Тома Флиши – Новая монгольская империя. Россия-Китай-Иран в геополитике (страница 11)

В 2007 году российский президент Владимир Путин так обобщил позицию России относительно Ирана: «Мы не располагаем доказательствами намерений Ирана производить ядерное оружие. Потому мы предполагаем, что Иран не стремится к осуществлению таких планов. Но мы разделяем беспокойство наших партнеров и думаем, что программы Ирана должны быть прозрачными».

В мае 2008 года в совместном заявлении китайский президент Ху Цзиньтао и президент России Дмитрий Медведев заявили, что «Китай и Россия предложили, что иранская ядерная проблема должна решаться с помощи диалога и консультаций». В сентябре 2010 года Китай и Россия подчеркнули необходимость долгосрочного глобального решения, чтобы «восстановить доверие международного сообщества относительно мирного использования Ираном ядерной энергии».

В результате трехсторонней встречи в ноябре 2010 года китайский, индийский и российский министры иностранных дел снова признали право Ирана использовать ядерную энергию в мирных целях. В июле 2011 года Китай и Иран отметили сороковую годовщину их дипломатических отношений, и Китай воспользовался этим случаем, чтобы напомнить, что он выступает за мирное решение иранской ядерной проблемы.

Русские и китайцы, вероятно, хотели бы видеть изменения в поведении иранских властей, хотя они опасались изменения режима в Иране. Если бы иранская оппозиция пришла к власти, она вряд ли с благосклонностью расценила бы китайско-российскую поддержку президенту Ахмадинежаду. Во время демонстраций 2009 года протестующие сильно критиковали китайско-российскую поддержку иранскому режиму. Они также упрекали русских и китайцев за их слишком быстрые поздравления президенту Ахмадинежаду после его победы на выборах, которую оппозиция оспаривала.

Что касается китайцев, то они извлекли для себя пользу из той ситуации, что сегодня мало стран торгует с Ираном. Китайские компании, таким образом, заполнили бреши в различных секторах иранской экономики, и в особенности в сфере энергетики, от сотрудничества в которой западные предприятия отказались. В 2009 году Китай стал первым торговым партнером Ирана, мимоходом затмив Германию, которая до тех пор занимала это место.

Иран не только один из главных поставщиков нефти Китаю, но также и узел транспортировки энергии между Ближним Востоком, Центральной Азией и Европой. Их отношения остаются асимметричным в основном ввиду экономической изоляции Ирана: Иран нуждается в Китае больше, чем Китай нуждается в Иране.

С 1980-х годов отношения Китая с Ираном изменились от торговли оружием к торговле энергоресурсами для того, чтобы поддержать стремительный рост китайской экономики. Многочисленные санкции США и других западных стран против Ирана вынудили Иран обратить свой взгляд на Восток, чтобы найти там рынки сбыта своих обильных энергоресурсов. В поиске энергетических ресурсов для обеспечения своего экономического развития Китай часто пытался воспользоваться возможностями, которыми пренебрегли другие страны, или от которых они отказались. Иран — хороший пример этого. Американские и европейские компании были отодвинуты или уехали из страны, и китайцы воспользовались этим случаем, чтобы занять их место. Китайские и иранские правительства сыграли главную роль в укреплении энергетического партнерства.

Иран знает, что китайские предприятия могут делать инвестиции, и иранское правительство предлагает стимулирование, чтобы привлечь новых инвесторов. Во время своей поездки на Аравийский полуостров в январе 2012 года китайский премьер-министр Вэнь Цзябао по поводу угрозы закрытия Ормузского пролива заявил, что «Китай не является единственной страной, которая торгует с Ираном», и что Китай не испытывает беспокойства, что касается торговли нефтью с Ираном. В то же время китайские нефтяные компании пользуются поблажками правительства Пекина, которые позволяют им снизить свои административные расходы и получить прибыль благодаря финансированию своих проектов по ставкам ниже рыночных.

Китай старается диверсифицировать свои источники снабжения и связи, которые он поддерживает со странами-экспортерами газа и нефти. Иран оставался среди первых трех поставщиков нефти Китаю в 2009, 2010 и 2011 годах. Китай не только покупает в Иране сырую нефть, но и при помощи своих инвестиций принимает активное участие в начальных и последующих этапах ее производства. На начальном этапе Китай вовлечен в поиск и добычу сырой нефти. С 2005 года Китай и Иран подписали несколько соглашений в энергетической области, в которых участвовали три главные китайские компании: China National Petroleum Corporations (CNPC), Sinopec, и China National Offshore Oil Corporation. В 2007 года Sinopec и National Iranian Oil Company (Национальная иранская нефтекомпания, NIOC) подписали соглашение на сумму в два миллиарда долларов о разработке нефтяного месторождения Ядаваран, где можно добывать до 300 000 баррелей сырой нефти в день. Относительно инвестиций в последующие этапы производства речь идет о переработке и о транспортировке необработанных нефтепродуктов. Китайские инвесторы вели переговоры о создании или расширении нефтеперерабатывающих заводов в Анахите, Абадане, Ширазе и Исфахане.

Со своей стороны сотрудничество между Ираном и Россией в области энергетики восходит еще к 1916 году, когда иранское правительство предложило концессию одному русскому купцу. Сравнительно недавно, в 1970 году, был построен трансиранский газопровод длиной 1106 километров, который соединил Советский Союз с Ираном. Это был первый иранский газопровод, предназначенный для экспорта. В 1972 году экспортные поставки газа достигли восьми миллиардов кубометров. В 1972 году был подписан договор, разрешающий Советскому Союзу принять участие в развитии добычи иранского газа и нефти, равно как и в развитии нефтехимии и строительстве электростанций. В декабре 1976 года было подписано соглашение между Ираном и СССР об экспорте природного газа из Ирана в Германию и Францию через советскую территорию.

Исламская революция 1979 года в Иране и вторжение советских войск в Афганистан нанесли большой удар по отношениям между Ираном и СССР, тем более, что СССР во время Ирано-иракской войны поставлял свое оружие Ираку. Робкие попытки восстановить связи в энергетическом секторе начались в начале 1990-х годов. В течение двадцати последующих лет сотрудничество в области энергетики не достигло особо больших успехов.

Хотя Иран и Россия обладали значительными запасами энергоресурсов, они не смогли добиться настоящего партнерства, чтобы оказывать большее воздействие на международный рынок энергоресурсов. Российский министр энергетики сообщил в июле 2010 года о начале широкомасштабной программы сотрудничества с Ираном в области добычи нефти, природного газа и в нефтехимической промышленности. В декабре 2011 года Россия и Иран подписали контракт о поставках нефти стоимостью более миллиарда долларов. Этот контракт, подписанный между российской нефтяной компанией «Татнефть» и иранской Iranian Petroleum Engineering and Development Company, предполагает разработку нефтяного месторождения Загех в иранской провинции Бушер на берегу Персидского залива.

Можно сделать вывод, что общего китайско-российского подхода по отношению к Ирану не существует, и двусторонние отношения между этими тремя партнерами преобладают над любыми другими связями. В этом контексте появление новой Монгольской экономической империи потребовало бы строгой детализации и дифференциации.

Глава IV. Информационно-кибернетическое сообщество?

В соответствии с их общими геополитическими интересами Иран, Китай и Россия сотрудничают в области информации, формируя каждый в своей манере такое видение мира, которое противостоит видению Вашингтона. Не присутствуем ли мы, тем не менее, при появлении нового кибернетического сообщества, способного сорвать процесс нормализации информации, порожденный глобализацией?

Эта дискуссия не нова. Слово «дезинформация» действительно появляется в Советском Союзе на следующий день после Второй мировой войны (и становится известным на Западе как «dezinformatsiya»). Затем этот термин подхватывают англосаксы в 1972 году (disinformation). Пришлось дождаться 1980 года, пока он появился во Франции в словаре Французской академии. Там его определяют как «конкретное или постоянное действие, которое состоит в том, чтобы, пользуясь любыми средствами, ввести противника в заблуждение или способствовать его разложению с целью ослабления». Со своей стороны Владимир Волкофф в своей «Малой истории дезинформации» определяет ее как «манипуляцию общественным мнением в политических целях, с использованием правдивой или лживой информации, обработанной окольными путями».

Парадоксально, но развитие Интернета сделало возможным одновременно усиление и крах дезинформации.

Несмотря на сильную зависимость от западных информационных источников, особенно когда они исходят от различных университетских преподавателей, в Евразии постепенно сформировалось альтернативное информационное сообщество. Россия, Китай, как и Иран распространяют некоторое количество общих идей, их разногласия в подходах объясняются историей их цивилизаций.