Томас Гарди – Старший трубач полка (страница 26)

– Какая прелестная шаль! – воскликнула вдова Гарленд, в своем нетерпеливом восхищении несколько нарушая порядок демонстрации и заглядывая в сундучок, откуда извлекался новый предмет.

– О да, – сказал моряк, разворачивая две поистине восхитительные шали. – Одну из этих шалей, миссис Гарленд, я собираюсь подарить молодой особе, на которой скоро женюсь. Отец, верно, говорил вам об этом? Ее зовут Матильда Джонсон – она из Саутгемптона.

– Да, мы уже слышали про это, – сказала вдова.

– Ну так вот: одну из этих шалей я, конечно, подарю ей – ведь это же надо сделать, правда?

– Как же иначе, – сказала вдова.

– Ну, а другая шаль мне совсем не нужна, и… – Тут Боб посмотрел по сторонам. – Может, вы примете ее от меня в подарок, мисс Энн? Вы отказались взять попугая, так уж не отказывайтесь от шали.

– Благодарю вас, – сказала Энн, ничем по выдавая своего волнения, – но, право же, мне не нужна шаль, и я не могу ее принять.

– Ну прошу вас, возьмите! – взмолился Боб, обиженный ее отказом.

Миссис Гарленд сидела как на иголках, боясь, что Энн будет упорствовать в своем нелепом отказе.

– И притом есть еще одна причина, почему вы должны принять от меня этот подарок, – сказал Боб, и лицо его просветлело – он явно что-то вспомнил. – Мне сейчас как раз пришло на ум, что ведь я когда-то был вроде как вашим ухажером – в самом скромном, так сказать, смысле слова. Ей-богу, правда! И мы с вами встречались иногда и гуляли вместе, разве не так? Я хочу сказать – когда вы были не слишком гордой и соглашались… И как-то, помнится, я вам подарил, шутки ради, прядь своих волос… По-моему, вам… или кому-то еще?

– Нет, не мне. Верно, кому-то еще, – поспешно сказала Энн.

– Да, может быть, – простодушно согласился Боб. – Но все-таки это я с вами встречался – или, во всяком случае, старался встретиться, – уж это я хорошо помню. Подумать только: мне раньше как-то не вспоминались эти детские годы. Право же, милая Энн, вы должны принять от меня какой-нибудь подарок в память о тех днях!

Но Энн отступила назад и молча покачала головой – боялась, что голос ей изменит.

– Ну что ж, тогда, миссис Гарленд, получайте ее вы, – сказал Боб, перебрасывая шаль этой более покладистой даме. – И если вы ее не возьмете, клянусь жизнью, я швырну ее первой попавшейся нищенке. А вот тут у меня есть еще коробка с набором лент для шляпок – самых лучших, какие только можно было раздобыть. Возьмите ее, Энн, прошу вас!

– Конечно, Энн, возьми, – сказала миссис Гарленд.

– Я обещал их Матильде, – продолжал Боб, – но уверен, что они ей не нужны: – у нее их предостаточно, – а мне будет так же приятно видеть их на вашей головке, милая Энн, как и на ее.

– Мне кажется, вам лучше оставить их для вашей невесты, если вы их ей уже обещали, – мягко возразила миссис Гарленд.

– Да я не то чтобы обещал… просто сказал: «Тиль, у меня в сундучке есть кое-какие ленты для шляпки, может, – тебе пригодятся». Да у нее столько всяких тряпок, что она заткнет за пояс любую невесту на земле. Энн, послушайте, вы должны взять эти ленты: клянусь жизнью, должны, – или я выброшу их в пруд!

Энн твердо решила оставаться непреклонной и не принимать никаких подарков по причине, понятной даже самому несообразительному из всех беспечных мореплавателей на свете, но на этот раз она была принуждена сдаться и с зардевшимися щеками и дрожащими губами, тщетно пытаясь изобразить улыбку, приняла коробку с лентами.

– Интересно, что бы сказала Тилли, если бы видела это! – лукаво заметил мельник.

– Да, в самом деле… Это очень, очень дурно с его стороны! – внезапно вскричала Энн, бросая коробку на пол, и слезы брызнули у нее из глаз. – Дарите ваши подарки тем, кому подарили вашу… вашу… любовь, мистер Лавде, вот что я вам скажу! – И с этими словами она повернулась и выбежала из комнаты.

– Я возьму их для нее, – сказала миссис Гарленд, проворно поднимая коробку с пола.

– Вот беда какая! – сказал Боб, с огорчением глядя вслед Энн. – Мне помнится, прежде она никогда не была такой вспыльчивой девушкой. Скажите ей, миссис Гарленд, что я прошу у нее прощения. Но, право же, я не знал, что она такая гордячка и маленький подарок может ее оскорбить… Ну как я мог знать? Ей-богу, если бы не Матильда, я бы… Ну да нет, этому не бывать.

– А здесь у вас что? – спросила миссис Гарленд, коснувшись носком ботинка большого свертка, который Боб положил на пол, не развязывая.

– А тут немножко табачку для меня, – скромно ответил моряк.

Теперь с подарками было покончено, и оба семейства распростились до утра.

Оставшись вдвоем с Энн, миссис Гарленд сказала:

– Какая же ты скрытная девчонка! Я и не подозревала, что вы с Бобом Лавде интересовались друг другом. Вы же были совсем детьми тогда.

– О да, конечно, мы были детьми, – согласилась Энн, к которой уже вернулось самообладание. – Это было, когда мы только приехали сюда, примерно через год после смерти папы. И мы встречались с ним только так, изредка, от случая к случаю. Вы же знаете: я всегда считала себя выше каких-то Лавде. Это было просто… да ничего, в сущности, и не было, я забыла и думать о нем.

Будем надеяться, что некой особе удалось в ту ночь отмолить свои грехи, когда она ложилась спать.

Мельник же, оставшись наедине с сыном, сказал:

– Ну, Роберт, поговорим об этой молодой особе, о твоей Матильде… как там ее дальше?

– Матильда Джонсон, отец. Я как раз собирался рассказать тебе о ней.

Мельник кивнул и отхлебнул пива.

– Ну, она, понимаешь ли, первый сорт, – сказал Боб, – это уж ты можешь мне поверить. Просто, понимаешь ли, чаровница, хорошая, славная, симпатичная молодая женщина, образец тонкого воспитания и всякое такое. Она умеет сооружать из своих волос самые прелестные локоны на свете, и у нее самые изумительные платья, шляпки и чепчики. Ну, словом, нимфа или русалка. Лучшей жены, чем она, на свете не было и не будет.

– Надо полагать, надо полагать, – сказал мельник. – Я в общем-то никогда не замечал, чтобы у тебя не хватало здравого смысла или ты был глуповат. – Он в задумчивости повернул пивную кружку вокруг оси, так что ручка очертила полный круг. – Как ты там писал в своем письме, я что-то запамятовал: как давно ты с ней познакомился?

– Две недели назад.

– Не сказать, чтобы давно.

– Ну да, это звучит так, будто совсем недавно, это верно. А на самом деле даже дольше – пятнадцать суток с четвертью. Но, черт возьми, отец, я с первого взгляда могу определить, какая девушка годится, а какая нет. Мне довольно поглядеть на нее, и я уже вижу ее насквозь… Да и как мне не знать женщин – я достаточно пошатался по свету. Вот тебе, к примеру, эта вдова Гарленд и ее дочка. Девушка очень славная малютка, но уж ее мамаша – ой-ой-ой! – И Боб покачал головой.

– А что ты углядел в ней такого? – спросил мельник, незаметно ерзая на стуле.

– Видишь ли, она, она… Я хочу сказать, что никогда не остановил бы на ней свой выбор. У нее приятный характер, и при такой взрослой дочери она могла бы выглядеть старше, но если бы все мужчины на свете разделяли мой вкус, ей бы никогда не найти себе мужа. Я отдаю ей должное во многих отношениях, но этот тип красоты совершенно не в моем вкусе.

– Ну, если дело только в наружности, – облегченно вздохнул мельник, – то об этом не стоит и говорить. Хотя, коли уж на то пошло, так найдется немало герцогинь, которые ей и в подметки не годятся, сынок! – добавил мельник, видимо, пожалев, что слишком быстро сдал позиции.

Но мысли моряка были уже далеко.

– А что до моей женитьбы на Матильде, так я как увидел ее, так сразу и подумал: «Вот где настоящие тонкие манеры – так за чем дело стало?» Словом, я выбрал ее. Она хорошая девушка. Лучше ее на свете нет – днем с огнем не сыщешь.

– И много их было… этих женщин, из которых ты ее выбирал? – спросил отец.

– Ну, видишь ли, сказать по правде, в Саутгемптоне мне больше ни с одной молодой женщиной познакомиться не довелось. Но что с того? Все равно я выбрал бы ее из целой сотни.

– Ее отец работает в доках, что ли?

– Нет. Я даже не видел ее отца.

– А ее мать?

– Ее мать? Нет, я и матери не видел. По-моему, ее мать умерла, но у нее есть очень богатая тетка в Мелчестере. Тетки я тоже не видел, потому что у меня не было времени к ней наведаться, но, конечно, я навещу ее, когда мы с Матильдой поженимся.

– Да-да, конечно, – сказал мельник, пытаясь уверить себя, что он вполне удовлетворен полученными сведениями. – И скоро она должна прибыть сюда?

– Да, она скоро приедет, – сказал Боб. – Она бы приехала вместе со мной, да решила съездить к тетке в Мелчестер за своими вещичками. Я буду встречать дилижанс в Кастербридже в трактире «Королевский герб», в воскресенье в час дня. Вот тебе еще одно доказательство того, какая первосортная получится из нее жена: она, понимаешь ли, хотела приехать торговым дилижансом, потому что это малость дешевле, но я сказал: «Знаешь, это бывает раз в жизни, так уж пускай все будет как положено. Поезжай почтовым дилижансом, я заплачу». Могу я, кстати, взять лошадь и двуколку, чтобы съездить за ней? Пожалуй, пешком она оттуда не доберется.

– Понятное дело, можешь взять двуколку, Боб, и все, что тебе потребуется. А уж я, как смогу, постараюсь получше отпраздновать твою свадьбу.

Глава 16

Все готовятся к приему прекрасной незнакомки