Тони ДиТерлицци – Битва за УдивЛу (страница 40)

– Я, пожалуй, пойду отдыхать. Хэкель, если ты не возражаешь, предлагаю всем спать на борту.

– Разумеется, – ответил пилот.

– Согласен, отец. – Ровендер помог старику устроиться на диске. – Хотя не думаю, что нас кто-то потревожит. Редим сказал, что посторожит ночью. – И он махнул рукой в сторону дорсеанца, стоявшего возле судна. – Хэкель, тебе помочь с одеялами и матрасами?

– Давай.

– Зиа, я скоро вернусь, – сказал Ровендер и последовал за пилотом к шаттлу.

– Угу, – буркнула Зиа, не отрываясь от своего занятия.

– Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь, Зиа, – сказал Антикв.

– Я тоже надеюсь. Спокойной ночи. – Зиа встала и обняла его. – Скоро приду.

Антикв прошел мимо Редима и скрылся внутри корабля. Массивная фигура дорсеанца закрывала почти весь дверной проход шаттла, и при этом он казался очень маленьким – понурый, с опущенной головой, почти как растерянный ребенок. Зиа смотрела, как он перекинул ремень звукового ружья через плечо и уселся под носом судна.

Глава 28

Предсказание

Утреннее солнце позолотило сожженные остовы зданий на улицах Соласа. Зиа разглядывала открывшиеся ее взору разрушения через лобовое стекло шаттла. «Теперь это похоже на Новую Аттику», – подумала она.

– А флот Кадма? – проговорил Ровендер, стоявший рядом с ней. – Интересно, где он?

– И боевых роботов нет, – заметила Зиа, осматривая засыпанные мусором проспекты и ища глазами грозные машины.

– Семь колец Орбоны! Это то, что я думаю? – воскликнул Хэкель, показывая на мостовую под ними. Тела самых различных форм лежали лицом вверх прямо на мостовой.

Как только Зиа осознала увиденное, она заметила, что ряды мертвых жителей города тянутся далеко-далеко вперед на целые кварталы.

– Очень много погибших… – сказал Ровендер.

– Как будто их опять скосила скрытая чума, – добавил Хэкель.

– Да, вот только причину этих смертей скрытой не назовешь, – заметил Антикв. – Поэтому тела и сложили здесь, чтобы все видели.

Зиа на мгновение встретилась взглядом с Ровендером. Тот посмотрел на дорсеанца и обратился к нему:

– Обещай мне, Редим, что с ней ничего плохого не случится, а иначе, клянусь…

– Обещаю, – перебил его Редим и, вынув из сумки луч-навигатор, зажал его в своих когтях. – В этом луче-навигаторе координаты взех извезтных нам людзких подземных жилищ – тех, которые обнаружил королевзкий разведывательный отряд. За пределами той облазти, где мы непозредственно обитаем, их еще очень много.

– Убежища? – спросила Зиа.

– Езли вы их так называете, – ответил Редим и вложил куб ей в руки. – А теперь зкажи: зтала бы королева делитьзя з тобой этими данными, езли бы зчитала, что это навредит ей?

Зиа передала луч-навигатор Ровендеру:

– Сохрани его. – Натянутые нервы Зии вибрировали, она с трудом сглотнула. – Давайте уже покончим с этим.

Дорсеанец повернулся к Хэкелю:

– Веди корабль к дворзу и зделай один облет вокруг бажни.

– Один?

– Да. Позтарайся быть неприметным, как будто ты озматриваежь разружения.

– Понятно. Будем там через пару минут.

– Тогда вперед.

Редим вышел из кабины и отправился в грузовой отсек, где быстро отстегнул глайдер и выдвинул крылья из пазов.

– Почти прибыли, – крикнул Хэкель из рубки.

– Расскажи ей свою правду. Это все, что сейчас можно сделать, как ни посмотри, – сказал Антикв, сжав руку девочки.

Та кивнула.

– Рузендер, открой входной люк. – Редим завел двигатель глайдера. – Зиа Девять, запрыгивай, и позкорее! – велел он и бросил девочке пару летных очков.

Ровендер обнял Зию:

– Ты не обязана идти туда, если не хочешь.

– Я знаю. – Она крепко обняла его в ответ. – Но если есть шанс все поменять, надо попытаться.

– Что ж… Прошу только, береги себя, – напутствовал Ровендер, целуя девочку в лоб.

– Буду.

Зиа взобралась на заднее сиденье глайдера. Она натянула очки и взялась за поручни, вмонтированные в корпус с двух сторон. Оказавшись так близко к дорсеанцу, Зиа учуяла его земляной, терпкий запах. Он напоминал запах рогатого зверя, который гнался за ней в лесу.

