Тори Майрон – В ритме сердца (страница 11)

Я делаю поспешный шаг назад, но даже несмотря на то, что Филипп застывает в изумлении, руку с ножом вниз не опускаю.

– Ты ненормальная, – хрипло стонет он, дотрагиваясь до продолговатой царапины на шее.

Он прав. Я не в своем уме. Вновь потеряла контроль над собой. Но это он виноват. Только он! Этот гад собирался меня изнасиловать.

Боже! Он довел меня. Я сорвалась! Только не опять!

Дыши, Николь, дыши! Прошу! Просто дыши! Ты же знаешь, как с этим справиться. Ты же можешь.

Глубокий вдох и выдох, вдох и выдох.

Но это не помогает! Я слишком заведена, чтобы так просто успокоиться. Все тело сгорает изнутри, плавит органы, кости, нервы. Мне хочется кричать, неистово крушить и разбивать все на своем пути, либо бежать без оглядки на максимальной скорости до полного изнеможения, чтобы, точно проснувшемуся вулкану, выплеснуть наружу все беснующееся пламя и освободиться.

Филипп нервно сглатывает и не отводит от меня взгляд, будто боится, что я вновь могу напасть. Но я больше не в состоянии дышать одним воздухом с этой мразью. Убираю нож в карман кофты и направляюсь к выходу.

– Что это с тобой? Куда так несешься?

Как сквозь сон слышу недоуменный голос мамы, в которую сильно врезаюсь на пороге квартиры. Она вернулась из магазина с полными пакетами бутылок. Конечно, куда же еще она могла ходить? Только за новой порцией алкоголя.

Но сейчас мне плевать. Я себя не контролирую.

Мне нужно сбежать.

Ничего не отвечаю. Не могу больше говорить. Накидываю капюшон, желая спрятаться от всего мира, и вылетаю из квартиры, с грохотом закрывая за собой дверь.

Глава 6

Свежесть вечернего воздуха и встречные порывы ветра наносят по мне удары, но не помогают испытать и доли облегчения.

Бегу в неизвестном направлении, на всей скорости пролетая квартал за кварталом, и даже не смотрю по сторонам. Бегу что есть силы, пытаясь потушить костер в душе, но он не гаснет, а лишь раздувается шире, выше и ярче.

Тело сотрясает нервный озноб, кожа нестерпимо зудит, пылает. Я все еще чувствую мерзкие отпечатки пальцев Филиппа, едкий запах немытого тела и зловонное дыхание у своего лица. Как жаль, что грязь смогу стереть только с тела, а не из воспоминаний.

Бегу, не чувствуя ни боли, ни усталости. Лишь сердце в груди скачет на бешенной скорости, вот-вот норовя вырваться наружу. Но я не имею права останавливаться, мне нужно продолжать. Другого выхода нет. Я не хочу сбрасывать злость на кого-то другого, не хочу никому вредить, как делала это раньше. Слишком отчетливо помню, какие муки совести следуют потом. Они еще хуже, чем ярость. Я больше не могу этого допустить. Поэтому бегу, не сбавляя темпа. Бегу и даже пытаюсь заплакать, надеясь, что выпущу злость вместе с потоком слез, но ничего не выходит. Слез больше нет. Их давно уже нет. В этом вся и проблема.

Бегу, совершенно не видя дороги, нескончаемую череду жилых домов и безликих, редких прохожих. Бегу до тех пор, пока один единственный звук не вырывает меня из внутреннего пекла.

Звук, который я никогда ни за что не забуду. Просто не смогу.

Этот звук – моя фобия. Мой самый страшный кошмар, который превратил меня в то, кем я сейчас являюсь.

Я слышу протяжный звук скрежета тормозящих колес об асфальт, который много лет назад пронзил мне насквозь сердце. И лишь этот звук, словно холод самой суровой вьюги, вмиг гасит во мне жгучий огонь.

Я выплываю из глубин сознания в реальность за долю секунды до столкновения и чудесным образом успеваю увернуться от капота автомобиля. Свалившись навзничь на каменистую обочину, я до мяса раздираю ладони и ощущаю острую боль в правой ноге. Но какая к черту разница? Никакая физическая боль не сравнится с той, что я повторно проживаю в душе. Словно это было только вчера.

Этот звук… Это ужасающий звук. И тело папы…

Не ощущая холода земли, медленно переворачиваюсь на спину и смотрю в ночное, звездное небо.

– Выше! Еще выше! Хочу быть выше всех! Хочу быть выше всех звезд, папа!

Он подбрасывал, а я, растягиваясь всем телом, словно струна, расправляла руки в стороны и представляла, что лечу. Я не боялась упасть и разбиться. Я точно знала, что папа всегда сможет поймать меня, уберечь, защитить. Он же самый сильный из всех, кого я знала.

– Не нужно быть выше всех звезд, Николина, важнее быть ярче остальных.

Слышу отголоски его слов и задыхаюсь. Папы давно уже нет, и мне так его не хватает. Безысходность, тоска по нему и отчаяние собираются в болезненный ком. Он встает поперек горла и лишает дыхания. Но сердце… оно продолжает бешено стучать, гоняя кровь по телу и напоминая, что я все еще жива.

