Том Клэнси – Последняя инстанция (страница 113)

— Теперь, когда Таланов знает о вас и Оксли, он поймет, что вы обманули его с той видеозаписью. Когда это случится, он пришлет мордоворотов, чтобы убить тебя.

— К сожалению, есть такая проблема. Он не тот человек, который может иронично посмеяться над тем, что его обманули. Он предпочитает быть единственным, кто может обманывать. Я окружил себя охраной, но рано или поздно Таланов доберется до меня, как он добрался до Головко, Зуевой, Бирюкова и всего руководства КГБ и ГРУ, которое он устранил двадцать лет назад.

— Чего вы хотите?

— Я готов обменять информацию, которую собирал на протяжении многих лет на гарантию судебного непреследования и защиту вашего правительства.

— Американского правительства?

— Да. Как я уже сказал, я виновен в некотором промышленном шпионаже. Но я не шпион и не предатель. Я могу более чем искупить свою вину имеющейся у меня информацией. Конечно, твой отец не пойдет против Соединенного Королевства, но я уверен, он сможет убедить Великобританию не преследовать меня.

— А что вы, кстати говоря, вообще можете ему сообщить?

— Что Дмитрий Нестеров, человек, получивший от российского правительства миллиард двести миллионов долларов, есть никто иной, как главарь «Семи сильных людей», известный под кличкой «Глеб Резаный».

Джек посмотрел на Оксли, потом снова на Кастора.

— Вы уверены?

— Более чем.

— Хорошо, но этого не достаточно.

— Это только верхушка айсберга, юноша. Куратор Таланова все еще играет эту партию. — Кастор усмехнулся, выглядя как самый уверенный в себе человек в мире. — Но это мой козырь. Я расскажу это только твоему отцу, лично, как только окажусь в безопасности в США.

Джек собрался ответить, но в этот же момент с кухни прибежал охранник. Он сказал по-английски с сильным акцентом:

— Херр Кастор! Со стороны озера к шале идут какие-то люди. Мы должны увести вас наверх!

Карузо увидел, как люди в черном выбрались из лодки и побежали мимо эллинга, перебрались через небольшой забор и, разбившись на группы по двое и низко пригибаясь, побежали вверх по холму к задней части дома.

Дом решил, что это были русские — он не мог представить себе другого варианта. Пришли ли они за Райаном, Оксли, Кастором или, возможно, всеми троими, сказать было нельзя. Но они были вооружены пистолетами-пулеметами, двигались уверенно и производили впечатление хорошо подготовленных бойцов.

Дом шепнул в гарнитуру:

— Прошли мою позицию. Могу атаковать.

— Отставить, — сказал Динг. — Если мы сцепимся с этими уродами снаружи, швейцарцы просто перестреляют всех из шале. Просто начнут стрелять на вспышки и всех положат.

Чавес, укрытый несколькими соснами, добавил:

— Я выстрелю один раз в воздух, чтобы предупредить Джека. Остальным не стрелять. Повторяю, не стрелять.

Он поднял пистолет, дабы вспышка не была заметка из шале. В тот же момент, как он положил палец на спусковой крючок, ночь взорвал грохот автоматного огня.

Один из охранников, стоявший на дороге у дома, открыл огонь по атакующим, широкой цепью приближающимся к дому на холме.

Динг опустил оружие.

— Хорошо. Если русские войдут внутрь, мы войдем следом и ликвидируем всех, пока не вытащим Джека. Пока что стоим.

Дом и Сэм подтвердили получение приказа, но Чавесу было трудно услышать ответ, так как рядом вспыхнула перестрелка из почти двух с половиной десятков автоматов.

Охранник провел Кастора, Райана и Оксли вверх по лестнице в спальню в задней части дома. Оказавшись там, он дал Кастору пистолет, а затем направился вниз по лестнице.

Кастор судорожно сжал пистолет и посмотрел на Райана. Его уверенность, столь явная минуту назад, столь же явно улетучилась. Он запинаясь спросил:

— Вы привели друзей?

