Tommy Glub – Истинная игрушка для Альф (страница 8)

Когда я взял ее руку во время церемонии, когда наши пальцы соприкоснулись, — по мне прошла волна. Не просто имитация, не просто подделка под связь. Настоящая волна. Горячая, обжигающая, пронзившая меня от кончиков пальцев до самого сердца.

Я почувствовал ее.

Не тело. Не оболочку.

Что-то внутри.

И это невозможно. Биороботы не имеют внутреннего мира. Они — пустые сосуды, управляемые программой. У них нет сознания, нет души, нет того, что может откликнуться.

Но она откликнулась.

Я подхожу к ней. Останавливаюсь прямо перед ней, так близко, что вижу каждую ресницу, каждую золотистую крапинку в ее серо-голубых глазах. Она не поднимает взгляд. Не шевелится. Дышит ровно, спокойно.

Я поднимаю руку и касаюсь ее подбородка. Осторожно, кончиками пальцев, приподнимаю ее лицо, заставляя посмотреть на меня.

Глаза встречаются с моими.

Пустые. Безучастные.

Как и должно быть.

Но секунду назад, на церемонии, когда я держал ее руку, — в этих глазах было что-то. Вспышка. Искра. Что-то живое.

Или мне показалось?

— Кто ты? — шепчу я, и голос звучит хрипло, непривычно.

Она молчит. Конечно, молчит. Биороботы не говорят, если им не дать команду.

Я отпускаю ее подбородок и отхожу, провожу рукой по волосам. Нужно взять себя в руки. Это усталость. Напряжение церемонии. Годы ожидания, которые наконец завершились. Все это давит, искажает восприятие.

Дэйер подходит к столу, наливает два бокала красного вина. Протягивает один мне. Я беру, делаю глоток. Терпкое, с долгим послевкусием. Хорошее вино…

— Мы сделали это, — говорит Дэйер, и в его голосе слышится нечто похожее на облегчение. — Трон наш, Найт. Все, к чему мы шли. Все, ради чего… — Он замолкает, смотрит на нее. — Ради чего мы создали ее…

Я киваю. Да. Все ради этого.

Власть. Трон. Возможность изменить этот мир, сделать его таким, каким он должен быть. Мы с Дэйером мечтали об этом с детства — с тех пор, как поняли, что законы устарели, что система прогнила, что нужны перемены. Но без трона мы были бы никем. Просто наследниками, которых терпят, но не слушают.

Теперь все изменится.

10 глава

Я допиваю вино и ставлю бокал на стол. Поворачиваюсь к ней.

Она все еще стоит там же. Не пошевелилась. Ждет.

Чего она ждет? Команды?

Я делаю шаг к ней, потом еще один. Дэйер наблюдает, молча, но я чувствую его взгляд на себе.

— Стой у стены, — говорю я, и голос звучит ровно, властно. — Жди дальнейших указаний.

Она послушно поворачивается и идет к стене. Останавливается возле нее, принимает позу — руки сложены перед собой, голова склонена, спина прямая.

Идеальная кукла.

Я отворачиваюсь и начинаю расстегивать церемониальный китель. Ткань тяжелая, плотная, и после нескольких часов церемонии хочется снять ее, дышать свободно. Дэйер делает то же самое — стягивает плащ, вешает на спинку дивана, расстегивает воротник.

Мы не говорим. Просто переодеваемся, возвращаемся к привычному — простые темные рубашки, удобные брюки. Никаких излишеств.

Наконец Дэйер опускается на диван, откидывается назад, закрывает глаза.

— Устал, — говорит он.

— Я тоже.

Но я не сажусь. Хожу по комнате, не в силах успокоиться. Мысли роятся, не дают покоя.

Трон — наш. Это свершилось.

Элиза. Нужно еще решить вопрос с Элизой.

Я останавливаюсь у окна, смотрю на город внизу. Огни, тысячи огней. Все эти люди — теперь мои подданные. Моя ответственность.

— Она будет проблемой, — говорю я вслух.

Дэйер открывает один глаз.

— Элиза?

— Да.

Он вздыхает.

— Я знаю.

Элиза. Высокородная, амбициозная, красивая. Мы встречались с ней годами — не потому, что испытывали к ней что-то, а потому, что так было удобно. Ее семья влиятельна, связи широки, и союз с ней казался логичным. Мы никогда не обещали ей трон. Никогда не говорили, что она станет нашей супругой.

Но она верила. Сама себе внушила, что мы поделимся властью.

И теперь, когда мы привели другую она будет в ярости.

Я видел ее лицо сегодня, в толпе. Видел, как она смотрела на биоробота. Ненависть. Чистая, неприкрытая ненависть.

Элиза не из тех, кто прощает.

— Нужно усилить охрану, — говорю я. — Она попытается что-то сделать.

Дэйер кивает.

— Я распоряжусь.

Тишина.

Я оборачиваюсь, снова смотрю на нее — на биоробота. Она все еще стоит у стены, неподвижная, терпеливая. Свет из окна падает на ее волосы, и они кажутся почти серебряными.

Красивая.

Слишком красивая.

Создатели постарались. Каждая черта выверена, каждая линия совершенна. Лицо, которое можно разглядывать часами. Тело, которое…

Я обрываю мысль.

Не сейчас.

Дэйер встает, подходит ко мне.

— Что будем делать с ней? — спрашивает он тихо.

Я понимаю, что он имеет в виду. Официально она — наша супруга. Наша Истинная. Народ ожидает, что мы проведем с ней ночь. Закрепим связь.

Но она — кукла. Пустая оболочка. Это даже и близко не вызывает того желания, от которого бы настоящая ночь с истинной стала бы одной из самых лучших ночей.

Я смотрю на Дэйера, и он смотрит на меня, и мы оба знаем ответ.

— Ничего, — говорю я. — Мы не обязаны уже как несколько часов исполнять абсолютно все, что должны были ранее.