Тори Майрон – Единственная (страница 12)
– Не правда. Ты же знаешь, что мы с ним, бывает, пересекаемся в рабочей сфере. Так вот помнишь, два года назад я снималась в его клипе?
– Помню. Как и то, что после выхода клипа в прессе мелькали статьи о якобы вашем бурном романе за кадром.
– Ой, лучше не напоминай. Я думала, мой ревнивец поубивает всех журналистов, которые наклепали эти лживые статейки. Но сейчас не об этом. Я хотела сказать, что еще тогда Марк мне показался другим. Более сдержанным, серьезным, спокойным, что ли, если это слово вообще можно применить к Эндрюзу. Тебе же, как никому другому, известно, что я всегда его терпеть не могла, а в тот раз общаться с Марком было одно удовольствие. Никаких пошлых шуток, никаких подкатов и колкостей. Он не только внешне возмужал, но и повзрослел.
– И к чему ты мне все это рассказываешь?
– Да так… Просто, – подруга устремляет на меня загадочный взгляд.
– Сказала «А», говори и «Б».
– Я всего лишь хотела сказать, что не верю, что Марк приехал сюда чисто ради веселья. Нет. Тут что-то больше. И говорю я так, потому что интуиция мне подсказывает, что он тоже был влюблен в тебя. И, возможно, до сих пор любит.
Я разражаюсь громким смехом. Залпом опустошаю бокал и жестом прошу официанта повторить заказ.
– Ники, ты напилась уже, что ли? Марк был так безумно влюблен в меня, что за моей спиной шантажировал моего отца, трахался со всеми подряд, подкатывал к тебе и издевался над тобой?
– Это было десять лет назад, Эми. С тех пор много воды утекло. Говорю тебе: Марк изменился.
– Даже если так, меня это не касается. Я вообще не планирую с ним больше встречаться. У меня и без него дел по горло. Плюс мои отношения с Коннором для меня превыше всего. Да, у нас сейчас проблемы, но они решаемы. И мы их обязательно решим. Рано или поздно. А сейчас давай наконец перестанем говорить о мужиках. Будто у нас других тем для разговора нет.
Официант приносит нам новые коктейли, и я тут же делаю большой глоток, заливая бурлящее в груди негодование яблочной жидкостью. Отлично. Становится чуть легче. Естественно, запивать стресс алкоголем – самое ужасное, что можно придумать, но я так заколебалась за эти недели, что сегодня просто хочу забыться и оторваться по полной.
И, к счастью, Николина поддерживает меня в этом желании. Все наши последующие разговоры в основном крутятся вокруг историй Ники о ее гастролях, выступлениях на Бродвее и танцевальных коллаборациях со всемирно известными артистами. Жизнь подруги безумно яркая и насыщенная событиями. Моя такая же, однако у нас совершенно разные роды деятельности, поэтому мне безумно интересно слушать ее.
Время с Ники летит незаметно. Минуты сливаются в часы. Музыка в элитном диско-баре постепенно становится громче и зажигательней, народа прибывает все больше и больше. За вторым коктейлем следует третий, а дальше и четвертый. Наши голоса и смех повышаются на несколько тонов, а тела требуют движения.
Допив очередной коктейль, мы отправляемся на танцпол. Танцевать рядом с Ники мало какая девушка решилась бы. Она же профессиональная танцовщица и двигается так, что привлекает внимание большинства окружающих нас мужчин. Но мне плевать. Не за мужским вниманием я сюда пришла, а чтобы выбросить ненужную энергию.
В топку все тревоги, мысли и проблемы. Поднимаю руки вверх, двигаю бедрами, извиваюсь всем телом, растворяясь в оглушительных битах музыки и забывая обо всем на свете.
Разноцветные огни, дым, неоновые блики. Треки сменяются один за другим, настроение взлетает все выше и выше. Даже когда в душном помещении клуба начинает играть ремикс песни Эндрюза, меня это нисколько не колышет. Я в улете. Как того и хотела. Картинка перед глазами плывет, по венам растекается легкость. Мы с Ники танцуем совсем близко. Практически вплотную. Скользим ладонями по телу друг друга. Касаемся бедер, талии, рук. Смеемся, улыбаемся, вертим головами.
Думаю, со стороны наш дуэт выглядит чертовски сексуально. Блондинка в черном коротком платье и брюнетка в таком же мини-наряде только в кроваво-красном цвете. Дерзкие соблазнительные движения. Ласковые, едва ощутимые прикосновения. Никаких запретов. Никаких предрассудков и смущения. Наш танец – чистая провокация для каждого мужика в зале.
Я нисколько не удивляюсь, когда вскоре к Ники сзади пристраивается симпатичный товарищ. Волнение во мне тоже отсутствует. Только если за мужика, в случае если он окажется непонятливым и не согласится отвязаться от Ники по-хорошему. Я свою подругу знаю. С годами она пусть и стала менее буйной, но ей до сих пор ничего не стоит сломать кому-нибудь нос или подбить яйца. Однако сегодня все обходится без драк. Николине хватает всего лишь показать мужчине один палец, и он тут же поднимает руки в миролюбивом жесте и отправляется на поиски другой рыбки на ночь.
