Тома Ларионова – Нелюбовь (страница 4)
Весь фильм зал сидел в каком-то возбуждении. Появление новичков взбудоражило умы и сердца местных красавиц. В перерывах между частями фильма, да, именно так показывали кино в деревнях в шестидесятые годы, кто пристально, а кто и украдкой, разглядывали лица и фигуры вновь прибывших. Оценивали друг друга. Последняя часть фильма закончилась под облегченный вздох публики. Парни начали отодвигать стулья и освобождать место для танцев. Появился проигрыватель. Всё это время Антонина тоже украдкой разглядывала парней. Внимание её привлёк владелец довольно крупной чёрной родинки на щеке. Спортивная фигура, смуглая кожа, правильнее черты лица, приятная улыбка, густые русые волосы. В классе таких парней не было. И в спортивной секции, куда ходила Антонина, тоже не наблюдалось. О таком парне, словно Принце из сказки, можно только мечтать в девичьих грёзах! Тоня легонько толкнула сестру:
– Видишь, вон тот, с родинкой? Как он тебе?
– Ничего, но мне нравится этот блондин, справа от твоего. Сейчас мы ими займёмся!
Антонина пожала плечами:
– Тебе-то хорошо, на тебя сразу все внимание обращают!
– Не переживай, ты сегодня тоже стоять не будешь!
Заиграла музыка в стиле танго. Девчата держались стайкой у стенки напротив парней, но те ещё не осмеливались сделать выбор. Люба хитро посмотрела на Тоню и сказала:
– Сейчас он меня пригласит!
И действительно, блондин с пышной кучерявой шевелюрой направился к ним и церемонно отвесил Любе поклон:
– Разрешите?
И они ушли в образовавшийся круг танцующих. Тоня с тоской посмотрела на противоположную сторону и увидела, что тот, с родинкой, стоит в кругу друзей и не думает никого приглашать. А в это время кто-то произнес:
– Разрешите вас на танец?
Тоня обернулась и увидела перед собой одного из деревенских парней, в сапогах и с большими чёрными руками, наверное, от мазута. Она не посмела отказать, хотя ей было неприятно. Танцевала нехотя, неуклюже, стараясь как можно дальше отодвинуться от партнёра. Она совсем не переносила запаха табачного дыма. Когда танец окончился, разыскала Любашу. Та быстро сообщила:
– Они из стройотряда, приехали к нам в деревню строить Дом культуры. А живут, ты даже представить себе не можешь, знаешь где? Напротив нас, у нашей тёти. Моего зовут Володя.
Тут опять заиграла музыка. Любашу почти сразу подхватил новый знакомый. Тоня потихоньку забилась в угол, чтобы верзила в сапогах её больше не пригласил. Украдкой вела наблюдение за кучкой парней. Их осталось только двое, тот с родинкой, и невзрачный паренёк маленького роста. Её, Тоню, они явно не замечали, разговаривая о чём-то своём. Танцы их тоже не интересовали. Люба подбежала румяная, разгоряченная, взбудораженная и счастливая:
– Что же ты спряталась? Действовать надо, если хочешь чего-нибудь добиться в жизни!
– А как?
– Сейчас я всё устрою.
Она подошла к проигрывателю и сказала что-то ответственному за музыку. Тот улыбнулся и кивнул головой. Люба вернулась на место. Заиграла музыка, и громкий голос объявил:
– Белый танец!
Люба лукаво посмотрела на Антонину и легонько подтолкнула её:
– Пойдём же!
– Что ты, я боюсь!
– Да не съест он тебя, трусишка!
Они через весь зал под пристальным вниманием публики подошли к стройотрядовцам. Любу, не дожидаясь её приглашения, повёл в круг Володя, а Тоня, посмотрев своему избраннику прямо в глаза, решительно, но с дрожью в голосе, произнесла:
– Разрешите Вас пригласить?
Он сразу оценил её смущение. Щёки у девушки пылали, а лицо при этом стало привлекательным и милым.
– Ну что, раз приглашаете, не посмею отказать, хотя танцую плохо.
Они присоединились к кружащимся парам. Музыка, казалось, длилась вечность. Затянулось и молчание. Потом он произнес:
– А давайте познакомимся. Меня зовут Юра, а вас?
Тоня, подняв на него глаза, произнесла тихо:
– Антонина.
– Вы, видно, приезжая, на деревенских не похожи. А эта девушка, что с вами была, не сестра вам?
– Ну вот, – подумала Тоня, – и он сразу её заметил.
А вслух произнесла:
– Да, двоюродная сестра по отцу. Мы все живём у бабушки. На месяц приехали. А вы?
– Мы из Архангельска, нас восемь человек. Основной отряд в райцентре, а нашу бригаду направили в деревню Никитовку. Вы оттуда?
– Да. Сестра сказала, что вы поселились у нашей тёти.
– Вот как? Выходит, соседи. Тогда надо познакомиться поближе!
Но внезапно музыка смолкла. Оборвался и разговор. Легонько поддерживая Тоню под локоть, Юра довёл её до места, где уже находилась Люба, и пошёл к друзьям.
– Ну, что, познакомились?
– Да, Юрой зовут.
– Я же сказала, что всё будет хорошо. Кажется, опять танец. Смотри, они направляются к нам!
Тоня оглянулась и встретилась взглядом с Юрой, который улыбался ей, как старой знакомой.
– Разрешите?
И они снова закружились в танце. Робость Тони исчезла, она уже без испуга отвечала на вопросы молодого человека и сама их задавала. Следующий танец прошёл за разговором. Деревенские девчата сразу заметили, что две приезжие танцуют только с парнями из пришедшей ватаги, но как-то сразу отступили и про себя окрестили: этот Любашин, а этот Тонин. После танцев общительная Любочка шла уже во главе компании парней. Там, где она появлялась, слышался смех и шутки. Нечаянно, а может и специально кто подстроил, но Тоня оказалась рядом с Юрой. Её это смущало и радовало одновременно. Никогда ей не было так упоительно хорошо! Душа ликовала и пела!
Как-то внезапно стемнело и похолодало. Парень заботливо предложил Тоне куртку. Никто и никогда не проявлял к ней такого внимания! Но она не подала виду и приняла его заботу, как должное. Вдруг вспомнила, что уже поздно, и окликнула Любу:
– Любаша, а как мы попадём домой? Наверное, дверь закрыли на засов? А вдруг дедушка?
Компания рассмеялась:
– Что, дедушку боишься?
– Да, вам бы такого дедушку, сами бы забоялись! Как посмотрит, так коленки дрожат!
Люба успокоила:
– Я с тёткой договорилась, она дверь оставит открытой.
Приближались к деревне. Стояла удивительная тишина. Казалось, что природа замерла накануне нового дня. Стараясь не шуметь, вошли во двор. Тоня сразу стала прощаться:
– Любаш, нам пора! Не дай бог, мачеха узнает, что я так поздно заявилась, будет мне!
Любочке явно не хотелось уходить, но решила, что на первый раз, для знакомства, достаточно. Подошли к крыльцу, обменялись с парнями прощальными взглядами, и потихоньку, со вздохом облегчения, открыли входную дверь. Но, как назло, скрипела каждая ступенька, и им казалось, что они разбудят весь огромный бабушкин дом.
Сёстры считали, что таких красивых домов в округе больше нет. Здесь, в добротном деревянном доме, было два этажа, несколько больших комнат с двумя русскими печками, дедушкина столярная мастерская, стойло для коровы, чердак для сушки сена и огромный подпол для хранения продуктов. Сёстрам надо было подняться на второй этаж. Из предосторожности сняли обувь, на цыпочках прошли большой коридор и так же осторожно поднялись в свою комнату. Свет уже погашен, но тётка ещё не спала:
– А, заявились, гулёны! Скорее ложитесь, а то Тоню мать спрашивала. Смотрите мне, будете сильно поздно приходить, покрывать вас не стану! – незамужняя тётя немного завидовала племянницам, у которых вся жизнь ещё впереди. Сама же она вынуждена остаться в деревне со стариками, и женихи не торопились к ней свататься.
– Ну что ты, тёть Галя, мы ведь сразу после танцев, – ответила ей Люба.
Пошептавшись немного, сёстры уснули. А наутро мачеха учинила Тоне допрос:
– Ты где шлялась так поздно? Кино давно кончилось, а вас с Любкой всё нет и нет. Скажу отцу, выпорет, если будешь по ночам шлындать!
Тоня, по обыкновению, оправдываться не стала, а на душе, как и всегда после разговора с мачехой, стало скверно. Хорошо Любаше, она оставлена матерью на лето под наблюдение тётки, а с той договориться можно. Чтобы избежать продолжения разговора, Тоня взяла вёдра и пошла к колодцу за водой.
Старый, скрипучий деревенский колодец! Почему-то именно такой колодец представляла Тоня, читая свою любимую сказку о Маленьком принце. Подойдя к колодцу, Тоня испытала необыкновенную радость, со скрипом опуская ведро в его тёмную пустоту, пока оно со звоном не коснулось поверхности воды. В этом колодце всё было деревянным – ворот, длинная палка вместо цепи, деревянное ведро. Набрав два ведра родниковой воды, Тоня вспомнила слова из сказки: «Да, вода бывает нужна и сердцу…»
Наполнив доверху две бочки, стоявшие в огороде, Антонина решила прополоть грядки, бабушка попросила ещё вчера. Грядки длинные, густо поросшие сорняком, но работа её не утомляла. Огород был отличным укрытием, чтобы незаметно наблюдать за соседним домом. Но в доме было тихо.
Прибежала Любаша: