Tommy Glub – Невеста изумрудных принцев + Бонус (страница 9)
Она улыбается снова, и эта улыбка разливается теплом в моей груди. Я гляжу на нее, ощущая, как сердце бьется чаще.
— Ты даже не представляешь, как долго мы ждали тебя, — произношу я тихо, мой голос звучит ниже, чем обычно. — Каждая ночь, когда мы являлись тебе, каждое прикосновение, каждое слово было мучительно недостаточным… Мы хотели больше, Ариана. Хотели тебя…
Ее взгляд застывает на моих губах, и я едва сдерживаюсь, чтобы не протянуть руку и не притянуть ее к себе.
— Я чувствовала то же самое, — признается она, слегка краснея. — И я не жалею ни о чем. Теперь я ваша.
— Наша, — соглашается Риан, едва сдерживая улыбку.
Я снова поднимаю бокал:
— За нас. За тебя, Ариана.
Бокалы соприкасаются с мелодичным звоном. Ариана пьет глоток, и капля лазурного напитка остается на ее губах. Я осторожно стираю ее большим пальцем, позволяя себе чуть задержаться, наслаждаясь ощущением ее мягкости.
— А теперь, — произносит Риан, слегка улыбаясь, — поужинаем. Потому что после ужина у нас есть планы…
Ариана смотрит на нас с притворной строгостью, но в ее глазах уже загорается тот самый огонек, который мы оба хорошо знаем. Она, кажется, знает, что именно ждет ее после ужина, и эта мысль заставляет мое сердце биться быстрее.
Я беру в руки один из фруктов и подношу к ее губам, наслаждаясь тем, как она нежно касается его зубами, забирая сладость. Это только начало, и уже совсем скоро мы оба вновь сможем почувствовать ее вкус и тепло ее тела, которого нам обоим сейчас невыносимо не хватает.
Лишь еще немного подавить на ее нейронные точки и окончательно вырубить все страхи…
Еще немного…
16 глава
Я чуть дрожащими пальцами касаюсь прохладной поверхности бокала. Мое сердце бьется так громко, что я уверена – его слышат все вокруг. Но здесь только Риан и Риус… и их присутствие одновременно успокаивает и тревожит…
На столе расставлены блюда, аромат которых незнаком, как и названия, впрочем, но так притягателен. Я делаю осторожный вдох – тонкие запахи пряностей и чего-то сладковатого, едва уловимо похожего на ваниль, смешиваются, пробуждая голод, о котором я даже не подозревала.
Риус подает мне небольшой кусочек фрукта, и я пробую его. Нежная мякоть тает на языке, оставляя ощущение неземного удовольствия. Мои глаза закрываются сами собой, губы изгибаются в невольной улыбке. Вкус пробуждает не только аппетит, но и какие-то новые чувства – уверенности и безмятежности.
— Вкус-сно? — шепчет Риус, наклоняясь ко мне ближе. Его дыхание ласкает кожу на шее, и я едва удерживаюсь, чтобы не повернуться к нему и не коснуться его губами.
— Очень, — отвечаю я, чувствуя, как по телу разливается тепло. И это не просто тепло от еды или вина, а что-то более глубокое, доверительное.
Мое сердце начинает стучать сильнее, когда я осознаю, насколько быстро я начала им доверять. Я вспоминаю, как легко приняла их присутствие, как позволила забрать себя с Земли, ни на мгновение не подумав, как отреагируют на мое исчезновение родители. Эта мысль на миг пугает меня, словно я теряю себя, но так же быстро растворяется под взглядами Риуса и Риана.
Их глаза смотрят на меня с такой теплотой и нежностью, что сомневаться кажется неправильным, почти запретным.
— Ты с-сейчас с-счастлива? — осторожно спрашивает Риан. Его голос звучит тихо, почти интимно
— Да, — признаюсь я честно, встречая его взгляд. — Очень.
И это правда. Разве они не забрали меня из мира, в котором меня считали сумасшедшей? Разве не они подарили мне новую жизнь, наполненную теплом и вниманием? Они были рядом, больше, чем мои родные, за столь недолгое время, защищали и дарили свою любовь, даже если я еще не могла до конца понять ее природу.
— Мы хотим, чтобы ты никогда не с-сомневалас-сь в нас, Ари, — серьезно говорит Риус, касаясь моей руки. Его пальцы прохладные, но прикосновение разжигает во мне огонь. — Ты должна з-снать, что мы готовы на вс-се ради тебя.
Я сглатываю и киваю. Впервые в жизни мне хочется полностью довериться кому-то, отпустить сомнения и страхи, просто быть рядом и наслаждаться этим новым чувством.
