Тори Майрон – В объятиях сердца (страница 19)

Я устало выдыхаю и с трудом призываю себя прислушаться к его словам, после чего утвердительно киваю.

– Вот и отлично! Не переживай ты так и отдохни как следует. Тряхни стариной, так сказать! В универе тебя фиг удержать было от тусовок и сумасшедших поступков, а после выпуска явно что-то пошло не так.

– В универе на меня не давила ответственность за будущее компании отца и десятки тысяч работников, – с усмешкой констатирую я.

– Значит, представь, как тебе будет круто следующие две недели без этого груза на плечах. Так что все. Вали отсюда! Больше не желаю тебя здесь видеть!

Майкл подталкивает меня к машине, но я торможу, лишь сейчас полноценно осмысляя слова друга, сказанные чуть ранее.

– Вы с Сарой уже узнали пол ребенка?

– Еще нет, а что?

– Ты просто упомянул своих девочек, вот я и подумал.

– Так тут даже не надо думать и ничего проверять. Конечно, у нас будет девочка.

– Ты так уверенно об этом заявляешь, будто уже держишь дочь в своих руках. В тебе так быстро пробудилась какая-то отцовская чуйка или что?

– Сила мысли, Харт. Сила мысли. Я на тысячу процентов уверен, что меня будут окружать две самые любимые светловолосые девчонки, значит, так и будет. Вот и все.

Его непоколебимое заявление вынуждает меня слабо улыбнуться. Вот бы и мне одно лишь самовнушение помогло наладить с Линой отношения.

Пожав Майклу руку на прощание, я намереваюсь сесть в автомобиль, однако возглас в паре метров от нас, пробирающий до нутра неконтролируемым желанием врезать его обладателю, заставляет меня задержаться.

– Доброе утро, – спустя пару секунд Рид уже стоит возле нас. Пожимает руку Майклу, а потом мне. – Ты так рано покидаешь офис? На встречу?

Я ничего не отвечаю, не видя необходимости ставить его в известность о своих планах на день, и молчаливо пытаюсь найти причину, почему он находится не на своем рабочем месте?

– Я хотел поговорить с тобой, – поясняет он, явно ощутив мое недоумение.

Эмпат хренов!

– По поводу?

– По поводу работы, конечно же. О чем еще я могу хотеть с тобой поговорить?

Мне даже не нужно уметь «чувствовать», чтобы с легкостью ощутить его неблагоприятное настроение. Но оно и понятно – вряд ли Остин так быстро переживет факт, что его босс трахает девушку, которую он любил и искал несколько месяцев.

– По поводу работы ближайшие недели ты говорить будешь только со мной, – Майкл нарушает повисшее между нами молчание.

– Почему?

– Я ненадолго покидаю Нью-Йорк, – отвечаю быстрее Холланда и обращаюсь к нему: – Майкл, дождись Остина наверху.

Друг всего пару секунд пытливо изучает меня, а затем, слабо кивнув, послушно выполняет требование.

– Я решил взять отпуск, – сообщаю ровным тоном.

Скрывать от Рида эту новость нет никакого смысла. Он все равно об этом узнает в офисе, поэтому в моих же интересах самому поставить его в известность, чтобы убедиться, что он на эмоциях не создаст никаких проблем во время моего отсутствия.

– Сейчас? – поражается он, тонко намекая, что я выбрал не совсем удачное время.

– Да, сейчас. Я могу себе позволить оставить все дела своим работникам, которые ни разу меня не подводили. Надеюсь, и ты входишь в их число, – выжидающе смотрю в его напряженное лицо.

– Я же вроде сказал, что не собираюсь смешивать личное с работой, – уверяет Остин, но я не могу не отметить, что в тоне его голоса злости больше, чем в день встречи с Линой.

Это напрягает. И Рид снова, мать его, чувствует это, почти сразу же добавляя более сдержанно:

– Я ни в чем тебя не виню и лично к тебе не испытываю неприязни. Как, собственно, и злюсь я тоже не на тебя, а скорее на самого себя и на всю ситуацию в целом. Думаю, любой на моем месте злился бы, узнав, что долгое время как глупец отказывался верить в то, что и так было очевидным. Вот и все. Не стоит опасаться и ждать от меня каких-то подвохов, Адам. Работа – единственное, что меня волнует сейчас. Я не собираюсь из-за какой-то женщины лишаться того, что поистине мне дорого, – проговаривает он. И вроде бы очень даже правдоподобно, но что-то все равно беспокоит меня сегодня в нем.

Честно, я бы многое отдал, лишь бы хоть на минуту заполучить его способность и проверить – искренен ли он со мной или нет. Однако этому случиться не суждено, а значит, мне ничего другого не остается, как уничтожить в себе все сомнения и поверить ему на слово.

– Ладно. Не верить тебе не вижу причин, Остин.

– Вот именно. Если кто из нас и был не до конца честен, так это ты, не так ли?

– Мне кажется, я тебе уже объяснил почему.

– Конечно, я помню. Поэтому мне совершенно не на что обижаться и тем более мстить тебе, – миролюбивым голосом произносит Рид, но по-прежнему смотрит так остро, словно одним только взглядом сдирает с меня кожу, чем побуждает напомнить и себе, и ему об одной простой истине.

– Даже если ты захочешь отомстить за что-то, у тебя ничего не получится, Рид. Помнишь ведь: мы с тобой на одном корабле. И если потонем, то потонем вместе, – цитирую я его же метафору, произнесенную при нашей первой встрече, и отвлекаюсь от беседы на вызов моего пилота, сообщающего, что джет готов к полету. – Мне пора ехать. В мое отсутствие Майкл за главного. Но если вдруг случится что-то серьезное, ты можешь звонить мне в любое время суток, – осведомляю его и сажусь в салон автомобиля, слыша за спиной те же слова, что неоднократно повторял мне сегодня Майкл.

– Не волнуйся, Адам. Мы со всем справимся и постараемся тебя не беспокоить. Отпуск же, как-никак. Ты заслужил.

На удивление, его голос звучит ничуть не менее дружелюбно, чем у Холланда. Спокойно, без ехидства и неприкрытой злости, однако фразы, брошенные им напоследок, почему-то ощущаются словно череда копий, прорезающих в моем теле сквозные раны.

Возможно, после всего пережитого за последнее время стресса я также превратился и в параноика. Или же просто не могу справиться с нервозностью из-за отъезда во время важного периода в «Heart Corp», но, черт возьми, меня все сильнее одолевает нехорошее предчувствие, которое я не намерен игнорировать.

Стоит водителю тронуться с места, как я набираю номер человека, в котором не нуждался с момента, как вернулся из Рокфорда.

– Дэн, ты нужен мне в Нью-Йорке и желательно прямо сегодня… Да… Опять необходимо кое за кем последить… Нет, не за девчонкой. На этот раз цель будет другая.

Глава 11

Я уже не раз говорил, что волнение мне не присуще от слова «совсем». До сегодняшнего дня никто и ничто не было способно заставлять мои ладони потеть от нервов, а внутренности сворачиваться в тугой комок.

Как все пройдет? С чего начать наш первый полноценный разговор после вечера, когда я вынудил ее выпустить всю злость и боль на мне? Вести себя как ни в чем не бывало? Словно с чистого листа? Или же все-таки обговорить сначала все произошедшее?

Черт!

Обо всем этом я непрерывно думаю по дороге домой, а затем – стоя под освежающими струями душа, которые нисколько не помогают выбрать правильную манеру поведения.

Я никогда не подстраивался ни под одну из них и не обдумывал верные слова, перед тем как сказать что-либо. Да о чем я вообще?! Я ведь даже с ними не разговаривал ни о чем, кроме условий контракта и поз, в которых хотел их трахать. А сейчас мне предстоит найти общий язык с той, которая мечтает, как бы поскорее от меня избавиться.

Выйдя из душа, наспех вытираюсь полотенцем и вместо костюма надеваю джинсы, черную футболку поло и кроссовки, ощущая себя немного странно в повседневной одежде в разгар дня посреди рабочей недели.

Беру заранее упакованный Лорен чемодан со всем необходимым для поездки и, оценив его тяжесть, ловлю себя на мысли, что Линин с тонной женского барахла, вероятнее всего, будет весить еще больше.

Не теряя ни секунды, я отправляюсь в соседнюю спальню. Однако успеваю только открыть свою дверь и застываю, видя, что кошка решила не ждать чьей-либо помощи.

Вздрогнув от неожиданности, Лина вслед за мной замирает в коридоре вместе с чемоданом, в котором с легкостью уместилась бы даже она. И смотрит на меня так испуганно, напряженно, с тревогой, будто в любой момент ожидает от меня атаки.

Мне это не нравится еще больше ее агрессии в мой адрес. К дикости и дерзости Лины я был готов. Точнее, я ждал ее, как Хатико своего хозяина на привокзальной площади Сибуя. Но дерзости нет. Вместо моей дикарки я вижу перед собой донельзя растерянную девочку без грамма косметики на милом лице, со связанными в несуразный пучок волосами, в вязаном бежевом свитере на несколько размеров больше ее и без тени улыбки на губах.

Они с Анной точно полные противоположности. Та для нашей первой встречи подготовилась так, будто собиралась выходить на красную дорожку. Лина же явно палец о палец не ударила, чтобы поразить меня сегодня. Но оно и не надо. Ей достаточно просто быть собой, и я уже не могу выдавить из себя ни слова или отвести от нее взгляд.

Она такая естественная без макияжа. Простая, нежная, домашняя, что у меня начинают ныть руки от желания просто обнять ее. Но, к сожалению, знаю наверняка, что не добьюсь ничего хорошего этим действием.

– Ты зачем сама его потащила? Я бы помог, – взяв себя в руки, наконец выдавливаю первый вопрос.

И вот же дерьмо: не думал я, что мой голос прозвучит настолько строго, но это так. Куда она пошла одна с такой тяжестью?!