Том Вуд – Криминальная тайна века. Дело Ракстона: хроника расследования одного из самых жестоких преступлений в истории криминалистики (страница 3)

В перерывах между бесконечной работой и учебой он нередко проводил время в каком-нибудь из ставших в последнее время многочисленных ресторанов Эдинбурга, но один ресторан привлекал его больше других, потому что управляющей в нем была Белла Керр. Белла не была красавицей по меркам кинематографа. Ее вряд ли можно было назвать даже хорошенькой – у нее был большой нос и выступающие вперед зубы, – однако все, кто встречался с ней, говорили о том, что она особенная. В ней был какой-то особый магнетизм, который Хаким нашел неотразимым. Элегантно одетые женщины, которых он видел в Лондоне, были привлекательны, но слишком надменны. Белла же была совершенно другой, не похожей ни на одну женщину, которую он встречал раньше. Впервые в своей жизни Хаким по уши влюбился, и это чувство было взаимным.

Белла была очарована эффектным, хорошо одетым молодым врачом с безупречными манерами и перспективной профессией – все это сулило тот образ жизни, о котором она всегда мечтала. В своей жизни она уже совершала ошибки, главной из которых был необдуманный брак с голландским моряком, у которого, как выяснилось, в каждом порту было по девушке, а по крайней мере в одном – другая жена. Белле на тот момент было всего девятнадцать, и брак продлился ровно две недели. Для девушки это стало тяжелым потрясением, к которому добавлялось осуждение со стороны ее старших сестер, но она быстро взяла себя в руки. У Беллы была мотивация, неуемная энергия и уверенность в том, что она ничем не хуже любого мужчины. Она была амбициозной деловой женщиной, прекрасно водила машину, что было редкостью для женщины 1920-х годов, и много и достаточно успешно играла на деньги, особенно в очень популярных в то время футбольных клубах. Она намеревалась открыть собственное букмекерское агентство и, учитывая ее неугомонность, непременно добилась бы своего.

Белла Керр и Бак Хаким казались идеальной парой – оба были умными и амбициозными людьми и вдобавок испытывали сильное влечение друг к другу. Неудивительно, что очень скоро они стали страстными любовниками.

Жить в гражданском браке в пресвитерианском Эдинбурге 1920-х годов было невозможно, и поскольку мечте Хакима о выдающейся карьере хирурга сбыться все равно было не суждено, пара переехала в Лондон. Белла быстро оформила развод со своим голландским мужем-двоеженцем, и влюбленные стали выдавать себя за супругов. В довершение к этой метаморфозе Хаким решил сменить фамилию. Он был готов отказаться от звания капитана, только бы сменить свою индийскую фамилию на звучный английский вариант. Он выбрал фамилию Ракстон. Отныне он представлялся всем как доктор Бак Ракстон, а Белла – как миссис Ракстон, хотя официально они так и не поженились.

Глава 3

Сельский доктор

Едва новоиспеченные доктор и миссис Ракстон поселились в Лондоне, Белла забеременела, а это означало, что перед парой встал серьезный выбор. Давняя мечта доктора о карьере хирурга потерпела крах: три неудачи на экзаменах в Эдинбурге означали, что отныне путь к высокой должности врача в Шотландии был для него закрыт. И хотя ему удалось сдать экзамены в Англии, варианты, на которые он имел право претендовать, не имели особого смысла теперь, когда ему нужно было содержать семью. Работа в больнице предполагала низкую зарплату и отсутствие реальных шансов на продвижение по службе. А вот став врачом общей практики, он мог сколотить бизнес, иметь дело с самым широким спектром направлений медицины и в том числе продолжить заниматься хирургией. А главное – в этом случае он мог быть хозяином своей собственной судьбы, а энергия и целеустремленность привели бы его к профессиональному успеху и признанию, которых он так жаждал. Но как и где начать свою практику?

До создания Национальной системы здравоохранения Великобритании общая медицинская практика была территорией частного бизнеса; собственную практику могли открыть как врач-одиночка, так и партнерство. Стать партнером в одном из таких предприятий было сложно и дорого, и даже в этом случае не могло быть никаких гарантий успеха. Врачам приходилось делать все, чтобы привлечь платных пациентов. Молодой доктор Ракстон не мог позволить себе стать партнером; кроме того, он хотел единолично контролировать бизнес. Единственным вариантом было открыть собственную частную практику.

Ланкастер в 1920-х годах был очень традиционным, даже старомодным городом. Главный город графства Ланкашир, он мало изменился с XVIII века. Местные жители были консервативны и чопорны, с примесью северного пуританства. Одним словом, это была большая деревня во всех смыслах слова, да к тому же там уже были две хорошо зарекомендовавшие себя врачебные практики общего профиля. Это был не очень-то подходящий вариант для никому не известного врача, желающего открыть собственную практику, но Ракстон разглядел здесь потенциал: пациентов было больше, чем врачи успевали принимать, устоявшиеся медицинские практики были старомодными, недвижимость дешевой, и он был уверен, что благодаря его профессионализму и присутствию харизматичной Беллы у него все получится, он сумеет быстро зарекомендовать себя и добиться успеха.