– Ты что, показала ему фак, и он так просто свалил? – перекрикиваю я музыку.
– Я показала ему кое-что получше, – Ники машет перед моим лицом безымянным пальцем с обручальным кольцом. – Это лучший оберег от нежеланной компании.
И это действительно так.
Второй и третий мужик, подкатившие к Ники, так же быстренько ретируются, стоит им понять, что она замужняя женщина.
Как же прекрасно, что в кои-то веки я не забыла надеть свое кольцо. Оно мне тоже помогает отшить парочку кадров, чтобы продолжить всецело отдаваться танцу вместе с подругой. Правда, через несколько минут, я опять чувствую, как некто горячий и крупный подходит ко мне со спины слишком близко.
– Потанцуешь со мной? – горячее дыхание касается моего уха, и кожа покрывается мурашками, а вся кровь в теле враз превращается в лаву.
В пьяном состоянии я не придаю этой реакции должного внимания. Просто поворачиваюсь передом к незнакомцу. Высокому. Отдаленно знакомому. В брюках и пиджаке, надетом поверх белой майки. Хитрые глаза смотрят на меня сквозь очки с черной оправой. Темные волосы аккуратно уложены назад, а над чувственными губами красуются усы.
Я решаю не тратить силы на идентификацию личности этого секси препода. В состоянии опьянения плюс в свете мигающих огней и дыма это все равно сделать невозможно. Продолжая вилять бедрами в такт музыке, я поднимаю руку и показываю мужчине палец с кольцом.
Ожидаю, что он, как и предыдущие мужчины, тут же уйдет, но нет. «Препод» переводит взгляд на кольцо, пару секунд смотрит, а потом я будто в ускоренной съемке наблюдаю, как наглец касается кольца и одним ловким движением снимает его с пальца.
Вот так просто.
Вот так быстро.
Было кольцо. И нет его.
Я замираю от шока и даже трезвею немного. То открываю, то закрываю рот как рыба, не зная, что сказать и что делать. Перевожу ошалевший взгляд с руки на лицо вора и вижу, что он, мать его, улыбается.
– А теперь потанцуешь со мной? – наклонившись ко мне, повторяет свой вопрос.
И теперь, когда довольное лицо «препода» находится всего в паре-тройке сантиметров от моего, я за долю секунды распознаю, что за клоун стоит передо мной.
Глава 10
– Немедленно верни мне кольцо, Эндрюз! – отмерев, перекрикивает музыку Мили. И нужно сказать: делает это с легкостью. Голос у нее что надо. Сильный, звонкий, громкий. Я знаю. Помню. Каждый ее стон и крик помню, словно слышал его совсем недавно.
– А что мне за это будет?
– Я лучше скажу, что тебе за это не будет!
– Да? И что же?
– Подбитой физиономии! Быстро верни его мне, если не хочешь получить в глаз!
– Ты на меня Никс спустишь? – усмехаюсь, переводя короткий взгляд на блондинку. Она как ни в чем не бывало танцует в метре от нас.
– В этом нет необходимости. Я и сама справлюсь.
– Даже так?
– Да!
– Тогда дерзай! Бей, сколько хочешь, но кольцо я верну только после того, как ты потанцуешь со мной, – с ухмылкой прячу бриллиант во внутренний карман пиджака, вновь вынуждая Мили раскрыть рот от возмущения.
Взглядом стекаю с пьяных глаз к губам, покрытым красной помадой. В тон ее откровенному платью. Мили в нем шикарна. До невозможности сексуальна. Это, блять, понимаю не я один. Толпа маячащих со всех сторон мужчин уже слюнями истекли от созерцания танцев этих двух подружек. И если на Никс мне плевать. Защита ее сексуальной задницы от атак мужских лап – задача ее мужа, то с Мили все иначе. Я готов переломать руки каждому, кто еще хоть раз попытается ее коснуться.
Как только Коннор выпустил свою невесту в клуб в таком виде? И раз уж выпустил, то почему хотя бы не приставил к ней охрану? Ему реально плевать, что ее с легкостью могут куда-то затащить и оттрахать? Задушил бы придурка. Голыми руками. Он совсем не ценит то, что имеет. И не боится это потерять.
– Эндрюз, ты… – Мили порывается выплюнуть новую порцию угроз, но я еще на старте перебиваю:
– Что я, Харрисон? Что?
– Я всего лишь хочу, чтобы ты потанцевала со мной. Разве это так сложно сделать? – аккуратно опускаю руки на Милины плечи, и она вздрагивает. Даже в темноте клуба вижу, как ее кожа покрывается мурашками. Моя тоже покрывается, в кончиках пальцев потрескивает ток, распространяя электрические импульсы по всему организму. И они лишь усиливаются, когда я начинаю медленно скользить вниз по ее рукам, локтям, предплечьям и достигаю ладоней. Теплых, нежных, изящных. С проворными тонкими пальчиками, которые способны сотворить магию на фортепиано. Зацеловал бы их все сейчас. Каждый по отдельности. Но, уверен, Мили тут же врубит сирену и отстранится, поэтому я просто беру ее руки и под внимательный взгляд карих глаз окольцовываю ими свою шею.