Тори Озолс – Животный инстинкт (страница 22)

— Ты перенёс нас сюда? Который час? — спросила я, чтобы хоть как-то скрыть свою реакцию.

— Да, на рассвете, — лениво ответил он, не убирая руки. — Никто нас не видел, котенок. И сейчас уже почти обед. Ты была в отключке, я полностью тебя вымотал.

Этот факт, кажется, невероятно его радовал.

— Нам пора возвращаться к твоему отцу, — недовольно добавил он.

— О боже, — реальность резко обрушилась на меня. — Я переспала с его другом.

Тиаррен громко рассмеялся.

— Это слабо сказано для того, что было между нами две эти ночи, котенок. — произнес Тиаррен, и в его голосе звучали удовлетворенные нотки.

Я прикусила губу, неуверенность закралась внутрь. Была ли эта связь на одну ночь? Может, это просто физическое влечение, которому мы поддались? Но прежде чем я успела что-то спросить, Тиаррен заговорил сам:

— До заключения сделки мы не можем сказать Майлзу. Иначе он просто снесёт мне голову из дробовика.

Я уставилась на него с растущим ужасом, потому что вообще не представляла, как могу рассказать папе о своей связи с Тиарреном. Мне не нравилось, что он предлагает скрывать всё, что произошло, но при этом мысль о том, что папа узнает, повергала меня в панику. Он был не просто старше меня. Он был другом моего отца. Это не сулило ничего хорошего.

Разум подсказывал, что всё должно было закончиться на этой ночи. Мы получили удовольствие, выплеснули страсть, и теперь каждый должен был пойти своим путём. Но эта мысль вызывала во мне внутреннее неприятие. Я не могла… не хотела, чтобы это оказалось разовой связью. В его словах было что-то, что намекало — он просто хочет скрыть всё на время. И потом я вспомнила, как ночью он повторял множество раз, что я принадлежу ему.

Пульс в висках участился, осознание вспыхнуло во мне с пугающей силой. Я хотела быть его. Хотела, чтобы это не закончилось. Даже если знала, что это неправильно.

— А мне нужно перевезти сюда свою семью, — спокойно продолжил он.

Внезапно живот сжался от тревожной мысли, которая неожиданно вспыхнула во мне. Я стиснула пальцы на простыне и резко выдохнула.

— Ты… ты женат? — голос сорвался.

Это было вполне реально, учитывая его возраст, но Тиаррен вдруг расхохотался, его грудь вздрогнула от низкого, вибрирующего смеха.

— Нет, котенок, не переживай. Я не женат.

Меня моментально накрыло облегчение, но всё же нахмурилась. Он заметил это и, приглаживая пальцами мой живот, спросил:

— Отец рассказывал тебе, что мой стиль жизни отличается от обычного?

Я кивнула.

— Да. Он упоминал, что ты живёшь в некой общине.

Тиаррен удовлетворённо кивнул.

— Именно так. Когда я перевезу их сюда, я познакомлю тебя с ними. Потому что то, что произошло между нами, — особенное.

Я сглотнула, не в силах отвести взгляда. Его уверенность, его властная манера говорить о нас, о том, что мы теперь связаны, сбивали меня с толку. Я чувствовала притяжение к этому мужчине, но в то же время не могла осознать, почему оно настолько сильное. Мы едва знакомы. Я не знала его, не понимала, чего он ждёт от меня, но почему-то мысль о том, что он может быть с другой, причинила мне почти физическую боль.

Тиаррен продолжал водить ладонью по моему животу, неспешно, будто изучая его, и внезапно произнёс:

— Кстати, мы не предохранялись.

Я застыла. В груди что-то сжалось, сердце пропустило удар, а затем застучало в бешеном темпе.

— Что?! — я резко выпрямилась, глядя на него с недоверием. — Ты… Ты серьёзно? Тиаррен, ты взрослый мужчина! Старше меня! Ты не мог быть таким легкомысленным!

Он усмехнулся, наслаждаясь моей реакцией.

— Ты свела меня с ума, котёнок. А если подумать, то презерватив всё равно бы порвался, с учётом того, что было между нами.

Я моргнула, в голове не укладывалось, с какой лёгкостью он говорил о том, что вообще-то должен бояться как чумы. Любой мужчина на его месте был бы в панике, а Тиаррен, казалось, даже рад такому исходу.

— Нет… — отрицательно покачала я головой, пытаясь зацепиться за хоть какую-то логику. — Может быть, сейчас безопасный период. И вообще… не всегда так легко выходит… забеременеть. Это не происходит с первого раза.

Тиаррен рассмеялся, явно наслаждаясь моей попыткой найти оправдания.

