Тома Ди – Меланья и колдун (страница 10)

— Слушай, Слон, а здесь точно никто не живет? — заволновался Лещ, увидев почти не тронутое временем жилище.

— Судя по тому, что я нашёл, здесь никто не то что не живёт, сюда уже лет десять никто не приезжал. Сам смотри, кусты, трава, молодая поросль.

— Ну да, ну да… — задумчиво пробормотал Лещ. — Давайте, как обычно разделимся, кто-то с металлоискателем во дворе, остальные внутри.

— Сегодня я на металлике, — с готовностью заявил Нерв. — Хочу воздухом надышаться после Москвы.

Никто не возразил. Малой по обыкновению шёл первым, за ним Лещ, замыкал цепочку Слон. Когда удостоверились, что балки крепкие и потолок не рухнет, разбрелись по разным углам, фонарями выхватывая остатки скарба в покинутых стенах. Окна дома были заколочены досками, внутри было темно и немного жутковато.

Ребята, чтобы разрядить обстановку, решили поприкалываться и начали выть, изображая духов и приведения. Потом дружно ржали. Алёшке было не до смеха. Он всю дорогу думал о словах демона про кровь. А сейчас, в темноте, под завывания Слона и Малого, вообще в душе кошки скребли.

— Кончайте, — грубо оборвал дружный хохот Лещ, — чего орёте как придурки.

— А ты чего такой сегодня нервный, — хохотнул Малой. — Не боись, если ничего не найдём, тебя винить не станем, на Слона спишем.

— А чего я то? — отозвался из другого угла Слон. — Моё дело инфу искать, а решение принимает Лещ, с него спрос.

— Да нормально всё, — успокоил Алёшка, — здесь точно найти должны, видите же, какой домина. Только не орите, башка болит, — списал он свой псих на недомогание.

Снаружи раздался странный вой. Пацаны на секунду замерли, а потом снова расхохотались.

— Нерв похоже тоже решил прикольнуться, давай ему ответим, — и Слон с Малым завыли хором, пародируя звук с улицы.

Хриплое прерывистое дыхание со стороны двери заставило всех резко обернуться. Фонари осветили оскалившуюся морду огромного пса. Недовольное рычание, говорило о том, что пёс совсем не интереса ради зашёл в дом. И похож он был не на бродячего, а на самого настоящего сторожевого, к тому же неплохо откормленного.

— Тихо, тихо собачка, — попытался успокоить сторожа Малой, он был к нему ближе всех.

Лещ глазами искал что-нибудь подходящее для обороны. Слон пятился в угол, в надежде спрятаться за большим столом. Малой замер, уперев луч света в страшную морду. Пёс не стал больше ждать, а одним прыжком кинулся на Малого и вцепился ему в бедро.

Крик, мат и рычание слились в одно целое. Малой орал и фонарём отбивался от нападающего. Лещ схватил первую попавшуюся палку с пола и стал с остервенением бить собаку по голове.

— Всё-всё, хватит, Лещ, она уже мёртвая, — только после этих слов Алёшка будто очнулся.

Малой сидел на грязном полу, зажимая кровоточащую рану, Слон побежал в машину за аптечкой, а рядом лежала псина с пробитой головой. Лещ отбросил палку. Руки мелко потряхивало, в голове непонятный гул.

— Малой, сможешь на улицу выйти? Там хоть светло, — суетился Слон, помогая парню встать.

На крики с улицы прибежал Нерв и помог вывести Малого. Рана была глубокой. Насколько могли, обработали и наложили повязку. Все понимали, что нужно зашивать. Вспомнив, что недалеко отсюда проезжали село, на первый взгляд достаточно людное, Лещ решил Слона и Малого отправить искать больничку. Сам же остался вместе с Нервом искать схрон.

Буквально через десять минут, после отъезда ребят, Нерв с восторгом заорал с улицы:

— Лещ, давай сюда, я что-то нашёл.

Вместе подняли из выкопанной ямы небольшой железный ящик. Помудровав с заржавевшим замком, откинули крышку и обалдели. Аккуратно скрученные в рулеты доллары плотными рядами стояли в невысоком ящике. Посчитав в уме, какая здесь сумма, парни многозначительно переглянулись. Куш хороший. После такого лазить по заброшенному дому совершенно не хотелось. Вряд ли они бы там нашли, что-то более ценное. Решили зачехлить металлику и пойти по дороге в сторону села.

* * *

Следующий схрон поехали искать на Смоленщину. Там инфа была про золото. Нашли старинные монеты, иконы и медали. Антиквар, через которого реализовывали клады, дал очень хорошую цену. Минусом поездки стала стычка со стаей бродячих собак. Но у Леща на этот случай уже был пистолет.

Парни своего главаря зауважали ещё сильнее. Доверие к нему стало стопроцентным, но Алёшку это не радовало. Он чувствовал, что собаками дело не кончится. И он оказался прав.

В каждой ходке была кровь. Сначала собачья, потом человеческая.

В одной деревне бомжа встретили. Он к ним сунулся, когда дом обыскивали, сигаретку стрельнуть, а ступил не туда, так его балкой сразу насмерть. Вроде никто не виноват, а кровью весь пол залило.

