Том Холт – Белоснежка и семь самураев (страница 3)
“Зеркало,” — скомандовала царица, — “где она?”
Геометрические фигуры исчезли и голова вернулась. “Она прячется за…” — начала голова, но закончить не успела, ибо в этот момент Сестрица нашла выключатель и воспользовалась им.
Ее, конечно, не за что винить. Можно даже признать, что в данных обстоятельствах это было весьма находчиво. И в ее защиту, стоит сказать, что ей вряд ли были известны ужасающие последствия неправильного отключения такой древней системы. В конце концов, лишь немногие знают, что главный недостаток Зеркал 3.1 это очень существенный риск повалить всю систему, если вы пытаетесь отключить ее без полагающейся процедуры.
Внезапно, все исчезло.
То есть это весьма мелодраматичная манера сообщить, что в системе произошла крупная неполадка, и вся информация, хранящаяся в волшебном зеркале Злой Царицы была вытрясена из ящичков на пол, старательно перемешана, а потом засунута обратно случайным образом; тем доподлинно и систематично случайным образом, для достижения которого необходим компьютер. Хотя выражаясь в таком стиле, мы несомненно впадаем а другую крайность, поскольку создается впечатление, что чтобы разобраться в этом понадобится лишь бледный молодой человек в очках, с бородой и набором часовых отверток, вероятно зовущийся Дэйв или Крис. К сожалению, это не так. Разница заключается в том, что все эти маленькие байты и кусочки информации, живушие за зеркалом Злой Царицы — это не просто электрические сигналы и зацифрованные данные; все они могли бы сказать “я не число” и оказаться абсолютно правы.
Например…
Однажды, все тот же маленький домик стоял все в том же большом лесу. И около него росли все те же розы и у него была все та же безвкусно-красная дверь с вульгарным бронзовым дверным молотком. Но на этот раз к двери была приколота записка с надписью
Или, раз уж мы заговорили о свиньях: неподалеку отсюда, все в том же лесу есть другой домик; побольше, не столь милый, его сложно спутать с другими из-за рва, подъемного моста, запутанной колючей проволоки, колючек, капканов и табличек с надписями МИННОЕ ПОЛЕ и БЕРЕГИСЬ ДРАКОНА, покрывающими примерно девяносто пять процентов того, что могло бы быть большим газоном. Сам домик сияет в утреннем свете, как солнечные очки американского телохранителя.
Свиньи, о которых идет речь, находятся в сторожевой башне, на которой вращается огромный прожектор. Их трое; самый маленький поросенок, положив обратно в пояс 5/8 отвертку Стилсон, вытирает нос передней лапой и с удовлетворением глядит на дело своих копытц.
Ладно, — говорит он, — осталось лишь доделать проводку в заборе по периметру, и мы готовы.
Средний поросенок кивает: скрестим копытца, ребята, — говорит он. Мы пробовали солому, ветки, кирпич, цементные блоки, камень, крепленый кевларом цемент, а теперь керамическую броню, покрытую сплавом стали и молибдена. Если это не сработает, у нас будут серьезные проблемы с правдоподобностью при обращении в страховую компанию.
Помогло бы, если бы мы знали, как он это делает, — заметил самый крупный поросенок, приподнимая забрало своего шлема. Мне плевать, что говорят парни из криминальной медицины, меня не убедить, что все дело в сильных легких. Последняя территория была защищена лучше, чем подвал Пентагона, и сколько ему на это потребовалось? Тридцать секунд, максимум сорок пять, и вся наша тяжелая работа и дорогостоящие материалы превращены в подержанный конструктор Лего. Если это пример того, на что способно вдыхание и выдыхание, то, по-моему, Оппенхаймер Джулиус Роберт Оппенхаймер (1904–1967) американский ядерный физик. Получил приз Ферми в ядерной физике в 1963 г. (Прим. пер.) со своими друзьями просто теряли время.
Средний поросенок ухмыляется; даже кольцо в его носу весело поблескивает в свете утреннего солнца. В этот раз он может наткнуться на сюрприз, — говорит он. Тот семидесяти-гигаваттовый генератор силового поля, который я спрятал в угольном бункере. Стоит ему только чихнуть и он узнает, что такое смертельный удар.
Самый маленький поросенок, который сканировал горизонт в инфра-красный бинокль, поспешно спускается с вышки к своим товарищам. “Надеюсь, ты прав,” — бормочет он, — “потому что он идет сюда, гад. Ладно, все по местам. Десмонд, ты на монитор, Юджин, ты — на дистационное управление. Я займусь остальным.”
Вдалеке различим маленький серый четвероногий силуэт. По мере его приближения, трем поросятам удается различить свесившийся язык и маленькие черные круглые глазки.
“Приближается,” — говорит Десмонд. “Злой серый волк по направлению три-три-ноль-отметка-пять-альфа.”
