Тори Майрон – В плену сердца (страница 6)
Как и любому человеку, мне жизненно необходима обычная смена декораций, общение с другими людьми или хотя бы просто выход на улицу. Я же в этой комнате будто отделена от всего мира: телефон есть, но пароля от wifi нет, на планшете – та же проблема, а из моего единственного источника коммуникации Сьюзен так себе собеседник: ответы односложные, вопросов нет, заинтересованности в беседе – тоже.
Да и ладно с этим общением и желанием узнать, что там творится в мире. Мне просто-напросто хочется глотнуть свежего воздуха, а эти сверхумные окна, чтоб их, не открываются. Прикиньте? Они имеют сотни всяких наворотов, но элементарно открыть их, чтобы впустить в комнату дождливую сырость, нельзя. Удивительно! И смешно. Хотя нет, не смешно. Удушливо. Мне нужен уличный воздух, а Адам во всех смыслах обеспечил мне полную изоляцию от внешней среды.
И, казалось бы, что ты ноешь, Анна, сиди в шикарных апартаментах и настраивай необходимую температуру и влажность с помощью климат-контроля, да только терпеть даже столь незначительные неудобства – это идиотская привычка другой моей стороны, вечно любящей страдать и забивать на свои желания.
Почему я должна мучиться, если могу с легкостью улучшить условия своего пребывания здесь? С какой такой стати мне не получить желаемое? Не вижу совершенно никаких причин, поэтому при первой же возможности мне будет необходимо постараться как следует порадовать своего господина, чтобы получить его благосклонность и разрешение на выход из дома.
И вот честно: говорю об этом и нисколько не злюсь, не раздражаюсь и не испытываю омерзения. И это абсолютный кайф – воспринимать поклонение Харту как обычную работу, а настойчивое стремление сделать ему приятно – как необходимость в достижении своих целей.
Он хотел покорную, хорошую девочку для траха – он ее, несомненно, получит. Никаких пререканий, возражений и попыток вступить в спор больше не будет. Все это бессмысленно, и другая версия меня это понимает и безоговорочно принимает, а дикую, буйную Николину со всей сумасшедшей смесью противоречивых чувств к Адаму и долголетней любовью к Остину я оберегаю в непроницаемом бункере. Там она не ощутит на себе ни одного из моих будущих действий и поступков. Я позабочусь, чтобы она ничего не почувствовала и ни за что не выбралась раньше времени наружу.
Никогда прежде мне не приходилось абстрагироваться от всех эмоций и ощущений дольше рабочей ночи, но я почему-то уверена, что мне не составит особого труда справляться с этой задачей столько, сколько потребуется, ведь ситуация на сей раз кардинально иная.
Мужики в «Атриуме», лапающие меня без остановки, вызывали только отвращение. Адам же своей попыткой изменить мою память зародил во мне настолько сильный страх, ненависть и желание не допустить этот ужас, что вот уже сколько дней подряд я не чувствую абсолютно никакого напряга в удерживании своего непонятного «щита». Осталось лишь узнать, как дело пойдет непосредственно во время общения с самим Хартом. И надеюсь, мне уже совсем скоро удастся это проверить.
Еще полчаса полежав в горячей воде, я смываю с себя душистую пену и выбираюсь из ванной. Питаю все тело маслом, пахнущим экзотическими цветами и покрывающим кожу мерцающими бронзовыми частичками. Лицо оставляю без грамма косметики – в отдохнувшем, здоровом виде оно и так мне кажется вполне прекрасным.
Вхожу в свою личную гардеробную, забитую брендовой одеждой и аксессуарами. Надеваю один из многочисленных пикантных комплектов нижнего белья с не менее соблазнительным шелковым платьем и до идеальности выпрямляю волнистые, слегка пушистые волосы.
Николина никогда так не делала, а, наоборот, закручивала их в крупные спирали, но сейчас я хочу хоть каких-то перемен в образе. Да и считаю, что мне так больше подходит. Выглядит более дерзко, что ли. Мне нравится. Улет!
А затем я такая вся красивая, благоухающая, соблазнительная и готовая во всеоружии весь день смиренно жду звонка или прихода Адама домой, надеясь, что, может быть, именно сегодня он решит вспомнить о моем существовании.
Вновь читаю книги, смотрю несколько эпизодов «Отчаянных домохозяек», занимаюсь растяжкой, чтобы хоть немного размять мышцы, непривыкшие к отсутствию физической нагрузки. И вот так чудо!.. Внезапно слышу приближающиеся к моей комнате шаги, предельно точно зная, что в этот раз Сьюзен ко мне идти не может.
Женщина заранее оповестила, что на пару часов отлучится за покупками. Это точно не она идет ко мне, а значит…
Неужели мистер Харт наконец соизволил ко мне явиться?