В другой деревне столкнулись с таким же, как они искателем. Мужик серьёзный попался, сразу обрез достал и вежливо попросил их покинуть это место. В Алёшке вскипела ярость, глаза заволокло пеленой, он просто достал свой пистолет и, не предупреждая, выстрелил.

Пацаны стали напрягаться, одно дело деньги, а совсем другое убийства.

Но Алёшку уже было не остановить, в определённые моменты он совершенно терял над собой контроль. Будто демон вселялся в его тело и делал то, что хотел. Банда разваливалась. Пацаны не хотели ехать, откровенно боялись новых эксцессов на объектах.

Однажды ночью демон сильно ударил Леща, спавшего в своей комнате.

— Мне нужна кровь! — грубо рыкнул он на Лёшку.

Протирая от сна глаза, тот пытался сообразить, что ответить хозяину, но в голове не было ни одной мысли.

— Почему ты не думаешь? Ты от меня что-то скрываешь? — демон с яростью перевернул кровать, на которой сидел его прислужник.

— У меня просто нет никаких идей, — обессилено попытался оправдаться Лещ, поднимаясь с пола.

— Мне всё равно, иди и дай мне то, что приказываю, — металлические нотки сквозили в голосе рогатого.

— Я не могу, я больше не хочу этого делать, у меня нет на это сил, — парень закрыл лицо руками.

— Ты это сделаешь!

Тело пронзило дикой болью, и Лёшка полностью потерял над ним контроль. Руки и ноги двигались сами по себе, натягивая уличную одежду. В карман куртки привычно лёг пистолет. Спустившись на улицу, ноги сами зашагали по освещённой фонарями улице.

Сын родился

Сегодня был радостный день. Сашка родила сына. Лёха рассматривал фотку, которую ему жена переслала из роддома, и вспоминал Милку. Не обманула тогда, правду сказала. Вадя родился богатырём, вес 4,100 кг, рост 53 см. Сашка в трубку жаловалась, что сильно порвалась при родах, но это проходящее, врачи залечат, будет как новенькая. Главное, что сын здоров.

Хотелось с кем-нибудь разделить эту радость и, не смотря на то, что он уже два месяца не общался с пацанами, всё же набрал номер Нерва.

— Здарова, брателло, — начал как ни в чём не бывало Леший. — Можешь меня поздравить, у меня сын родился.

— О, Лёха, ну ты красава, поздравляю! — отозвался в трубке Серёга, по кличке Нерв. — Когда проставляться будешь? Ножки обмывать положено, чтоб парень крепким рос.

— Да хоть сегодня, жена ещё в роддоме, приходи ко мне, надеюсь, адрес не забыл?

— Ты чё, прикалываешься? Забудешь такое, — Нерв заржал в трубку. — Пацанов свистну, мы к тебе все вместе придём. Накрывай поляну, а с нас подарки.

— Слышь, Серый, не надо всех, — будто чувствуя за собой вину, попросил Лёха. — Не хочу видеть морду этого Леща, сорвусь, прибью его нафиг.

— Не, позову Малого, да Слона, — успокоил Серёга. — С Лещом мы тоже разошлись. Ладно, жди, придём, всё расскажем.

Лёха почувствовал прилив сил и бодрости. Два месяца уже с пацанами не виделись, думал всё, с концами. А нет. Помнят, придут, поздравят. Леший завёл свой кроссовер и помчал в ближайший сетевой. Собрать поляну на четверых здоровых пацанов — это вам не дамские посиделки. Из магазина он выкатил полную телегу. День рождения сына нужно отметить на славу!

* * *

Сашка, сдерживая слёзы, пыталась впихнуть грудь сыну. Вадим не переставая кричал и категорически не брал её, а когда она насильно пыталась вложить в маленький ротик свой сосок, отворачивался и снова орал.

— Ну что я делаю не так? Почему он не хочет сосать? Всё же хорошо, что ему нужно то? — жаловалась она медсестре. — Ведь голодный, есть хочет, плачет.

Полненькая краснощёкая Алла Павловна смотрела на старания Сашки с грустью. Новорожденный голодный, это видно сразу. Прикладывание к груди совершенно бесполезно. Она сама попробовала нажать на сосок, молозиво выделялось, ничего необычного, но малыш не ест.

— Пойду, смесь разведу, — со вздохом отправилась она к дверям палаты.

— А может ещё попробовать? — с надеждой крикнула ей в след Сашка.

— Пробуй, пока меня нет, не получится, тогда накормим из бутылки.

Ну что за напасти на неё сыпятся, девушка мечтала о сыне, планировала его долго кормить своим молочком, а он не хочет. Обидно. Она уже несколько раз звонила мужу, хотела поделиться бедой, но Лёшик не брал трубку. Наверное отмечает… Что за несправедливость? Она носила, рожала, теперь с ребёнком занимается, а он…

— Ну? Получилось? — в палату с маленькой бутылочкой вернулась Алла Павловна.

— Нет, — обречённо ответила Сашка.

— Ну, тогда хватит ему реветь, корми смесью, — медсестра сунула в руки мамаше бутылочку.

Малыш будто почувствовал, что сейчас его накормят, затих и с наслаждением принялся сосать смесь из бутылки.