— Правда, котёнок? — его пальцы продолжали лениво гладить мой живот, заставляя меня чувствовать ещё большую тревогу. — Учитывая, сколько попыток у нас было за ночь, ты действительно в это веришь?

Я подсжала губы, но он не стал меня переубеждать. Только снисходительно провёл ладонью по моей щеке, как будто этот вопрос уже решённый. Как будто он знал, что мы к нему ещё вернёмся, когда придёт время.

Мне это понравилось, потому что я тоже не хотела сейчас думать об этом и решила отложить вопрос на потом. Проблемы стоит решать по мере поступления.

Я огляделась в поисках своих вещей, всё ещё смущённая своей наготой, но при этом ощущая, как его ладонь продолжала ласкать меня — нежно, но собственнически. Этот контраст вызывал странное, почти сладкое волнение внутри.

— Где мой телефон? — спросила я, пытаясь вернуть разумность в этот момент.

Тиаррен усмехнулся, легко, без намёка на смущение.

— В машине. Всё осталось там.

Мои глаза расширились в ужасе.

— Что?! — Я резко повернулась, но тут же поморщилась. — О боже, мне же мог звонить папа или Ребекка!

Тиаррен рассмеялся, забавляясь моей непосредственностью.

— Расслабься, котёнок. Если бы было что-то срочное, твой отец давно бы был здесь, разыскивая тебя.

— Не шути так!

Перепуганная, я даже покосилась на дверь. В этот момент Тиаррен приподнялся, садясь, и сделал это так плавно и уверенно, что я даже не успела уловить как все произошло. Эта внезапная смена положения заставила меня дёрнуться. И тут же я почувствовала неприятный дискомфорт между ног. Раздражение, липкость, напоминание обо всём, что происходило ночью. Я поморщилась, не в силах скрыть гримасу.

Тиаррен заметил это, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на сожаление.

— Прости, — его голос стал чуть ниже, — мне жаль, что я не выбрал место получше, где есть ванная, а не душ. Но здесь могу предложить только его.

— Хорошо, потому что я вся... грязная, — пробормотала я, подбирая правильное слов.

Он слегка наклонил голову, рассматривая меня так, будто я только что сказала что-то нелепое.

— Зато теперь ты знаешь, каково это — принадлежать мне полностью.

Я открыла рот, чтобы возразить, но Тиаррен, словно предвидя это, резко протянул руку, обхватил мой затылок и притянул к себе. Губы накрыли мои в жадном, насыщенном поцелуе.

Я не успела даже осознать происходящее, как его язык уже проник внутрь, настойчиво требуя подчинения. Горячая волна пробежала по телу, заставляя сердце пропустить удар, а пальцы сжаться на его плечах. Поцелуй был властным, грубым, и я вновь оказалась в той самой ловушке, где мой разум твердил одно, а тело хотело совершенно иного. Я застонала в его рот, забыв обо всём, кроме того, как его язык настойчиво требовал подчинения.

Когда он отстранился, я тяжело дышала.

Я почувствовала, как он напрягся, и взгляд опустился вниз. Тиаррен снова был твёрд.

— Ты... Мы делали это всю ночь, а ты всё равно... — я не смогла закончить предложение, слишком смущённая.

Тиаррен усмехнулся, в его глазах вспыхнуло самодовольство.

— Потому что это ты, — ответил он. — Ты всегда будешь так на меня влиять, даже без того, что нас подстегивало ночью.

Я нахмурилась.

— Я не понимаю, о чём ты.

Он наклонился ко мне, прижался лбом к моему и, словно давая обещание, произнёс:

— Скоро поймёшь. А сейчас тебе лучше отправиться в душ, а я схожу за вещами и принесу завтрак, который можно уже посчитать обедом. И тогда отвезу тебя домой.

Прежде чем я успела что-то сказать, Тиаррен поднял меня на руки и понёс в ванную. Я не сопротивлялась. Мне нравилась его забота, это ощущение силы, с которой он управлялся со мной, но при этом нежность, с которой обращался. Я чувствовала себя любимой и желанной.

Когда он поставил меня перед душевой кабинкой, я невольно скользнула взглядом вниз, на его напряжённую эрекцию, и выразительно посмотрела на него.

— Ты не хочешь... — слова застряли у меня в горле, но внутренний порыв удовлетворить его был странно сильным. Я должна была сделать это. Это ощущалось естественным, правильным, словно дарить ему наслаждение — моя обязанность. Я не могла объяснить, но меня тянуло к нему с необъяснимой силой, хотелось ощутить, как он реагирует на мои прикосновения, услышать его хриплое дыхание. Однако между ног всё саднило, и мысль о том, что он снова будет во мне, пугала перспективой боли.