Ловко поднимаюсь со шпагата, подправляю платье и подбегаю к зеркалу, чтобы проверить свой внешний вид. Убедившись, что по-прежнему выгляжу чертовски сексуально, грациозно заваливаюсь на кровать, где якобы с интересом продолжаю читать книгу.
Секунды идут, я вся в предвкушении встречи со своим ключиком от клетки, да только вот же невезуха: долбаный ключик что-то совсем не торопится попасть в мои ручки. Судя по звукам шагов в коридоре, мой запропастившийся босс движется не по прямой, а какой-то извилистой змейкой, сопровождая свой хаотичный путь шумом открывающихся дверей соседних комнат.
Адам напился, что ли, и забыл, в какой спальне я нахожусь? Очень надеюсь, что его тормознутому путешествию до меня есть другое объяснение, ведь в хлам пьяный Харт в мои планы точно не входит – это попахивает работой без поощрения, что меня вообще не воодушевляет.
Я его, значит, сейчас ублажу, так сказать, высосу билет на улицу, а он потом проспится и заявит, что ничего не помнит. Вот уж совсем не хочется подобного сценария. Но ладно. Как будет, так будет… Разберемся.
Отбрасываю книгу в сторону, поднимаюсь с кровати и направляюсь к двери. Прислоняю к ней ухо, напрягаю слух, желая четче расслышать шумы, доносящиеся в коридоре. Но там все те же шаги и все те же звуки открывающихся дверей спален.
Может, мне стоит его позвать? Услышит зов и сразу же сумеет найти выход из дебрей леса, в которых он как будто заплутал?
– Адам?! – вскрикиваю я, и за дверьми мгновенно воцаряется тишина. – Адам, я вообще-то здесь! Ты потерялся в своих гигантских хоромах или просто забыл, где я нахожусь?! – добавляю с усмешкой и остаюсь без ответа.
Лишь неторопливые шаги все-таки добираются до нужного места. Ручка моей двери тут же начинает дергаться, но не позволяет долгожданному гостю войти внутрь.
Да уж… Он точно нажрался!
– Похоже, о том, что ты держишь меня в заточении, ты тоже напрочь забыл, – протяжно выдыхаю, покачивая головой, и следом вздрагиваю от неожиданности, когда вместо низкого мужского тона слышу недоуменный девичий голос:
– Какого черта Адам держит тебя в заточении, Николина?
Вот тут я впадаю в неслабый ступор. Такого поворота никак не ожидала. Даже зависаю на пару десятков секунд в усердных попытках по голосу идентифицировать личность девчонки, которая определенно меня знает.
– Эй! Ты меня слышишь? Ты почему сидишь взаперти? Что это еще за приколы? – не на шутку озадачивается она.
И не без основания, ведь это никакие не приколы, а моя новая реальность на ближайшие… неизвестное количество времени.
– Николина! Ты чего замолкла? Почему он тебя закрыл? У тебя там все в порядке?
А теперь девчонка заметно пугается, повышая громкость голоса, тем самым позволяя мне наконец сообразить, кто стоит по ту сторону двери.
Камилла Лоретти… или сейчас уже правильней говорить: Камилла Харт.
Что она тут вообще забыла? Кого-кого, а ее я точно не ожидала здесь хоть когда-либо встретить. И вот уж совсем не думаю, что неожиданное появление девчонки благоприятно скажется на мне.
Харт, без сомнений, не придет в восторг, если узнает, что я разболтала его нежеланной сестренке о наших с ним особенных секс-недоотношениях. А лишний раз злить его не в моих интересах, поэтому…
– У меня все отлично, Милла, не переживай! Я просто удивилась услышать тебя. Как ты здесь оказалась? – с деланным радушием интересуюсь я, решая попытаться увести ее от ненужной темы.
– Как-как? На лифте поднялась. Другой вопрос – что тут делаешь ты?
– На лифте? И тебя так просто пропустил охранник?
– Не просто, но пропустил. Сначала хотел выкинуть меня из здания, но, когда увидел в моих документах фамилию Харт и услышал, что я пришла к брату, мигом изменил свое отношение, – с возмущением рассказывает Милла. – Но ты, давай, не увиливай от ответа.
– Что случилось? Почему твоя дверь закрыта? Ты можешь ее открыть со своей стороны?
– Нет, не могу, но ты не переживай – Адам скоро вернется с работы и откроет. Тут просто с замком что-то произошло. Заклинило механизм или нечто вроде того.
– А почему ты сказала, что он держит тебя в заключении? – с недоверием спрашивает Милла.
– Когда Адам сегодня с утра уходил, так неудачно хлопнул дверью, что замок заглючил – они в апартаментах все электронные. И вот так я тут нечаянно застряла на целый день. Чем тебе не заточение? – добавляю голосу озорные нотки, надеясь, что она поверит.
– Точно?
– Ну, естественно. Ты же не думаешь, что он меня здесь, как в тюрьме, ежедневно держит?