– Я верну ее домой в целости и зохранности позле взтречи. – Редим напялил объемистый летный шлем с защитными очками. Теперь, когда повязка на глазу была скрыта под шлемом, он еще больше напоминал Бестиила.

– Увидимся в деревне, – сказал Ровендер, помахал рукой и открыл люк.

Глайдер вывалился из шаттла и устремился к высокому дворцовому шпилю. У самой заостренной верхушки башни виднелась врезанная в стену ниша.

– Такой ветер!.. – прокричала Зиа. – Ты вообще сможешь приземлиться?

Поблекшие стяги на дворцовом шпиле так сильно трепыхались на ветру, что казалось, вот-вот сорвутся с держащего их троса.

Редим, однако, с легкостью провел глайдер между полотнищами.

– Не бойзя, – громко проговорил он через плечо, – прозто не змотри вниз.

Сильный порыв ветра ударил по крыльям глайдера, но Редим среагировал мгновенно и тут же выровнял судно.

Несмотря на предупреждение, Зиа все-таки опустила взгляд. Они уже почти подлетели к нише, но на такой огромной высоте у нее вдруг закружилась голова. Девочка изо всех сил вцепилась в поручни.

Глайдер зашел на посадку и приземлился на широком балконе. Редим заглушил двигатель и слез с седла.

– Давай зкорее, Зиа Девять. Тебя не должны заметить.

Зиа тоже сошла с глайдера и осмотрелась. С роскошного балкона открывался вид на раскинувшийся внизу город. «Хороший, наверное, был вид, – подумала она, – до битвы». Она разглядела, как сирулианский шаттл приземлился у подножия башни рядом с прочими кораблями, выстроившимися в ряд вдоль берега.

– Удачи, Рови, – прошептала она и подошла к Редиму, ожидающему у высоких двойных балконных дверей.

Ее проводник толкнул одну створку и повел Зию по резной лестнице в богато украшенную спальню. Пышные покои по человеческим меркам были просто гигантскими. Изящные узоры покрывали каждый сантиметр стен и вели к затейливой росписи по всему потолку.

По центру комнаты висела люстра размером больше, чем глайдер, на котором прилетела Зиа. От навершия, на котором крепился гигантский канделябр, расходились в разные стороны длинные тонкие металлические прутья, и на конце каждого красовалась разноцветная сфера. Зии вся конструкция напомнила модели Солнечной системы – она изучала такие в исторических голопередачах. Но эта модель представляла собой не Солнечную, а какую-то совершенно незнакомую звездную систему.

Высоко поднятая над полом кровать под балдахином располагалась напротив балконной лестницы и была застелена тканью тончайшей работы. Подойдя ближе, Зиа разглядела, что узор на материи как будто слегка переливается – словно рябь идет по воде. А если приглядеться, то и узор на обоях делает то же самое. Прибавить сюда вращающуюся планетарную систему в свете люстры – и вся комната кажется живой. И поющей.

Внимание Зии привлек большой шесток, изготовленный в форме старого дерева. Темная патина металлического ствола резко контрастировала с цветастыми крохотными птичками, устроившимися на нем. Зиа узнала и птичек, и их песню.

«Я пою самую красивую песенку. Я пою самую чистую песенку».

– Это же… – начала Зиа.

– Треовы, – закончил сдержанный гортанный голос.

В занавешенном дверном проеме стояла королева Охо. Как и в прошлый раз, ее высокая фигура была облачена в тяжелое, многослойное, богато вышитое одеяние. Из-под широкого складчатого воротника, скрывавшего длинную шею, выходило несколько цепочек с разными подвесками, а большой голосовой перекодировщик парил у королевы над головой и следовал за каждым движением. Королева Охо вплыла в комнату, и ее переливчатые глаза, яркость которых еще больше подчеркивали темные узоры, нанесенные на лицо, пристально разглядывали Зию. За Охо следовали два королевских гвардейца и еще одно экстравагантно наряженное существо – видимо, придворный, решила Зиа.

– Треовы, отловленные в запредельных лесах и принесенные мне в дар многими делегатами из тех, что соберутся сегодня на пир в честь победы, – в знак того, что мы всегда будем говорить правду, – сказала Охо, наблюдая за пташками. На фоне ее величественной фигуры пернатые казались просто скопищем букашек.

– Важе Величезтво. – Редим приблизился к королеве и поцеловал одну из подвесок на ее шее. – Я изполнил важе приказание.