Тори Майрон – Разрушая нас (страница 6)
Чудом расслышав меня сквозь биты музыки, он взваливает сопротивляющуюся Оливию на плечо и скрывается в толпе. Мне тоже приходится обхватить русалку крепче, ведь она напрочь игнорирует мои просьбы успокоиться. Если отпущу ее, она тут же помчится за Лив и продолжит драку, причину которой мне еще предстоит выяснить. Но это позже. Сначала нужно усмирить красноволосого агрессора и спрятать ее от заинтригованной глазеющей публики.
Я ничего лучше не придумываю, как оторвать драчунью от пола и пронести ее сквозь толпу в помещение для персонала, а затем занести в свой кабинет, в котором она продолжает брыкаться и выкрикивать требования отпустить ее, чтобы закончить начатое. Чем конкретно злит меня и начинает надоедать.
– Все! Хватит! Успокойся! – повышаю голос, до сих пор крепко сжимая ее и удерживая на весу. Однако неудобное положение не мешает буйной русалке стукнуть меня затылком по подбородку. Не больно, но достаточно сильно, чтобы окончательно меня разозлить.
Терпеть не могу насилие и агрессию. Особенно от девушек. По этой причине мы с Оливией постоянно ссорились в подростковом возрасте. Она часто любила пускать в ход кулаки во время наших конфликтов, и это каждый раз выводило меня из себя.
С этой диснеевской принцессой, в которой от милой принцессы нет ничего, кроме ярких волос, происходит то же. Я вмиг теряю терпение, расслабляю хватку, позволяя девушке коснуться ногами пола, но не дарую ей полного освобождения. Быстро разворачиваю на сто восемьдесят градусов, толкаю спиной к стене и под ее изумленный выдох обхватываю рукой шею. Не душу, не сжимаю, но фиксирую так крепко, чтобы суметь удержать девицу припечатанной к стене, вынуждая ее запрокинуть голову и встретиться со мной взглядом.
– Я, блять, сказал тебе — успокойся! Драка завершена! – чеканю зло, хлестко, чуть ли не по слогам, чтобы наконец достучаться до ее здравого смысла. И, к счастью, у меня получается.
Русалка вздрагивает от моего грозного голоса, расширяет глаза и прекращает дергаться и вырываться. Одно лишь частое дыхание сотрясает ее грудь, в которой сердце стучит так мощно, что я чувствую его биение.
Стук. Второй. Десятый…
Вдох-выдох. Немое состязание взглядами.
Мой — цепкий, неотступный, приказной. Ее — дерзкий и гневный, но теперь с легким проблеском благоразумия, словно девчонка постепенно начинает понимать, что пора сложить доспехи и зачехлить иллюзорный меч.
Сейчас, когда она наконец затихает и молчаливо смотрит на меня широко раскрытыми глазами, я в полной мере замечаю, насколько она красива. Идеальный овал, смуглая кожа, присущая метискам или латиноамериканкам, правильные черты лица, изящные брови, раскосые глаза, подчеркнутые сверху тонкими стрелками, ровный небольшой нос, острый подбородок и пухлый рот, замазанный кровью.
От быстрой оценки безупречных данных меня отвлекает ее подбитая нижняя губа, из которой вытекают багровые капли и катятся к ее подбородку, норовя продолжить путь дальше.
Не знаю, что за черт в меня вселяется и каким местом я думаю, когда в следующую секунду провожу большим пальцем по ее подбородку, стирая падающую каплю, а после так же аккуратно провожу по губам. Наверное, не думаю вовсе. Меня передергивает в момент, когда до мозга доходит, что я касаюсь незнакомки. Невинно, ничего за гранью недопустимого, но какого-то хрена мой жест кажется таким интимным, что мне становится не по себе. Чего нельзя сказать про русалку. Она стоит абсолютно спокойно, без заметного напряга в теле или взгляде, однако это не мешает воздуху в комнате вдруг стать слишком густым и душным, а мне — продолжать чувствовать неправильность в происходящем.
– Все-таки Лив умеет драться, – глядя на подбитую губу русалки, выдаю первое, что приходит на ум, чтобы нарушить затянувшееся между нами молчание. Однако своей репликой не развеиваю странное напряжение, а накаляю его до максимальной отметки.
Моя, казалось бы, безобидная фраза за долю секунды разрушает кратковременное затишье русалки. Ее и без того дерзкие глаза еще сильнее загораются воинственностью, брови сдвигаются к переносице, а тело напрягается ничуть не меньше моего, будто она готовится к атаке.
На короткий миг я реально думаю, что она сейчас нападет на меня и сильно ударит непонятно за что, но нет. Она делает нечто куда хуже.
Русалка резко поддается вперед, хватает меня за затылок и налетает на губы с поцелуем.
Глава 4
Со мной случались разные конфузы, но они никогда не касались других девушек, кроме Лианы. Сейчас же происходит не просто конфуз, а какое-то лютое недоразумение, которое следует немедленно остановить. И я делаю это буквально через две-три секунды. Сразу же, как выхожу из ступора, спровоцированного внезапным действием русалки.
Я отталкиваю девушку от себя, вынуждая пискнуть и удариться спиной об стену. Несильно, разумеется. Даже в состоянии шока я умею контролировать силу и ни за что не позволю нанести физическую боль противоположному полу. Тот факт, что русалка не морщится, а довольно ухмыляется, сталкиваясь со мной взглядами, подтверждает, что ей совсем не больно. Хотя не уверен, что вид ее боли хоть немного сумел бы понизить мой гнев.
– Какого хрена ты вытворяешь?! – высекаю я злым голосом, ладонью стирая с губ следы крови вместе со вкусом чужой женщины.
Мой небрежный жест нисколько не задевает странную девчонку. Она продолжает сверлить меня пристальным взглядом и улыбается, точно полоумная.
– А что такого я сделала? – невинно хлопает длинными ресницами и проводит пальцем по своим пухлым губам. Прямо по кровоточащей ране, на которую я неосознанно засматриваюсь. И русалка пользуется моментом: ловко протягивает руку и мажет замазанной подушечкой пальца по моему рту, чем злит меня еще сильнее.
Стоит солоновато-металлическому вкусу осесть на губах, я сковываю женское запястье, ощущая стойкое, несвойственное мне желание сломать девушке кости.
– Ты совсем отлетевшая?! Не трогай меня! – повысив голос, отрываю ее руку от своего лица и пробиваю девчонку максимально сердитым взглядом. Обычно каждый мой сотрудник тушуется от него, и даже Лиане не нравится, когда я на нее так смотрю. По ее словам, ей становится не по себе, несмотря на то что знает, что я никогда и на за что не причиню ей вред. Однако русалке об этом неизвестно, и ей все равно плевать. Моя злость на нее не имеет никакого эффекта. Она откидывает длинные красные волосы за спину и фыркает, закатывая глаза.
– Вы только посмотрите на этого недотрогу. Целовать нельзя. Трогать тоже. Ты что, из другой команды, раз так реагируешь на красивую девушку?
Мои брови взлетают вверх, смешок вырывается из горла.
– Я так реагирую не на красивую девушку, а на наглую, бестактную и, по всей видимости, беспринципную, раз для тебя в порядке вещей без причины налетать на незнакомцев с поцелуями.
Моей целью не было оскорбить ее, только поставить на место и дать понять, что со мной такое поведение не прокатит, но русалке что? Верно. Снова плевать.
– Почему без причины? – с ухмылкой интересуется она. – Я захотела поцеловать и сделала это.
– Как у тебя все просто.
– А зачем усложнять?
– Даже не стану тратить время на разъяснения.
– Вдобавок ко всему считаешь меня еще и тупой?
– Я ничего о тебе не считаю.
– Однако уже сделал определенные выводы.
Не стану отрицать. Похожих на эту девушку я встречал немало. В Эпохе такие зависают часто. Но не вижу смысла обсуждать свое сложившиеся мнение о незнакомке, ведь это не имеет значения. Я вижу ее первый и, надеюсь, что последний раз в жизни. К чему тратить время на пустую болтовню.
Однако так, по всей видимости, считаю только я один.
– Так что? Я тебе совсем не нравлюсь? – сжав веки в хитром прищуре, девчонка расправляет плечи и делает шаг вперед.
А я — шаг назад. Не желаю с ней еще раз соприкасаться.
– Нет.
– Не верю.
Усмехаюсь. Ей точно звезда сдавила мозги.
– Я не собираюсь ни в чем тебя убеждать.
– Правильно. Не стоит. Силы и время можно потратить на более приятные вещи.
Она совершает еще один шаг вперед, я — назад. На этот раз от отвращения к ее предложению.
– Меня это не интересует.
– А что интересует?
– С тобой — ничего, – уверенно рублю я с откровенной неприязнью, но не добиваюсь этим ничего, кроме новой усмешки русалки.
– Потому что я наглая, бестактная и, по всей видимости, беспринципная?
– Это вторая причина.
– А первая?
– У меня есть любимая девушка.
С моей стороны было наивно надеяться, что новость о Лиане остановит данную особу. Для нее существование девушки не повод отказываться от своих желаний.
– Да? И где она? Что-то я ее не вижу здесь, – театрально оглядывается по сторонам и снова возвращает взгляд ко мне. Не просто игривый, а испытующий, будто она хочет просканировать меня до самых костей, и такой гипнотический, что я какого-то черта отвечаю на ее тупой вопрос, хотя ничего не должен ей объяснять.
– Она дома.
Удовлетворенная ухмылка на пухлых губах, пристальный контакт глаза в глаза.
– Тогда в чем проблема нам с тобой провести время с пользой и удовольствием? Она ничего не узнает, а значит, вашим отношениям ничего не угрожает.