Джулиан, маленький поросенок, как раз успел подсоединить оставшиеся контакты и дернуть за рычаг к тому моменту, как волк достигает периметра охраняемой территории. Как и все волки, на расстоянии он ничего особенного собой не представляет; просто длинная серая среднеевропейская овчарка с длинным носом и печальными глазами. (В той же манере, наблюдая Австралию из космоса можно сказать, что там, похоже, приятно жить,)
Джулиан набирает в легкие воздуха. Он не сжимает копытца в кулаки, так как это невозможно, но он сжимает их как можно крепче. На старт, — бормочет он. Внимание. И, включай!
Внезапно небо полно огня. Гудение проводов почти полностью заглушает слишком знакомую небольшую речь волка. На фразе сдую ваш домик Десмонд дергает рычаг и пускает в ход дистанционное управление лазерной пушки класса разнеси планету. Следует яркая вспышка, напоминающая о лаборатории Франкенштейна, и…
Мимо, рычит чуть слышно Десмонд; затем в рацию: Джулиан, я подзабыл. Как переключить эту штуку на распылитель широкого радиуса?
Красный диск на приборной панели, три полных поворота по часовой стрелке, — трещит в ответ рация. Поторопись, а? Он преодолел забор, Бог знает, как. Хотелось бы мне, чтобы кто-нибудь объяснил мне, как он это делает.
Не знаю, признается Десмонд. Я не смотрел. Должно быть пролез под забором как-то. Впрочем, все в порядке, он идет прямо в поле клэйморов.
Ага! — на своем командном посту Джулиан в порыве торжестра сцепляет передние копытца над головой. На этот раз он свое получит. Ладно, начинаем процедуру взрыва на расстоянии под моим командованием. И давай!
Земля сотрясается; затем с неба сыпется дерн. Наконец, когда дым рассеивается, три поросенка снова в состоянии разглядеть волчий хвост, болтающийся на краю подъемного моста.
Невероятно, — воет Джулиан. Это невозможно. Аноректичный комар с трудом мог бы пробраться сюда на цыпочках, если бы у него была карта минного поля. Ладно, Десмонд, пускай цианид. Он скоро поймет, что сам себе создает трудности.
Десмонд тянется к диску; но прежде, чем у него появляется возможность повернуть его, волк набирает в легкие воздуха.
Не нравится мне это, — бурчит Юджин, не отводя глаз от длинной стены мониторов перед собой. Я предчуствовал, что нам следовало бы потратить дополнительные деньги и обеспечить поддержку с воздуха.
Попробуй на всякий случай позвонить в Стратегическое Командование Воздушных Сил, — говорит в ответ Джулиан. Кто его знает, может еще есть время…
Волк выдыхает, выпуская количество воздуха, достаточное чтобы сдвинуть с места легкий листок или выдуть очень тонкое колечко дыма полпути до потолка.
О Боже, — стонет Юджин. Он сейчас подует.
Джулиан рычит. Ладно, — угрюмо говорит он. “Всю мощь на главные отражающие щиты. Юджин, если надо, отключи системы вооружения, но держи эти щиты.
Пуфф. Выделенный углекислый газ метет по стене дома, как несерьезное нападение с обвисшей метелкой из перьев для смахивания пыли. Волк набирает в легкие воздуха…”
“Точь в точь, как в прошлый раз,” — замечает Джулиан. “Эй, Десмонд, почему ты там застрял с этим газом?”
“Пойдет в любую секунду…”
На этот раз, по крайней мере, в основном благодаря стальной обшивке, все было по другому. Когда волк подул, дом не просто сложился в груду пыли и летящего цемента, а скрутился, извиваясь, как пивная банка. Сначала металл растягивается, затем он начинает рваться, с зазубренными трещинами с острыми как бритва краями расходящимися от основания до окон верхнего этажа, пока здание не очищается подобно банану. К счастью, поросята откинуты далеко уже на ранней стадии. Они приземляются со скоростью превосходящей достоинство в собственный ров, примерно в одно время с крышей.
“Вуф,” — радостно говорит волк.
Устало, поросята переворачиваются на живот и гребут к берегу.
“Именно такие вещи заставляют забыть о собственном доме,” — горько ворчит Десмонд, выползая из воды. “Помощь по залогу — все это очень хорошо, но возможно на этот раз нам стоит серьезно подумать об аренде.”
“Как насчет подземного бункера?” — говорит Юджин. “Даже ему придется потрудиться, чтобы выдуть это из-под земли.”
“Он ухитрится, не беспокойся,” — отвечает Джулиан, вытягивая из уха длинную острую занозу. “Мне хотелось бы знать, почему? Что мы ему такого сделали? Он просто псих или хулиган из местного департамента планирования?”
“Разрешение от департамента у нас есть,” — замечает Десмонд. “Они меня там так хорошо знают, что у меня даже есть именная кружка. Нет, я так понимаю, что единственное, что нам остается, это предупреждающий удар. Если мы не хотим продолжать в этом духе до смерти, то нам необходимо избавиться от него.”