Трэвис Болдри – Книжные магазины & костяная пыль (страница 1)

КНИЖНЫЕ МАГАЗИНЫ & КОСТЯНАЯ ПЫЛЬ

ТРЭВИС БОЛДРИ

Перевод Александра Вироховского

Потому что правильные события происходят в неподходящее время.

ПРОЛОГ

— Восемнадцать! — проревела Вив, описывая саблей ровную дугу, которая снесла череп скелета с позвоночника. Она рассмеялась и протаранила плечом его тело, прежде чем оно успело начать падать, послав кости во все стороны. Сделав еще два шага, она взмахнула лезвием, попав другому в грудную клетку. Кости разлетелись, как щепки от топора.

— Девятнадцать! — Она свирепо ухмыльнулась, обнажив клыки, и двинулась вперед огромными шагами.

Каждый новый вдох пел в легких, мышцы сжимались и разжимались в идеальном ритме, кровь бурлила в жилах. Она была молода, сильна и великолепно владела оружием, и намеревалась использовать все три свои качества на полную катушку, чтобы полностью разгромить врага.

Армия Варин Бледной, состоящая из тощих солдат-скелетов — проворных, несмотря на свою сухость, — собралась среди бастион-дубов. Они сражались в гробовом молчании, короткие мечи и пики со щелчком устремлялись в сторону Вив, а она уворачивалась или отбивала их в стороны, неумолимая, как прилив.

Она была далеко впереди остальных Воронов Рэкэма, возглавляя атаку. Старые боевые лошади, большинство из них. Старые и медлительные. Они пытались удержать свежую кровь в тылу, но это было не то, для чего она была создана.

Где-то впереди затаилась сама некромантка, и Вив намеревалась добраться до нее первой. Когда отставшие, наконец, догонят, они найдут ее с обнаженным клинком в руках и жертвой, лежащей у ее ног.

Ее счет увеличивался с каждым ударом сабли. Все еще недостаточно быстро. Она выдернула из петли дубинку и принялась работать обеими руками, круша и рассекая ряды скелетов дубинкой и мечом. Их щиты разлетались по сторонам. Их кольчуги рвались, как бумага. Их черепа лопались, как зимние дыни.

Позади нее раздавались резкие крики, когда команда Рэкэма расправлялась с отбросами, которые она оставляла на своем пути, или с зомби, которые пытались зайти к ним с фланга. Кто-то крикнул, чтобы она сбавила скорость. Она презрительно усмехнулась.

И тут ее ногу обожгло холодным огнем, который за полсекунды превратился в горячий. Она пошатнулась и повернулась на другой ноге как раз в тот момент, когда ржавый наконечник копья показался из длинной раны на ее бедре. Затем он снова метнулся вперед, и она, не веря своим глазам, смотрела, как наконечник исчезает у нее в бриджах, оставляя идеально параллельный разрез в мясе ноги. Затем потекла кровь. Много крови.

Она взревела, отбивая пику в сторону своей дубинкой, а затем нанесла удар саблей снизу вверх, который разорвал скелета пополам. Его рогатый шлем нелепо закрутился в воздухе. Вив рассмеялась бы, если бы не мучительная боль, охватившая ее, когда она упала. Раненая нога подогнулась под ней, как кукурузный стебель.

Внезапно она оказалась на боку, во мху и грязи, вся в крови.

Над ней навис еще один скелетообразный зомби, в пустых глазницах которого мерцали завитки синего света. На лбу у него ярко горел символ Варин — ромб с ветвями, похожими на рога. Он поднял в воздух огромный ржавый щит, готовясь обрушить его острием вниз для сокрушительного удара. Единственными звуками были скрип его сухожилий и прерывистое дыхание самой Вив.

Она просто задела дубинкой край щита, отбросив его в сторону, но не смогла удержать оружие. Слезы боли затуманили ее зрение. Однако Вив не удалось обезоружить зомби. Неумолимый, он снова поднял кусок ржавого металла. На этот раз угол был совершенно неправильным, и она не могла поставить саблю между собой и падающим лезвием. В шоке, не веря своим глазам, она могла только наблюдать, как сталь опускается к ее шее.

Раздался короткий крик, но не ее собственный.

Рэкэм врезался в существо плечом. Когда зомби отшатнулся, дворф уничтожил его одним ударом своей шипастой булавы.

Он взглянул на нее, и разочарованная гримаса на его губах вызвала у нее удвоенную тошноту:

— Проклятая адом дура. Перевяжи рану. Оставайся на месте и постарайся не умереть, если сможешь.

Затем он исчез, и Вив, задыхаясь от ужаса, наблюдала, как Вороны Рэкэма пронеслись мимо линией из клинков, луков и магического огня, который уничтожал врага перед ними.

Они растаяли в тумане, и она осталась одна, не веря своим глазам, наблюдая, как жизнь покидает ее ногу.

— Все еще с нами, а?

Вив медленно приходила в сознание. Она чувствовала, что ее вот-вот стошнит. Возможно, это уже случилось.

Первое, что она увидела, были суровые глаза Рэкэма, сверкавшие над косичками его грязной бороды с проседью. Вив покачала головой и огляделась; казалось, что перед ее глазами все смазано жиром. Каким-то образом она прислонилась спиной к одному из дубов. У нее, по-видимому, также хватило присутствия духа оторвать подол рубашки, перевязать рану и закрепить ее на месте пучком мха. Ткань промокла насквозь, а земля под ней превратилась в месиво из грязи и крови.

Увидев это зрелище, она начала заваливаться, и Рэкэм вернул ее на место удивительно нежным шлепком по щеке.

Он вздохнул и покачал головой.

Битва была закончена. Если одного его присутствия было недостаточно, чтобы это понять, то это могли сделать неторопливые движения воинов за его спиной.

— Я понял это, когда ты подписала контракт. Надеялся, что ошибусь, но не, я знал, что так оно и будет. Молодые всегда глупее, а для того, чтобы поумнеть, нужны кровь и время. — Он перевел взгляд, словно взглянул в какое-то другое возможное будущее, затем снова посмотрел на нее. — Каждому новому кандидату я даю равные шансы. Я смотрю на его руки, его ладони. Шрамов нет? Значит, шансы на то, что первый же удар его убьет, пятьдесят на пятьдесят.

Одной рукой в перчатке он погладил ее массивное предплечье. Перевитое мышцами, но без единого шрама на коже. Вив посмотрела мимо него на свою искалеченную ногу.

Рэкэм встал, и ей все равно не пришлось поднимать голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Значит, эта царапина тебя убьет?

Вив подавила тошноту и прищурилась, чувствуя себя глупо. Чувство собственной глупости вызвало у нее чувство обиды. А от обиды было всего полшага до гнева. «Нет», — процедила она сквозь стиснутые зубы.

Он усмехнулся:

— Я тоже не думаю, что убьет. Но на данный момент с тебя хватит.

Она моргнула:

— Мы ее поймали?

— Нет. Ее даже здесь не было, насколько мы можем судить. Только небольшие неприятности, которые она нам устроила. Мы направляемся на север. Мы ее найдем.

Вив изо всех сил старалась опереться на ствол левой ногой. Другая казалась слишком большой, и каждый удар ее сердца отдавался в ноге гулким стуком:

— Когда мы уходим?

— Мы? Как я уже сказал, на данный момент с тебя хватит. Мне сказали, что до какого-то приморского городка всего несколько миль. Я отправлю тебя туда. Ты поправишься, и мы проедем через него, когда закончим. Если ты все еще будешь там и сможешь работать, когда мы будем проходить мимо, мы примем тебя обратно. Возможно, через несколько недель. Если тебя не будет, когда мы здесь покажемся?.. — Он пожал плечами. — Нет ничего постыдного в том, что на этом все закончилось.

— Но...

— Дело сделано, ребенок. Сегодня ты совершила глупую ошибку и ее пережила. Если хочешь совершить еще одну так скоро после этого, что ж... — Его взгляд был жестким. — Хочешь, я скажу тебе, какие шансы я на это даю?

Но Вив не была глупым орком, поэтому она заткнулась к чертовой матери.

1

Вив лежала на полу крошечной комнаты. Ну, почти на полу. Это место не было рассчитано на орков, и кровать была слишком короткой, по крайней мере, на два фута. Кто-то стащил соломенный матрас на пол, и, хотя ее ноги все еще свисали с края, они уложили под раненой ногой рюкзак так, чтобы та была приподнята.

И нога болела как восемь преисподен.

Она подхватила лихорадку, когда подпрыгивала в повозке за вьючным мулом, кашляя от всей пыли, которую тот мог поднять. И ее было с избытком.

Вив была прикована к постели в течение двух дней, то приходя в сознание, то теряя его, ее мучили повторяющиеся сны и пульсирующая боль. Хирург приходил и уходил несколько раз. А может, и нет, и у нее просто повторялись галлюцинации, раз за разом. Она смутно помнила лицо мужчины, охваченного стыдом, который не могла определить.

Теперь голова была ясной. Что, в основном, означало, что она могла чувствовать все с полной ясностью. Спорное улучшение.

Более того, она была зверски голодна.

Оглядев комнату, она обнаружила, что в ней почти ничего нет. Грубая кровать и крошечный столик с фонарем и тазом на нем. Стены из серого необработанного дерева. Маленькое решетчатое окно. Она почувствовала запах моря, сухой пляжной травы и рыбы. Напротив стоял старый морской сундук. К нему была прислонена ее сабля и грубый деревянный костыль. Ее дубинка отсутствовала. Больше не на что было обращать внимание.

В здании было абсолютно тихо. Звуки доносились только снаружи — шелест травы, отдаленный рокот волн и редкие крики морских птиц.

Вив была в сознании меньше часа, и она подумала, что это зрелище сведет ее с ума, если ей придется терпеть его дальше.

По крайней мере, ее нога была аккуратно перевязана, наложена шина, чтобы колено не сгибалось. Штанина была отрезана. Там, где сквозь бинты просачивалась кровь, виднелись пятна, но это был большой шаг вперед по сравнению с мхом и грязной шерстяной рубашкой.