Джек ответил:

— Это не наши ребята, и я склонен думать, что это русские. Таланов понял, что вы солгали ему даже раньше, чем вы полагали.

По тому, как моментально изменилось лицо англичанина, Райан понял, что он попал в точку.

— Мои люди остановят их.

— Конечно остановят, — сказал Райан. — Ведь твои швейцарские охранники намного лучше группы спецназа ФСБ.

Оксли понимал, что его собственная жизнь была под угрозой, но рассмеялся над положением Кастора.

— Помогите мне, — сказал Кастор с неподдельным ужасом.

— Отдайте мне оружие, — ответил Райан.

— Нет!

— Судя по всему, вы не знаете, как забрать у меня пистолет, так что, я полагаю, мы можем поговорить о том, как нам отсюда выбраться.

Кастор посмотрел на Оксли, надеясь увидеть какой-либо путь к спасению.

Но тот продолжал улыбаться:

— Ну поговори, мудозвон.

В этот самый момент окно в задней части комнаты разлетелось. Трое мужчин стояли вне линии огня, но Кастор непроизвольно развернулся на звук. Райан потянулся к пистолету, но старик быстро собрался и направил ствол на молодого американца.

Он сказал:

— Послушай, Джек. Я могу сообщить вам то, что вы хотите знать. Все. Позвони отцу. Пусть он направит сюда какие-нибудь силы.

— Направит какие-нибудь силы? — Джек покачал головой. — Ты будешь пытаться выцыганить себе жизнь, когда убийцы уже ломятся в эту гребаную дверь?

На кухне раздались выстрелы. Кастор дернулся и направил пистолет на дверь. Джек снова подался к нему, но тот снова нервно наставил оружие на Райана.

Оксли сказал:

— Хью, положи эту гребучую пушку, пока не поранил кого-нибудь. Отдай пистолет, и мы тебя выведем.

Кастор покачал головой:

— Я оставлю его себе, — ответил он. — Если кто-то войдет, он мне понадобится.

Оксли зло пробормотал:

— Да ты можешь просто засунуть его себе в свой сраный рот.

— Если я умру, то и ты тоже, Окс.

Чавес, Дрисколл и Карузо бросились вперед. Каждый из них бежал к отдельному входу в шале. Дрисколл направился к двери у гаража. Она была открыта, рядом лежал на спине труп швейцарского охранника. Сбоку валялся его автомат. Дрисколл поднял оружие и вставил полный магазин, который достал из кармана на груди убитого, и направился в здание.

Чавес находился с противоположной стороны. Он последовал через деревья за двумя людьми из русской группы, и увидел, как те вошли в здание через раздвижные стеклянные двери спальни. Снаружи было темно, охрана не стреляла по приближающимся русским, но когда они вошли, на всем первом этаже раздалась стрельба из автоматического оружия.

Динг направился к раздвижным стеклянным дверям, но спереди эхом в ночи раздались выстрелы из пистолета-пулемета, а одна из пуль просвистела прямо у него над головой. Он рванулся в дверь, чудом избежав участи быть застреленным одним из швейцарцев.

Карузо пришлось пройти больше всех снаружи здания, но он, наконец, оказался у задней двери. Стекло было выбито выстрелами, как и окна рядом, так что он вошел в здание, мгновенно столкнувшись с двумя русскими, которые двигались через кухню, подняв автоматы.

Дом заметил их первым. Они повернулись к нему, но он дважды выстрелил, свалив обоих. В тот же момент он услышал выстрелы в соседней комнате, а затем кто-то закричал по-немецки. Раздались выстрелы, и рядом с Домом посыпалась штукатурка со стены. Он залег, укрывшись за диваном.

Наверху Кастор застыл у кровати. Рука с пистолетом металась от Райана и Оксли, которые стояли в трех метрах справа от него к закрытой двери в десяти метрах впереди.

Джек видел ужас в его глазах и сильно волновался, что из-за трясущихся рук он может ненароком выстрелить.

Кастор все еще пытался доказать свою важность, чтобы получить безопасность:

— Твоему отцу я нужен живым. У меня есть ценные сведения.

Оксли ответил: