Тома Ди – Запретная для Дракона (страница 19)

«Ты не умерла», — в моей голове отчётливо прозвучал незнакомый, но очень приятный женский голос.

«Тогда где же я?» — оказывается здесь мысленные вопросы звучат гораздо громче голосовых.

«Ты в моей обители, я перенесла тебя сюда, чтобы помочь. Ты слишком запуталась, моя девочка».

«Кто ты? Покажись!» — я начала осматриваться по сторонам, ожидая увидеть где-то рядом хозяйку, голоса, который раздавался у меня в голове.

«Я прямо перед тобой, слегка расфокусируй взгляд, будто смотришь в никуда, и ты меня увидишь», — пообещала она.

Я постаралась сделать так, как она сказала, но давалось это слишком сложно, лишь на мгновение мне удалось увидеть справа от себя огромный драконий хвост, с чешуёй похожей на грани хрусталя.

«Ты дракон?» — удивлённо прошептала я, пытаясь разглядеть хотя бы ещё что-то, но больше не получалось.

«Я Мать драконов, но ты можешь называть меня Ио», — представилась она и продолжила. — «Ты моя избранная, Каролина, тебе отведена огромная честь быть причастной к нашей великой расе, я не просто так тебя выбрала, ты соответствуешь всем нужным параметрам, но к моему глубокому сожалению, ведёшь себя совершенно не так, как велит тебе твоё положение. Я чувствую твои метания, возможно в вашем мире они оправданы, но приняв на себя печать, ты должна идти только по заданному пути, не сворачивая ни в коем случае».

«Печать — это метка?» — подумав об этом ненавистном знаке, я оголила предплечье и увидела, как метка светится нежным голубым светом, переливаясь на вязи рисунка и завораживая.

«Мои печати на избранных появляются тогда, когда девушки становятся готовыми впустить в свой мир нового члена нашей расы. Скажи, Каролина, почему ты пытаешься препятствовать этому? Ты считаешь, что моё дитя не достойно попасть в ваш мир?»

Я ошарашено смотрела в пустоту, разговаривая с невидимой для моих глаз Ио. Может всё-таки это сон, и я смогу проснуться. Давящий груз ответственности, которым меня пыталась обременить Мать драконов, угнетал меня. Я не хотела быть избранной, я не просила такой судьбы, я просто планировала жить свою человеческую жизнь в соответствии со своими планами и желаниями.

«Ио, я не хочу быть твоей избранной, прости!» — при этих мыслях я физически ощутила, как меня скручивает от всеобъемлящей грусти, которая накатила неожиданно и не давала ни малейшего шанса выбраться из этого состояния. На глазах выступили слёзы, сердце не просто билось, оно ухало глухими ударами в моей груди, а ноги, подкосившись, уронили тело на песок, совершенно лишив его сил.

«Сейчас ты почувствовала лишь частичку той грусти, которую испытываю я от твоих слов. Ты очень расстраиваешь меня Каролина, а ещё больше ты расстраиваешь моё дитя, которое из-за твоего нежелания впустить его в мир, будет обречено умереть, даже не родившись. Ты понимаешь, что ты сейчас делаешь?»

Я молчала, хотя говорить я здесь и так не могла, я молчала в мыслях. В голове было невероятный коктейль из чувств и эмоций. Ио, явно воздействовала на меня, потому что вычленить своё сознание из этой каши в голове у меня совершенно не получалось. Я пыталась вспомнить свои желания, свой выбранный путь, но ощущала лишь страдания, будто я безвозвратно теряю кого-то очень родного, такого дорогого для меня, что готова пожертвовать жизнью, лишь бы не дать умереть ему.

«Сейчас ты прикоснулась к моей любви», — отозвались в моей голове слова Матери драконов. — «И поверь, я каждый раз ощущаю это, но только в тысячи раз больнее, когда вы не принимаете моих детей. Именно поэтому ты здесь. Я должна была дать почувствовать тебе это, прежде чем ты сделаешь окончательный выбор. Как ты теперь себя ощущаешь, Каролина?»

Я не знала, что ей ответить, да, мне было больно, меня переполняло чувство сострадания к ней и её детям, но я всё равно не была готова быть к этому причастной.

«Хочешь, убей меня. Сделаешь избранной для него другую», — предложила я Ио выход из этой ситуации.

Грустный вздох был мне ответом.

«Я не могу этого сделать, печать на тебе и вы уже связаны очень крепко. С твоей гибелью закроется его путь в ваш мир, через определённое время моё дитя тоже погибнет».

«Мне жаль», — прошептала я.

«Нет, Каролина, тебе не жаль, ты ответила не то, что сейчас действительно в твоём сердце. Но я сделаю так, что тебе действительно станет жаль, по-настоящему, очень сильно. Как и любая мать, я имею право защищать своё потомство. Я отправлю тебя обратно, в твой мир, ты забудешь наш разговор, но не забудешь этих чувств, которые ты здесь испытала. Если в течение года ты не сможешь открыть путь моёму ребёнку к вам, ты погибнешь вместе с ним».

Я замерла, ошарашенная таким известием. Мне дают ещё год жизни, а потом смерть? И всё из-за того, что я не хотела быть избранной дракона? Но я же уже смирилась с этим, должна была выйти замуж, потом родить.

«Ты и сейчас этого не хочешь», — словно прочитав мои мысли, продолжила Ио. — «Моё дитя достойно быть желанным и расти в любви. Я отпускаю тебя, но не думай, что будет легко. Боги знаешь ли тоже любят пошутить. Именно так я и поступлю, чтобы сбить твою спесь и упрямство. Теперь он будет для тебя желанным, а ты для него станешь запретной!»

Оглушительный треск раздался у меня в голове, заставив зажмуриться и зажать уши ладонями.

— Боже, милая, ты пришла в себя, как же мы за тебя испугались. Что с тобой случилось? Как ты себя чувствуешь?

Я лежала на своей кровати в окружении родителей, лекаря и слуг.

— Со мной всё в порядке, — я села и обвела всех взглядом. — А где Мейсон?

— Ты встретишься с ним завтра на церемонии вашего венчания, — поспешно успокоила меня мать. — Недолго осталось.

В душе отозвалась тягучая тоска по моему избранному и жгучее желание оказаться в его объятиях.

27. Пора!

— А что со мной случилось? Зачем лекаря позвали? — я встала с кровати, ощущая себя здоровой, как никогда.

— Ты целый час была в забытьи, мы испугались, с тобой точно всё хорошо?

— Да, сколько сейчас времени?

— Без четверти десять, тебе совсем необязательно вставать, я попрошу Лэсси помочь тебе переодеться ко сну и посидеть с тобой, чтобы не случилось ещё чего-нибудь непредвиденного, — суетилась матушка, а отец и остальные вышли из комнаты.

— Я смогу сама, правда, всё в порядке.

Но видимо мне не верили после обморока, служанка помогла раздеться и заняла место в кресле в дальнем углу моей комнаты. Одну свечу оставили зажженной, мать нежно поцеловала меня в лоб и прошептала «отдыхай».

— А как же примерка, — вдруг спохватилась я.

— Проведём её утром, я уже отправила предупредить портного, чтобы пришёл пораньше. Мы всё успеем, милая, не переживай.

Утро перед свадьбой просто не может быть спокойным. Меня разбудили совсем рано, разрешив немного перекусить, сразу же приступили к примерке платья. Я стояла на табурете, а вокруг меня порхал с булавками в зубах и иголкой в руках портной, потому что подол сделали длиннее, чем следовало, и его срочно нужно было подшить.

Я ощущала внутри тягучее нетерпение и восторженное предвкушение одновременно.

Закончив с платьем, меня усадили на стул и начали заниматься моими волосами. Нежный жемчуг, атласные ленты и пышная вуаль так гармонично смотрелись на моих волнистых каштановых волосах, что я даже залюбовалась, глядя на себя в зеркало.

— Матушка, а куда же делась Ханна, она же хотела присутствовать на примерке? — вдруг вспомнила я о сестре.

— Милая, думаю тебе сейчас совсем не об этом нужно думать, уклончиво ответила мать.

— Почему же? — не сдавалась я.

— Потому что у тебя сегодня очень ответственный день, тебе нужно беречь силы, будет долгая церемония, потом само празднество. Быть невестой на свадьбе совершенно не тоже, что и гостем. На тебе лежит большая ответственность, все взоры будут обращены на тебя, к вам с Мейсоном будут постоянно подходить гости, нужно будет не только соблюдать этикет, но и быть благосклонной ко всем без исключения.

— А при чём тут Ханна? — у меня никак не вязались слова матери с отсутствием сестры.

— Каролина, ты как маленькая, неужели не понятно? Ханна своими разговорами довела вчера тебя до обморока, мы просто не могли позволить ей остаться, более того, на свадьбу она тоже не придёт, мы с отцом убедительно её об этом попросили.

— А почему вы подумали, что обморок из-за её слов, я помню, что она попросила у меня прощения и обещала подарить подарок, который будет прекрасно сочетаться с моим свадебным платьем.

— Дочь, — с нажимом обратилась ко мне матушка, — Ханна сегодня будет у себя дома с детьми, а подарок она тебе оставила, он в гостиной в коробке, спустишься и возьмёшь.

— Ладно, — я покорно подставила лицо под пуховку, которой мне припудрили лицо, и расслабила губы, позволяя нанести на них нежно-розовую помаду.

— Ну вот и хорошо, посмотри, какая ты красавица, просто фея во плоти. Думаю, сегодня все будут в восторге от невесты, пойдём вниз, покажешься отцу, — захлопотала матушка, оглядывая меня со всех сторон.

Моё белоснежное платье с тугим корсетом, расшитым затейливым орнаментом в тон платью, от талии расходилось пышной юбкой из собранной в воланы вуали. Этот приём с тончайшей тканью, позволял нижней части платья держать форму без использования нижних юбок. Рукава были спущены с плеч и также собраны в пышные фонарики до локтя со свободной летящей манжетой. Перчатки одевать было нельзя, по правилам гости должны были видеть метку истинности, расположенную на внутренней стороне моего предплечья, чтобы знать что свадьба не простая.