Тони ДиТерлицци – Герой УдивЛы (страница 43)
– Наши традиционные ритуалы не могли утолить мою печаль. Мне нужно было… – начала птичка.
– И ты отказался от них? Наши духоисцеляющие ритуалы действовали на протяжении многих поколений, оставаясь неизменными со времен, когда мы жили на родной планете. Так было всегда. А ты, значит, решил отречься от них? – Голос Антиква звенел от возмущения.
– Я происхожу не с нашей родной планеты. Я родился на Орбоне, – сказала правдоптаха.
– И тут, на Орбоне, ты бросил всех нас в деревне без каких-либо предупреждений? – Антикв оперся на трость и поднялся, явно разгневанный словами Ровендера. – Когда болезнь забрала еще многих из нашего клана, тебя здесь не было. Когда мант-бегуны спасались от дорсеанских браконьеров, тебя здесь не было. Когда наши разведчики начали загадочным образом пропадать…
– Я ушел, потому что никто из вас не мог исцелить меня. Я ушел, потому что не знал, зачем мне жить. Я ушел, потому что не понимал, почему я выжил, когда мои родные погибли. – (Сот посмотрела на Антиква, но тот ничего не сказал.) – Я стал призраком, видением, принужденным вечно скитаться без всякой цели. Мне все было безразлично, включая самого себя… Пока я не повстречал девочку из рода людей, Зию Девять.
– Вот эту? – Антикв махнул рукой в сторону Зии.
– Зиа подарила мне цель. Она вновь наполнила мое сердце надеждой. Мой дух почуял, что она особенная. Мой дух велел мне учить ее, как если бы она была моим ребенком: рассказывать о нас… об Орбоне… обо всем. Но я и не догадывался, что это она учила меня.
Слезы текли по щекам Зии, пока она слушала Ровендера. Ее друг немало пострадал от Бестиила, авторитонов и песчаных снайперов, и все же казалось, что самые большие страдания он испытывает теперь, произнося эти слова, делясь этой правдой.
– И чему же она тебя научила? – спросила Сот.
– Сердце, полное сочувствия, так же непросто иметь в груди, как сердце, полное равнодушия, – ответила правдоптаха.
Антикв молчал. Члены совета смотрели на него в ожидании ответа.
– Скажи что-нибудь, – обратилась к вождю Сот. – Ибо теперь ты ведаешь его правду.
Антикв откашлялся.
– Я знал, что ты скорбишь о своих близких. И вся деревня скорбела о них. Мы все оплакивали их уход.
– Но ты этого никак не показал, – проговорила птичка.
– Вождь должен быть надежным и сильным, с какими бы ужасами он ни столкнулся. Вождь не может выказывать боль, Ровендер. Это могут истолковать как знак слабости, – сказал Антикв еле слышно. Почти шепотом.
– Мне не нужен был вождь, – отозвалась правдоптаха. – Я хотел видеть отца.
Антикв ответил дрожащим голосом:
– А я хотел вернуть своего сына, моего маленького беззаботного сына, который всегда был рядом. Всегда играл. Всегда смеялся. Не был раздавлен трагедией. Не был сломлен капризами судьбы.
– Дитя нуждается в родителях в любые времена, отец. Не только когда жизнь улыбается ему.
Антикв подошел к Ровендеру и осторожно вытащил птичку у него изо рта. Обхватив голову сына дрожащими руками, он проговорил:
– Ты прав, сынок. Ты прав.
Все члены совета старейшин захлопали и радостно заголосили.
Зиа наконец выпуталась из веревок и бросилась было к Ровендеру, но остановилась, увидев, что тот обнимает отца. Тут в голове ее, словно давно забытая колыбельная, всплыли строчки из прорицания Арии:
Зиа вытерла слезы и улыбнулась.
Глава 30
Семья
– Если столкновение неизбежно, – говорил Антикв, – мы должны сделать все, чтобы помочь братским кланам.
– Нам срочно нужно в Лакус, – сказала Зиа. Она сидела в кругу старейшин рядом с Ровендером. Большинство жителей деревни, а также Зиа Восемь набились в небольшую хижину и стояли кругом. – Предупредить альционов. А мне бы поговорить с Арией.
