплина, но я знал, что должен справиться ради себя и своих близких. Я решил не оставаться раненым.

Он сказал мне, что я лгу, во второй раз, а затем в третий. Он настаивал на том, что я пускаю пыль в глаза. Мне не нравится, когда меня называют лжецом, но было искренне жаль беднягу – его боль была такой острой. Зная, что он ветеран, который, возможно, страдает посттравматическим стрессовым расстройством, я не мог заставить его мне поверить. К сожалению, я пересекался и с другими людьми, которые приходили к такому же выводу. Как у меня получилось так хорошо адаптироваться? Возможно, я слишком жизнерадостный и энергичный. Но я горжусь тем, через что мне пришлось пройти, достигая того, что имею сегодня. Было обидно слышать, что меня называют лжецом. Я надеюсь, что со временем тот человек нашел хороший способ исцелиться и примириться со своим прошлым.

Смиритесь с неопределенностью

Возможно, ваши страдания не связаны с физической травмой или болезнью. Это могут быть разорванные отношения, смерть родителя или увольнение с любимой работы. Когда вам трудно, вы теряете контроль над собственной жизнью. Утрачивается заведенный порядок, жизнь, которую вы знали и любили. Вы грустите, беспокоитесь и даже злитесь. Нормален и вопрос «Почему?», поскольку нам, людям, свойственно искать понимание, определенность и завершенность. Человеческий мозг не предназначен для того, чтобы справляться с обширной психологической неопределенностью. Это может вызвать сильную тревогу, поскольку для мозга неопределенность означает опасность [1]. Желание получить ответ вполне естественно. Без понимания, почему что‐то произошло, может возникнуть ощущение, что перед вами простирается огромная пустыня неизвестного.

Остановите руминации[1]

Заведя шарманку «почему» и пытаясь найти определенность, вы попадаете в ловушку чрезмерного обдумывания. Если не остановить этот цикл вопросов, вы останетесь в тупике, будете злиться или грустить. Хотите так жить?

Поначалу понадобится решимость. Вам нужно выйти за пределы «почему». Как только сделаете это, начнете осознавать открывающуюся перед вами возможность – принятие. Это не обязательно означает, что вы уже справились с трудностями, но свидетельствует о том, что вы в состоянии двигаться дальше. Я не помню, кто сказал: «Используй прошлое и не позволяй прошлому использовать тебя». Более правдивых слов не сыскать.

Это непросто, особенно для людей с посттравматическим стрессовым расстройством, которое, как известно, приводит к чрезмерным руминациям [2]. Однако это необходимо. Я не могу отменить вчерашний день или то, что случилось десять лет назад. Точно так же и вы ничего не можете поделать со своим разводом или потерей работы. Это часть жизни. Но знаете что? Изменить ситуацию не всегда в нашей власти. Но в наших силах изменить свое отношение к ней. Я знаю, это проще сказать, чем сделать. Но я смотрю на это так: никакие руминации не вернут мне волшебным образом руки и ноги (хотя это было бы круто, не правда ли?). Поэтому я люблю говорить: «Не раздумывайте, перенастраивайтесь». Возьмем, к примеру, термин «раненый боец». Я так не говорю. Я называю себя перенастроенным солдатом, поскольку слово «раненый» намекает на бессилие. Однажды вы стали жертвой преступления или пострадали от чего‐то другого, но вам не обязательно оставаться жертвой и дальше. Я был ранен один раз (тяжело), но отказываюсь быть раненым до конца своих дней. Так что не становитесь жертвой неопределенности. Не давайте ей власти, иначе она будет править вами.

Я не люблю отдаваться и на милость судьбы. Некоторые говорили: «Может быть, таков был Божий план для тебя». Я не сомневаюсь в их добрых намерениях. Если бы был религиозным человеком, возможно, поверил бы сам. Вместо этого я думаю: «И в эти планы входило то, что меня взорвут? В самом деле?» Мне нравится думать иначе: то, что меня не убивает, делает меня сильнее. Это концепция посттравматического роста, к которой мы еще вернемся. Крайне важно сознавать: все, через что мы проходим, делает нас теми, кем мы являемся сегодня. Я не тот, кем был за день до моего несчастного случая. Сейчас я сильнее.

Погружаясь во тьму, люди теряют возможность видеть будущее. Не верят, что ситуация изменится к лучшему. Не поймите меня превратно. Совершенно естественно задаваться вопросом, почему с вами это случилось. Желание получить ответ (хороший или плохой) – нормальное. Мы ищем смысл в том, что с нами произошло. Мы стремимся обрести чувство завершенности. Нам кажется, что это позволит двигаться дальше. Мы пытаемся обдумать проблему, чтобы лучше в ней разобраться, но иногда наш мозг перегружается и мысли выстраиваются в бесконечный порочный круг. Если мы пережили серьезную травму, то такая зацикленность на прошлой трагедии грозит перерасти в катастрофическое мышление. Нам может казаться, что это событие – доказательство того, что нас и дальше будут преследовать злоключения. Из‐за этого мы развиваем катастрофизацию как защитный механизм и постоянно пребываем настороже [3].

Руминации напоминают застрявший в грязи автомобиль. Вы давите на газ, но не двигаетесь с места. Вы расстраиваетесь и злитесь, но грязь снова и снова окатывает грузовичок. Чтобы выбраться, нужно думать по‐другому. Что касается меня, то я подумал так: мои конечности не отрастут, так что я могу либо вечно хандрить по этому поводу, либо изменить свой образ мыслей. Это было осознанное решение. Я продолжаю следовать ему и по сей день, но далось оно очень легко. Альтернатива не только заставила бы меня увязнуть в трясине, но подточила бы мое здоровье со временем, вызывая беспокойство, депрессию, проблемы со сном и питанием [4]. Руминации угрожают и вашим отношениям. Даже если вас поддерживают близкие, со временем они могут устать от негативных мыслей и отдалиться от вас.

Не много ли у вас руминаций?

Вот некоторые признаки того, что вы, возможно, слишком много думаете о том, что произошло:

Вы часто задумываетесь: «Почему это случилось со мной (моей семьей)?»

Вы нередко задаетесь вопросами: «А что, если бы я не сделал x, y или z? А вдруг это привело бы к иному результату?»

Вы размышляете над тем, какой была бы ваша жизнь, если бы этого не произошло.

Вы постоянно прокручиваете в своей голове несчастный случай (происшествие).

Вы считаете, что произошедшее с вами – вопиющая несправедливость.

Вы вините себя: «Я не сделал того, что помогло бы избежать травмы».

Подобный тип мышления невозможно включать и выключать по своему желанию. Нам необходимо работать, переучивая свой разум, чтобы разорвать этот порочный круг. Вот несколько советов, которые помогают мне, когда голову наводняют мысли: