Том Хэнкс – Уникальный экземпляр: Истории о том о сём (страница 21)
— В точности как Галилей, — добавила Нора. — Он вставил два стеклышка в медную трубку, направил ее на самую яркую точку итальянского небосвода и увидел именно то, что сейчас видите вы. Тем самым он захлопнул дверь перед носом Птолемеевой теории Вселенной. И за это поплатился.
Бетт не могла оторваться. Она ни разу в жизни не заглядывала в космос и не видела своими глазами другие планеты. Юпитер был изумителен.
— Подождите, это вы еще Сатурн не видели, — сказал Чик. — Кольца, луны, все дела!
— Так покажи! — Бетт вдруг потянуло к небесным пейзажам.
— Не могу, Сатурн взойдет только рано утром, — объяснил Чик. — Хотите — поставьте будильник на без четверти пять, я вас тут встречу и настрою телескоп.
— На четыре сорок пять? Утра? Этому не бывать. — Бетт отошла от телескопа и юпитерианских лун. — Объясни-ка мне, почему «Чик»?
Нора засмеялась:
— Эббот и Костелло. В одном их фильме тощего звали Чик. Мы эту комедию смотрели тыщу раз, и я стала звать брата Чик. Прозвище к нему приросло.
— Уж лучше, чем Ла-Ла-Ла-Ларри Ле-Ле-Легарис.
— Да уж конечно, — сказала Бетт. — В четвертом классе меня, как и еще семь девочек, звали Элизабет. — Бетт еще раз посмотрела в телескоп на Юпитер и опять поразилась красоте этого зрелища.
— Старик едет. — На Грин-стрит Нора увидела свет фар отцовской машины.
Бетт хотела рвануть к своему дому, но в сложившихся обстоятельствах это выглядело бы настолько оскорбительно, что ей пришлось перебороть свое инстинктивное желание смыться.
— Эй, клоуны, вы что делаете у меня на газоне? — Пол вышел из машины, а с ним — какой-то рыжеволосый парень, ненамного старше Чика. — Я не вам, Бетт. А этим двум ушлепкам.
Нора обернулась к Бетт:
— Папа употребляет такие слова, как «ушлепки». Извините, что при вас.
— Это Дэниел.
Пол указал на рыжего парня, который — Бетт сразу заметила — отличался крайней степенью худобы, возможно от недоедания. Одет он был во все новое, но явно не по своему вкусу, и этого стеснялся. Ребята поздоровались; Бетт тоже сказала «здрасте».
— Толстяк со спутниками на месте? — Пол проверил, как выглядит газовый гигант. — Дэниел, ты когда-нибудь видел Юпитер?
— Нет. — Без лишних слов Дэниел подошел к большой трубе и заглянул в окуляр, а потом без выражения сказал: — Вау.
— А у вас есть спутник, Бетт? — спросил Пол.
— Был когда-то. Научил меня говорить «фигасе». — Бетт покосилась на Нору. — Извини, что при тебе…
— «Фигасе» — нормальное выражение, — сказала Нора. — Универсальная превосходная степень. Как «не хило» или «супер-дупер».
— Или «клево», — вставил Чик.
— Или «ништяк», — добавил Пол.
— Или «охереть», — сказал Дэниел. И опять без выражения.
Все растерялись.
Этот Дэниел остался у Легариса на несколько дней. По утрам Бетт слышала их отдаленные голоса, долетавшие через забор из заднего двора. У нее на глазах эти двое отъезжали от дома около семи вечера, и в один из вечеров рыжий не вернулся. На Грин-стрит опять царили мячики, велосипеды и малышня, спешившая урвать последние дни каникул. По воздуху вдруг осязаемо поплыл исход лета.
В последний августовский вечер Бетт повела детей в пиццерию, примыкавшую к павильону игровых автоматов. После этого грохота домой они вернулись, как в рай. Ребятишки Пателов у себя на лужайке возились с поливочным шлангом, Эдди и Шарри побежали к ним. А Дейл сразу вошел в дом. Бетт помедлила на чудесном, прохладном ветерке, перебиравшем листву платана. Привезенные в картонной коробочке остатки пиццы незаметно перекочевывали к ней в руку, и, склоняясь под нижними ветками, Бетт с аппетитом откусывала один кусочек за другим.
Пол Легарис рядом не отсвечивал. Его машины на подъездной дорожке не было, и в тишине Грин-стрит Бетт расслабилась, хотя мучилась чувством вины, приканчивая четвертый ломтик «пеперони» с оливками и луком. Тонкий полумесяц недоеденной корочки она бросила в траву, для птиц, — и тут на подъездной дорожке Пола ей померещилось огромных размеров насекомое.
Чуть не взвизгнув от ужаса — это же мог оказаться гигантский паук, — она сообразила, что там, где Пол ставит машину, валяется связка ключей.
Перед Бетт встала своего рода дилемма: как в таком случае должна поступить соседка? Поднять ключи и оставить у себя до возвращения Пола, а затем постучаться к нему в дверь и вернуть находку? Если это действительно его ключи (что наиболее вероятно), она избавит его от мучительных и бесплодных поисков. Любой нормальный человек поступил бы именно так, но —
Бетт это совершенно не улыбалось. Проще всего было бы отправить к соседу Эдди. Когда Пол вернется домой, ее сын сделает доброе дело — забежит к нему с ключами, а Бетт отсидится в доме, вот и все.
Нагнувшись, она подняла связку. Помимо пары ключей от входной двери на связке болтались брелок с изображением печати Бэремского муниципального колледжа, ключик от велосипедного замка и самый большой предмет — пластиковая покерная фишка с просверленной у края дырочкой.
Фишка давно стерлась, насечки на ребре сгладились. На некогда красной поверхности сохранились лишь блеклые пятна цвета. В центре виднелась крупная двадцатка. Не иначе как Пол выиграл двадцать баксов в нелегальном плавучем казино у границы штата. А возможно, фишка напоминала о сделанной ставке в две тысячи долларов. На обратной стороне Бетт различила затейливой формы, стилизованные, как на татуировке, буквы «А» и «Н», помещенные в квадрат, поставленный на угол наподобие бейсбольной площадки. В угасающем вечернем свете она заметила на свободном поле фишки какие-то надписи, в частности слово «порок», а может, «порог» или «дорог» — да какое угодно слово из пяти букв.
На другой стороне улицы мальчишки играли в козла, ударяя мячом о дверь гаража Пателей. Бетт унесла ключи в дом, чтобы Эдди позже вернул их владельцу.
Дейл сидела с ноутбуком в гостиной и смотрела на «Ютьюбе» конный спорт.
— Ты занята? — спросила ее Бетт, но Дейл не ответила. — Эй, дочурка. — Она щелкнула пальцами.
— Что? — Дейл не отрывалась от компьютера.
— Можешь погуглить одну вещь?
— Погуглить что?
— Вот эту покерную фишку.
— Ты подписываешь меня гуглить покерные фишки?
— Одну конкретную фишку.
— Было бы чего гуглить — я тебе и так скажу: это покерная фишка.
— Откуда она?
— С фабрики фишек.
— Я сейчас ею в тебя запущу, если не погуглишь немедленно.
Со вздохом посмотрев на мать, на связку ключей, на покерную фишку, Дейл закатила глаза:
— Ладно! Я могу хотя бы досмотреть?
Бетт указала дочери на отличительные признаки фишки — блеклый красный цвет, двадцатка, а на обратной стороне стершиеся буквы «АН» — и оставила ей всю связку, а сама пошла ополоснуть руки от крошек пиццы. Когда она стала загружать посудомоечную машину, Дейл прокричала что-то из комнаты.
— Что? — не расслышала Бетт.
Дейл принесла ноутбук на кухню:
— Для наркотов.
— Ты о чем? — Бетт укладывала столовые приборы в верхний лоток посудомойки.
— Об этой фишке. — Дейл показала матери серию изображений. — «АН» означает «Анонимные наркоманы». Есть анонимные алкоголики, а это — наркоманы. Я ввела «жетоны АН», получила ссылку на сайт, поискала изображения — и вот, пожалуйста.
Бетт бросился в глаза тот же рисунок, что и на брелоке для ключей: были помещены в «бейсбольный» квадрат с буквами «АН». Свободное поле занимали слова «Личность», «Бог», «Общество», «Служение».
— Такими фишками отмечают «чистоту», — объяснила Дейл, — то есть воздержание от наркотиков. Длительностью в тридцать дней и более.
— Но здесь написано «двадцать». Зачем Полу Легарису понадобилась пластиковая фишка «Анонимных наркоманов»?
— Наверно, двадцатка означает двадцать лет, — сказала Дейл. — Откуда у тебя эти ключи?
Бетт замялась. Если Пол Легарис как-то связан с наркотиками или «Анонимными наркоманами», нужно сперва разобраться самой, а потом уже рассказывать дочери.
— Нашла где-то, — ответила Бетт.
— Прикажешь погуглить еще что-нибудь? Фишки казино, правила покера?
— Нет.
Бетт вернулась к загрузке посудомоечной машины, а закончив, позвонила Мэгги.
— Однозначно: «Анонимные наркоманы», — подтвердила Мэгги. — «АА» — это «Анонимные алкоголики», «АК» — «Анонимные кокаинисты». Нынче все анонимно.