– С Арией? – удивилась Сот. – Арсианкой? Откуда ты ее знаешь?
– Мы встречались, – ответила Зиа. – Она предсказала мое будущее и наградила вот этим. – Зиа закатала рукав.
– Арсианский символ! – Глаза у Сот расширились от изумления. – Маленькая нимфа, на тебе метка.
Зиа раскатала рукав обратно. Ей не надо было оглядываться, она и так знала, что глаза всех в этой хижине устремлены на нее.
– Это хорошо? – неуверенно спросила она.
– Метка может свидетельствовать о хорошем, плохом и чем-то совсем ином, – сказала шаманка. – Зависит от того, какие действия и события с ней связаны.
– А поскольку ты сильно рисковала и пошла против воли вашего вождя, чтобы вернуть нам умирающего собрата, я бы предположил, что это хорошая метка, – высказался Антикв.
– Знаешь, арсиане – включая Арию – обычно сторонятся других. Они весьма избирательны в общении, – рассказывала Сот. – Помнишь ли ты что-то из предсказаний Арии?
Зиа сосредоточилась, пытаясь извлечь из памяти слова прорицательницы.
– Что-то про дар, который никто не может дать и взять… не знаю… не помню. Слова вертятся у меня в голове, но никогда не приходят по моему хотению.
– Дар? – переспросил Антикв.
– Величайший дар из всех – это жизнь, – отозвалась Сот.
– Может быть, имеется в виду генератор витавируса? – предположила Зиа.
Антикв согласно закивал:
– Этот дар уж точно никто не может взять.
– Кадм попытается, – заговорила Зиа Восемь.
– Я уже говорила: ему никогда не найти генератор, – ответила Сот. – Он сокрыт глубоко в Сердце Блуждающего леса, и его охраняют могущественные силы.
– Именно. Сущность, которая прозревает самый твой дух, – подтвердил Антикв. – Она узнает, если кто-то нечистый сердцем попробует ступить в ее пределы.
– А, те знаки, – сообразила Зиа. – Я помню, мы видели их, да, Рови?
– Предупреждение для всех, кто посягает на границы Сердца леса, – сказал Ровендер. – То, что обитает внутри его, – за пределами нашего понимания. Мало кто осмеливался войти туда, и еще меньше вернулись обратно.
– А те, что вернулись, вернулись совсем иными, – добавила Сот. – Стали непохожими на тех себя, которые прежде вошли в Сердце.
По собранию прокатился согласный шепот.
– Отец, можно, мы возьмем шаттл и полетим в Лакус, чтобы помочь нашим братьям-альционам? – обратился Ровендер к Антикву.
– Я все еще не понимаю, зачем людям осаждать Лакус, вместо того чтобы напасть прямо на Солас? – сказал Антикв, задумчиво поглаживая подгрудок[7].
– Я видела, что Кадму помогает некто, похожий на арсианина, – правда, он все же немного отличался от тех, что я видела прежде, – сообщила Зиа. – Они почему-то хотели сначала найти Арию, а потом уже идти на Солас.
– О, это плохо, – простонал Антикв. – Очень плохо.
– Почему? – растерялась Зиа.
Сот достала с полки продолговатый резной предмет из дерева. Им оказалась покрытая шеллаком деревянная фигурка улыбающегося округлого существа. Сот повернула верхнюю часть фигурки, и та раскрылась в середине, обнаружив внутри такую же резную фигурку меньшего размера. И Зиа словно бы увидела матрешек из своего сна.
– С нами на Орбону прилетели четверо арсиан. – Сот расставила все четыре куколки в ряд. – Две сестры и два брата.
– Да, – кивнула Зиа. – В Королевском музее я познакомилась с Дзином, и он рассказал мне об этом. У него две сестры: Ария и Дария.
– Верно, – сказала Сот и разделила куколок на пары. – Ария стремится разглядеть предвестия будущего. Дария ищет мудрости в прошлом.
Зиа наконец узнала кукол: они искусно изображали Арию, ее сестру и братьев.
– А Дзин что ищет? – спросила она, показывая на его кукольное воплощение.
– Знания. Именно поэтому король Охо и пригласил его в наше странствие, – ответила шаманка.