Когда ужин заканчивается, братья сопровождают меня обратно в спальню. Там уже мерцают свечи, наполняя комнату мягким светом и ароматом цветов, чей аромат заставляет тело расслабляться.
Я стою в центре комнаты, чувствуя на себе пристальные взгляды Риана и Риуса. Их взгляды наполнены желанием и восхищением. Мое сердце вновь начинает колотиться быстрее.
— Ари… — голос Риуса заставляет вздрогнуть. Он подходит ко мне ближе, его пальцы нежно скользят по моей щеке, опускаются ниже, к шее. — Мы так долго тебя ж-шдали…
— И теперь ты здесь, — добавляет Риан, подходя с другой стороны и обнимая меня за талию. — Ты наш-ша.
Их слова проникают вглубь, пронизывая каждую клетку моего тела. Я ощущаю, как тепло их тел окутывает меня, и вся я горю от ожидания. Их губы начинают покрывать мою кожу легкими, невесомыми поцелуями, каждый из которых оставляет после себя огненный след на коже.
Я ощущаю, как платье медленно соскальзывает с плеч, открывая кожу для новых ласк. Дыхание становится прерывистым, сердце бешено стучит в груди, а мысли расплываются, уступая место чистым ощущениям.
Но внезапно, когда их прикосновения становятся все более страстными, во мне словно включается какой-то скрытый механизм. Он заставляет меня резко отскочить от них, едва сдержав порыв рвоты.
— Нет… — шепчу я, резко отступая назад. Меня охватывает внезапная паника, сердце стучит, будто хочет вырваться из груди. — Это не по-настоящему…
Я задыхаюсь, пытаясь вдохнуть воздух. В голове кружится. Мое тело словно чужое, меня накрывает волна страха, непонимания, растерянности.
— Ари, что с-с тобой? — мягко и осторожно спрашивает Риус, в его глазах тревога и забота. Он делает шаг вперед, но я отшатываюсь, словно от прикосновения огня.
— Я не знаю… — едва слышно отвечаю я, в горле ком, глаза наполняются слезами. — Это слишком быстро, я не могу… Я не уверена, что все это по-настоящему. Что вы настоящие…
Они замолкают, и комната наполняется напряженной тишиной. Я чувствую, как дрожат мои руки, сердце тяжело стучит.
Риан тихо подходит ко мне, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки.
— Мы настоящие, Ариана, — мягко, но уверенно произносит он. — И твои чувства тоже настоящие. Просто… дай себе время. Мы будем ждать.
Я смотрю на него, чувствуя, как из груди медленно уходит паника. Их лица выражают заботу и понимание, ни тени осуждения или раздражения.
— Прости, — шепчу я, и слезы, наконец, срываются с ресниц, стекая по щекам. — Я правда хочу верить, но…
— Никаких «но», — говорит Риус, осторожно обнимая меня за плечи. Его прикосновение осторожное и бережное, успокаивающее. — Мы рядом. Сколько потребуется времени – столько мы тебе и дадим. Ты не одна. Больше не одна.
Я позволяю себе расслабиться в его объятиях, постепенно приходя в себя. Сердце успокаивается, дыхание становится ровным. Внутри снова тепло и светло, несмотря на остаточные отголоски страха.
— Спасибо, — тихо произношу я, и это слово звучит настолько искренне, что в груди вновь становится легко. Я больше не боюсь.
Их любовь, их терпение и понимание сильнее любых моих страхов. И даже если путь будет трудным, теперь я точно знаю, что не пройду его одна.
17 глава
Я сижу в каюте космического корабля, устроившись на хвосте Риуса — моего… супруга, чья чешуя переливается оттенками изумрудного. Жар его тела проникает сквозь мое платье, создавая кокон уюта и тепла. Голографические проекции танцуют передо мной, рисуя образы Веларии, а голос корабельного ИИ плетет повествование с интонациями сказочника, рассказывающего детям о далеких чудесах.
Мои пальцы бессознательно скользят по прохладным чешуйкам, ощущая их идеальную геометрию, едва заметные гребни, которые поднимаются и опускаются в такт движений Риуса.
Но вот повествование доходит до главы о правящей династии, и мое сердце замирает. Слова всплывают перед глазами:
Мир вокруг словно теряет фокус. Я поднимаю взгляд на Риуса, и в его янтарных глазах вижу отражение моего потрясения.
— Да, — его голос спокоен. — У них жена з-семлянка.
Большой палец сам находит дорогу к моим губам — старая привычка из детства, когда мир становился слишком большим и непонятным. Я прикусываю его, чувствуя, как реальность в моей голове перестраивается вокруг этого нового знания.