Да, я жива!

Боже… Не могу поверить, что по собственной вине чуть было не закончила свою историю так же, как папа!

Дыхание сбилось от продолжительного бега, голова кружится, ладони с поврежденным коленом нестерпимо саднят, но я живая и не могу сдержать глупой, счастливой улыбки. Столь редкой и искренней.

Перед глазами пролетают цветные кадры длиною в целую жизнь, но щелчок автомобильной двери и мерные, широкие шаги в мою сторону дают понять, что я лежу на земле не дольше нескольких секунд.

Немного приподнявшись, возвращаю капюшон на голову и осматриваюсь по сторонам. В какую именно часть города меня занесло – понятия не имею, но по однотипным зданиям по обе стороны дороги предполагаю, что забежала на территорию одного из городских предприятий.

– Пацан, тебе что, жить надоело?

Сижу к водителю спиной и потому не вижу его, но до неприличия спокойный мужской голос вводит меня в ступор. Словно не он всего несколько секунд назад чуть не сбил насмерть человека.

Превозмогая дискомфорт в колене, я молча встаю на ноги, но сильное головокружение ослабляет тело. Сжимаю веки, ожидая нового падения, однако мужская рука грубо хватает меня за толстовку и удерживает на весу словно провинившегося котенка.

– Ты что здесь делаешь, сопляк?

От стальных нот в равнодушном голосе кожа на миг будто вспыхивает огнем, а затем покрывается морозным инеем. И желание извиняться перед водителем за свою невнимательность напрочь отпадает.

Воротник толстовки неприятно сдавливает горло, все же вынуждая меня повернуться к мужчине, чтобы попытаться его оттолкнуть, но легче было бы сдвинуть с места бетонную стену, чем массивное тело водителя. Когда понимаю, что мне не удастся его пошатнуть даже на сантиметр, я прищуриваюсь в желании рассмотреть эту тяжеленую глыбу, но и тут удача явно не на моей стороне – из-за яркого света прожектора прямо за его широкой спиной я не вижу лица обладателя бездушного голоса.

– Оглох, что ли? Ты что здесь делаешь?

Тень раздражения проскальзывает в его словах, когда я продолжаю хранить молчание, опускаю взгляд к своим разорванным штанам и замечаю на них бордовые пятна крови.

– Вот черт! – порываюсь коснуться поврежденного колена, но хватка мужчины не позволяет согнуться, и я наконец отвечаю ему: – Я не глухая и оказалась здесь случайно, просто заблудилась.

Сжатая ладонь быстро расслабляется, немного опуская меня вниз, но в тот же миг ощутимо напрягается крупное тело мужчины. Я физически осязаю, как от него начинают лететь шипящие, невидимые искры, и мне это совершенно не нравится.

– Девчонка? – недоуменно спрашивает он и в следующую секунду срывает с меня капюшон.

Свет мгновенно ослепляет, заставляя зажмуриться. Мне требуются несколько секунд, чтобы справиться с резью в глазах и приподнять голову.

В полумраке вижу только очертания высокой фигуры и смутные детали его бесстрастного лица. В свою очередь мужчина пристально изучает меня в теплом луче прожектора, застыв в опасной близости от меня.

– Со мной все нормально, спасибо, что спросили, – не выдержав тягостного молчания, выдаю я, желая поскорее скрыться от его глаз. – Выход найду сама, так что можете отпустить меня и ехать дальше.

– Я сам решу, что и когда мне делать.

Я думала, холоднее его голос стать не может, но ошибалась. Меня передергивает от столь низких нот.

– Хорошо, стойте здесь, сколько пожелаете, только меня отпустите, – заставляю себя говорить мягче, ведь начинаю не на шутку опасаться недоброжелательного незнакомца. Порываюсь отцепить его ладонь от толстовки, но стоит только коснуться его, как мужчина сам резко отдергивает руку, вынуждая меня покачнуться.

Нет, ну что за грубиян? Ладно я – дура невнимательная, забрела на чужую территорию и чуть не кинулась под его машину, но разве это повод быть таким резким?

Не теряя времени, разворачиваюсь и направляюсь в сторону входных ворот, но властный голос за спиной вмиг сковывает тело:

– Остановилась и быстро села в машину, – это не просьба, даже не предложение, а самый настоящий приказ.

Что он о себе возомнил?

– Сказала же: я сама найду дорогу назад, – на сей раз мне не удается скрыть раздражение в тоне.

Я продолжаю отходить от мужчины на безопасное расстояние, с каждым шагом возвращая себе способность ясно мыслить. Рядом с ним со мной происходит что-то непонятное. Нечто, что меня жутко пугает.

За свою короткую жизнь я успела повстречать множество разных людей – начиная с богатых, властных, уверенных в себе посетителей «Атриума», заканчивая нищими, импульсивными и опасными преступниками Энглвуда. Но никогда еще я не встречала людей с такой мощной энергетикой, как у этого случайного мужчины. В течение всего одной минуты нашего скудного общения я с лихвой впитала в себя исходящие от него странные импульсы.