Томас Майер – Мастера секса. Настоящая история Уильяма Мастерса и Вирджинии Джонсон, пары, научившей Америку любить (страница 15)

Но на самом деле проблема была не в Либби, а в Билле. «Элизабет не могла забеременеть, и в ее бесплодии был виноват Билл Мастерс и его олигоспермия, низкое количество сперматозоидов в сперме», – сообщал доктор Гроди, работавший вместе с Мастерсом над использованием цервикальных колпачков для лечения мужского бесплодия. Билл решил, что сможет решить свои проблемы с фертильностью, когда прочел о первичных исследованиях шеечных колпачков и решил поставить собственный эксперимент. Среди «подопытных кроликов» в эксперименте числились также Бетти и Билл. «Билл сказал, что у него низкая численность сперматозоидов, и поэтому он использовал колпачок», – пояснял Гроди, который занимался большинством деталей эксперимента, описанного в их совместной статье для «Журнала Американской медицинской ассоциации», вышедшей в мае 1952 года. В отчете обе беременности Элизабет Мастерс были описаны под инициалами «Э. М.», как, впрочем, обозначались и остальные пациенты, чей клинический случай был успешным. В статье подчеркивалось, что шансы Билла зачать ребенка естественным образом были ничтожно малы. Было указано, что количество сперматозоидов в 60 миллионов на кубический сантиметр, «является нижней границей нормы». У остальных 13 мужчин, участвовавших в исследовании, среднее количество сперматозоидов составляло 36 миллионов на кубический сантиметр. У Билла Мастерса – «супруга Э. М.» – было всего 5 миллионов на кубический сантиметр, то есть ниже, чем у остальных участников.

Он не мог признаться в низком качестве своей спермы – может быть, потому что не мог смириться со своей мужской несостоятельностью, своим слабым звеном в тщательно выстроенной броне мужественности. Мужчина вроде Билла Мастерса, бывшего игрока школьной футбольной команды, рано встававшего каждое утро, чтобы пробежать несколько кругов по Окли-Лейн, якобы не должен иметь проблем с потенцией. Возможно, Билл считал, что открытое признание в собственном бесплодии отрицательно повлияет на его профессиональный статус в клинике. В политической и сексуально ханжеской атмосфере 1950-х годов предполагалось, что клиника, которая, мягко говоря, «делает детей» в своих лабораториях, будет старательно считать рутинные, социально запрещенные подробности секса, тайной. Хоть Биллу и пришлось все рассказать Гроди, он решил либо ни в чем не признаваться, либо придумать некий вариант правды. «Дело было совершенно не в низком качестве спермы – как раз наоборот, – настаивала Вирджиния, когда узнала об исследовании и о “супруге Э. М.” с низкой численностью сперматозоидов. – От него как раз было очень сложно не забеременеть, поверьте».

Гроди знал правду и поэтому только посмеялся, узнав через несколько лет, какую версию событий предлагал его старый товарищ. «Может, он сказал так Вирджинии, но это неправда, – сказал Гроди, узнав, что Мастерсы якобы из-за Либби несколько лет не могли иметь детей. – Я точно знаю, Билл говорил мне, что использовал цервикальный колпачок, и что им все удалось». Кроме того, Гроди помогал принимать роды, когда на свет появился один из детей Мастерса.

В надежде стать матерью, Либби Мастерс полностью доверяла решениям мужа. «Единственное, что я знаю точно, – что им пришлось нелегко, пока она пыталась забеременеть», – говорил их сын Хоуи. Мастерс никогда не говорил с сыном о сексе, кроме одного раза, когда Хоуи, которому было уже под тридцать, обратился к отцу за советом по аналогичному вопросу. «Я помню только, как поговорил с ним о сексе, когда уже был женат и мы хотели детей и у нас не получалось, – пояснял Хоуи. – И он в конце концов сказал: “Господи, делай это, это, это и это, и тогда твой выстрел достигнет цели” – и разложил все по полочкам».

Билл и Либби, как и прочие пары, испытывающие трудности с зачатием, прошли через унижения и все те грубые предписания и методы искусственного оплодотворения, которые тогда практиковались американскими медиками. «Программа лечения бесплодия предписывала каждой паре, когда именно, как часто и каким образом совершать половой акт, чтобы повысить шанс на зачатие», – подчеркивал Мастерс в своих мемуарах. Например, Мастерс сам давал парам нелогичный совет не заниматься сексом постоянно в период женского «окна фертильности». Вместо этого он предлагал «скользящий график половых актов» с интервалом в тридцать шесть часов: обычно для акта отводился вечер двенадцатого дня цикла, утро четырнадцатого и вечер пятнадцатого, если у женщины обычный 28-дневный менструальный цикл. «Мужчине необходимо от тридцати до сорока часов, чтобы количество сперматозоидов после эякуляции вернулось к нормальному уровню», – заявлял он. Как эксперт по фертильности Мастерс советовал женщине расслабленно лежать на спине с подложенной под ягодицы подушкой. Далее Мастерс советовал мужчине на этапе, «когда семяизвержение уже неизбежно», быстро и резко заканчивать. «Необходимо максимально глубоко проникнуть во влагалище, прекратить возвратно-поступательные движения и, удерживая пенис как можно глубже, эякулировать, а потом незамедлительно его вынуть», – учил он. Никакой неспешности, никакого ожидания момента волшебства. Секс по этому сценарию напоминал быстрый смертельный укол меча или процесс накачивания шины, а не какое-либо выражение нежности. Мастерс предупреждал, что семенную жидкость нельзя тратить попусту. После этого контакта двух тел женщина должна подтянуть колени к груди и держать их так примерно час, чтобы ни капли драгоценных выделений не покинуло цервикальный канал. Он настаивал, что эти приемы очень важны, чтобы создать чудо новой жизни, и не переживал о том, насколько схематичным и унизительным становится сам процесс для его участников.

В клинике лечения бесплодия беседы о сексе творили чудеса. Буквально после краткого инструктажа каждая восьмая пара зачинала ребенка в течение первых трех месяцев. Мастерс с удовольствием рассказывал коллегам историю одной пары – оба супруга преподавали в старшей школе, – и он, и она считали, что смогут забеременеть, если будут спать друг с другом в буквальном смысле этого слова. Мужу не нравилась «вся эта сексуальная акробатика», но он и его жена тщательно выполняли указания Мастерса, и беременность наступила буквально на втором месяце попыток. «Я понимаю, что в этот случай трудно поверить, – писал позже Мастерс. – Я сам поначалу не верил, пока не узнал этих людей получше».

Случай Мастерса был сложнее и безнадежнее большинства. Сноска в той самой статье описывала «Э. М.» и ее супруга как «пару, которая после семи лет интенсивного лечения бесплодия вследствие выраженной олигоспермии дважды зачала ребенка методом использования цервикального колпачка». Однако их успех затмил всю тяжесть предшествовавшего ему ожидания. Как и большинство исследований фертильности, этот эксперимент подтвердил, что вероятность наступления беременности «обратно пропорциональна» времени ее ожидания. Из четырнадцати пар, страдавших бесплодием более трех лет, только пять смогли зачать ребенка. До участия в эксперименте они не меньше года лечились у другого специалиста, а также в течение периода от 6 до 12 месяцев выполняли назначения клиники лечения бесплодия, прежде чем обратиться к использованию цервикального колпачка. Сухим клиническим языком в статье было описано, с какими постельными сложностями в попытках забеременеть сталкиваются пары вроде четы Мастерс. Для начала – ректальные термометры и регулярные влагалищные мазки для определения овуляции Бетти в каждом цикле. Билл в это время, как и другие мужчины, участвовавшие в эксперименте, выдерживал «от трех до пяти дней воздержания», а потом, как было написано, мастурбировал «непосредственно в чистую стеклянную пробирку с широким горлышком». В течение 20 минут сперма перемещалась в колпачок для введения. Тем временем Бетти, как и прочие женщины в этом исследовании, «спринцевалась специальным нейтрализующим раствором, являющимся оптимальной средой для выживания сперматозоидов».

Затем чистой резиновой перчаткой половые губы Бетти раздвигались настолько, чтобы пропустить внутрь колпачок с эякулятом. Все еще в перчатке, врач – в данном случае, вероятно, сам Мастерс – с помощью двух пальцев аккуратно водил колпачок со спермой вдоль задней стенки влагалища, чтобы не разлить раньше времени его содержимое. Когда пальцы достигали шейки матки, колпачок помещался в цервикальный канал. Уже оттуда волна спермы устремлялась к созревшей и полной ожидания яйцеклетке, как и задумывала природа. Эксперимент показал, что матка и влагалище у всех различаются, и на этот случай был готов еще более сложный план Б. По этому плану в цервикальный канал сперва помещался пустой колпачок, а уже потом в него вводилась сперма с помощью шприца с изогнутой иглой двадцатого калибра, чтобы избежать перфорации шейки матки. После наполнения колпачка начиналась игра в ожидание. Все будущие матери должны были носить колпачок не менее восьми часов, а извлекался он не позже, чем через шестнадцать часов. Некоторым парам пришлось совершить эту операцию семь раз, чтобы достичь результата. Большинству «индивидуальных неудач», как назвали эти клинические случаи в статье, предшествовали по десять процедур и более, а еще одной паре пришлось проделать это девятнадцать раз за два года, но беременность так и не наступила.