Хорошо понимая, какую роль играет внешний лоск, Ракстон взял ссуду и купил солидный таунхаус на Далтон-сквер, 2, прямо в центре старого города. Он знал, что репутация важнее всего, поэтому его дом должен быть так же безупречен, как и его профессиональные навыки. Он лично руководил ремонтом. Оформление дома он распорядился сделать в экзотическом восточном стиле – в интерьере преобладали насыщенные цвета с золотой отделкой. В одном из холлов был сделан потолок темно-синего цвета, украшенный золотыми звездами. Ракстон сам обставил дом мебелью и наполнил антикварными вещами. Это был не просто дом, а манифест: его обстановка не имела ничего общего с чопорным и старомодным декором большинства других богатых домов в Ланкашире.

Успех пришел быстро. Для многих жителей Ланкастера Ракстон был первым человеком цветной расы, которого они встречали в своей жизни, но это отнюдь не оказалось недостатком: напротив, он обнаружил, что его экзотическая внешность в сочетании с его мастерством врача привлекает пациентов. Вскоре (к огромному неудовольствию других врачей города) практика Ракстона уже процветала, число его пациентов насчитывало около четырех тысяч.

Популярность Ракстона как врача была следствием не только его профессионализма, но и его гуманизма: во времена, когда медицинские услуги были исключительно платными, он часто отказывался от своего гонорара, если пациенту нечем было заплатить. В родовспоможении ему не было равных во всей округе; кроме того, он чрезвычайно хорошо ладил с детьми и часто бесплатно лечил детей из бедных семей. Подобное отношение к пациентам в полной мере соответствовало традициям народа парси, но Ракстон был достаточно умен, чтобы делать это с тонким расчетом. Все его действия были частью тщательно продуманной стратегии по завоеванию друзей и союзников.

В таком маленьком городке, как Ланкастер, слава распространяется быстро. Ракстону удалось не только привлечь множество пациентов: как и ожидал, он и его очаровательная жена Белла вскоре стали популярными членами ланкастерского истеблишмента. Да, возможно, этот город и был старомодным и скучным, но зато его жителям пришлись по душе доктор с экзотической внешностью и его жизнерадостная жена.

К 1935 году у Ракстонов было уже трое детей, и внешне они представляли собой идеальную семью: трудолюбивый и талантливый доктор, его очаровательная жена, душа любой компании, и их дети. Благодаря достигнутому успеху они были не лишены возможности пользоваться некоторыми атрибутами роскоши даже во времена экономической депрессии. У каждого из супругов был собственный автомобиль, и у них было достаточно денег, чтобы нанять прислугу и няню – Мэри Роджерсон, приятную молодую девушку из числа местных жителей, которая постоянно жила в их доме и вскоре стала практически членом семьи. Мэри была предана детям и особенно своей хозяйке Белле, которую она боготворила. И все же за этим идеальным фасадом скрывались напряженные отношения. Ракстон, хотя и всячески старался произвести впечатление человека современного и прогрессивного, на самом деле придерживался очень консервативных взглядов на семью: он ожидал, что Белла в первую очередь будет матерью и домохозяйкой, отбросит свои амбиции в сторону, обуздает свою неугомонную и излишне открытую натуру. Он хотел во всем контролировать ее и все больше раздражался из-за ее поведения, которое ему казалось взбалмошным. Как и многие другие мужчины, он вскоре обнаружил, что в жене его раздражали и злили те самые качества, которые раньше привлекали в ней как в любовнице.

На самом деле Белла совсем не изменилась – она всегда была амбициозной, энергичной и общительной. Она по-прежнему мечтала стать самостоятельной деловой женщиной (возможно, открыть собственную букмекерскую компанию) и любила навещать своих сестер в Эдинбурге или встречаться с ними в близлежащем Блэкпуле, где было много разнообразных развлечений. Ее харизматичность продолжала притягивать к ней людей, и ее широкий круг друзей и поклонников включал в себя несколько молодых мужчин. Не было и нет никаких свидетельств, указывающих на сексуальные отношения между Беллой и кем-либо из ее друзей мужского пола, но ревность и чувство собственничества заставили Ракстона поверить в обратное. Его гордость, неспособность четко выражать свои чувства и повышенная возбудимость вместе образовали гремучую смесь – были и ссоры, и угрозы; несколько раз Белла уезжала в Эдинбург и оставалась там, пока супруг не перестанет сердиться или пока он сам не примчится умолять свою возлюбленную вернуться домой.